Чтение онлайн

20 июля 1944 года в 16.30 в штаб-квартире группы армий "Б" раздался телефонный звонок из Берлина.

Штауффенберг:

–  Добрый день. Это полковник фон Штауффенберг. Могу я переговорить с фельдмаршалом Клюге?

Адъютант:

–  Одну минуту! Клюге:

–  Да, слушаю вас.

Штауффенберг:

–  Здравствуйте, фельдмаршал. Передаю трубку генерал-полковнику Фромму.

Фромм:

–  У аппарата генерал-полковник Фромм. Герр фельдмаршал, вы ничего не знаете о последних событиях?

Клюге:

–  Нет.

Фромм:

–  Фюрер мертв...

Клюге:

–  Вот как... И что же мне сказать армии?

Фромм:

–  Одну минуту, передаю трубку генерал-полковнику Беку.

Бек:

–  Как главнокомандующему вам лучше знать, что вы скажете войскам.

Клюге:

–  Не забывайте, что у меня здесь чуть ли ни все Ваффен СС!

Бек:

–  Но с ними Зепп Дитрих, значит все будет в порядке... Хочу вам сообщить, что мы ввели чрезвычайное положение в стране. Мы не исключаем возможности, что со стороны СС могут последовать заявления, что фюрер жив. Это ложь - он мертв. Прошу вас неукоснительно выполнять мои приказы...

Клюге:

–  Мне нужно подумать, позже я вам перезвоню.

В 16.40 позвонил обер-квартирмейстер группы армий "Запад", полковник Финк.

Финк:

–  Пожалуйста, генерала Шпайделя.

Шпайдель:

–  Слушаю вас.

Финк:

–  Все по плану... мертв!

Шпайдель:

–  Так... Немедленно доложу фельдмаршалу.

Тем временем на Бендлерштрассе в Берлине по инициативе генерала Ольбрихта состоялся телефонный разговор между Фроммом и Кейтелем. Фельдмаршал сообщил, что Гитлер жив и получил только легкую контузию в результате взрыва бомбы. Эта сногсшибательная новость ввергла Фромма в состояние паники, и он решил не приводить в действие секретный план под кодовым названием "Валькирия". Около 17.00 по радио прозвучало сообщение о том, что "фюрер чудом спасся после покушения на него врагов рейха". Клюге позвонил в Ставку и связался со своим старинным приятелем, генерал-майором Штифом.

Группа армий "Б", 17.10.

Клюге:

–  Штиф, послушайте, фюрер жив или мертв?

Штиф:

–  Фюрер жив. Мой 1-а, майор Фобер, разговаривал с ним через час после покушения... Ситуация в Берлине становилась все более напряженной: Ольбрихт, Штауффенберг и Мерц фон Квирн-гейм отстранили (а позже и арестовали) колеблющегося командующего Резервной армией Фромма и назначили на эту должность генерал-полковника Хепнера. Несмотря на сообщения "о чудесном спасении фюрера", заговорщики решили идти до конца. Осторожный Клюге никогда не действовал без подстраховки - примерно в 17.45 он позвонил в Берлин.

Клюге:

–  Фромм на месте?

Штауффенберг:

–  Генерал-полковника Фромма здесь нет. Передаю трубку генерал-полковнику Беку.

Бек:

–  Бек у аппарата. Генерал-полковник Фромм сложил свои полномочия!

Клюге:

–  Как, я же только что с ним разговаривал...

Бек:

–  Здесь его больше нет. Он сдал командование генерал-полковнику Хепнеру. Передаю ему трубку.

Хепнер:

–  Это Хепнер, слушаю вас.

Клюге:

–  Хепнер, фюрер жив, он уцелел после взрыва!

Хепнер:

–  Нет, это неправда. Мы тоже услышали это по радио. Поверьте, это козни СС - они пытаются сорвать практически завершившуюся операцию. Мы отправили вам все необходимые распоряжения....

На этом месте телефонная связь с Берлином прервалась...

В этот же день из Парижа в Ла-Рош-Гюйон прибыли генерал фон Штюльпнагель, полковник Финк и, наконец, "отыскавшийся" фон Хофакер. Между 19.00 и 20.00 они совещались с Клюге и Шпайделем.

Около 19.30 1-а группы армий, полковник фон Темпельхоф, позвонил на Бендлерштрассе своему бывшему однокурснику по Военной академии, полковнику фон Квирнгейму, занимавшему пост начальника общего отдела Главного управления сухопутных войск.

Темпельхоф:

–  Привет, как у вас дела?

Квирнгейм:

–  У нас все в порядке. К вам уже должны были дойти все наши приказы...

Темпельхоф:

–  Нет, мы еще ничего не получили...

Неожиданно Квирнгейм замолчал - и в телефонной трубке стали раздаваться только неясные шумы. Видимо, в эту минуту за Мерцем фон Квирнгеймом пришли гестаповцы.

Геббельс включается в игру

По прямому указанию Гитлера подавление мятежа возглавил рейхсминистр Геббельс. Ремер и верные режиму войска освободили командующего Резервной армией Фромма и арестовали Хепнера. Сохранились архивы так называемого Народного трибунала и собственноручно подписанные Хепнером протоколы допроса, в котором он рассказывает о своем аресте и о самоубийстве бывшего начальника германского Генерального штаба генерал-полковника Людвига Бека:

–  ...Потом в комнату вошел Фромм{35} и сказал, что сейчас сделает с нами именно то, что мы собирались сделать с ним сегодня днем. В моем кабинете сидели генерал-полковник в отставке Бек, генерал Ольбрихт, полковник граф фон Штауффенберг, полковник Мерц фон Квирнгейм, обер-лейтенант Хафтен и подполковник Фламрот. Генерал-полковник Фромм держал в руке пистолет, он заявил, что находящиеся в кабинете офицеры арестованы, и приказал сдать личное оружие. Никто из нас не был вооружен, только Бек сказал, что здесь у него лежит "парабеллум", но он хотел бы сохранить его для личных нужд.

–  Будьте так любезны, - произнес Фромм.
– Только не тяните время!

Бек достал пистолет и начал его заряжать. Фромм заметил, что с оружием нужно обращаться аккуратно и не направлять на находящихся в комнате людей. Бек начал говорить, что в эту минуту думает о том далеком и счастливом времени, когда... Фромм резко оборвал его:

–  Послушайте, нам некогда вспоминать вашу молодость. Прошу вас, поторопитесь.

Бек сказал еще несколько слов, приставил пистолет к голове и выстрелил. Но пуля ушла в потолок, оставив на голове кровоточащую рану. Потом он произнес заплетающимся языком:

–  Так был выстрел или нет?

–  Помогите старику, - сказал Фромм.
– Заберите у него пистолет. Вы же видите, что у него недостает мужества.

После этих слов от группы стоящих слева офицеров отделились двое и направились к расплывшемуся мешком в кресле Беку. Тот вяло сопротивлялся и просил оставить у него "парабеллум". Потом Фромм обратился к сидящим в кабинете офицерам:

–  Ну-с, господа, если кто-то имеет что-нибудь сказать или написать - не смею мешать. Только попрошу поторопиться. Хотите оставить записку, Ольбрихт? Прошу вас за тот круглый стол, на ваше старое место. Вы раньше всегда сидели там - напротив меня!..

Наверное, минут через пять Фромм вернулся в комнату и спросил:

–  Господа, вы готовы? Время вышло. Подумайте не только о себе, но и о других - каково это переносить всем нам здесь присутствующим...

"От имени фюрера и немецкого народа. Мною, генерал-полковником Фроммом, проведено заседание военно-полевого суда. Военно-полевой суд приговорил к смертной казни полковника Генерального штаба фон Мерца, генерала сухопутных войск Ольбрихта, этого полковника, чье имя я не желаю произносить (он имел в виду Штауффенберга), и того обер-лейтенанта - забыл, как его зовут...".