Чтение онлайн

Так, уже зимой 1941 года, отправляя Африканский корпус в Триполи, Гитлер предпринимал отчаянные попытки удержать на плаву получивший ощутимую пробоину корабль итальянской государственности. Призрак потери Северной Африки и угроза вторжения в Италию, самое слабое звено фашистской "Оси", уже тогда стали посещать фюрера в его самых кошмарных сновидениях.

Стенограмма секретного совещания от 3 февраля, преданная гласности на Нюрнбергском процессе, проясняет позицию руководства рейха по "африканскому вопросу":

–  ...Возможная потеря североафриканского плацдарма болезненна в стратегическом отношении, но все же вполне переносима. Гораздо более серьезными представляются психологические последствия "эффекта бумеранга": захватив Северную Африку, британцы получат прекрасную возможность шантажировать Муссолини - или перемирие, или бомбардировки. Такой вариант для нас неприемлем - наше положение в Южной Франции и так оставляет желать лучшего, а если англичане еще и усилятся за счет скованных в данный момент дивизий (против Италии действуют никак не меньше дюжины дивизий), это может привести к катастрофическим последствиям - оккупации Сирии, например. Мы должны воспрепятствовать этому, поддержать Италию и оказать ей действенную помощь в Африке. Итальянцы собираются обороняться в Триполи. Такой вариант нас не устраивает - там мы не сможем задействовать люфтваффе. Мы должны изменить диспозицию и значительно расширить зону ответственности, поскольку эффективность действий заградительного соединения напрямую связана с возможностями быстрого маневра. Высадка войсковых соединений произойдет позже, и здесь важно не опоздать. В Ливии необходимо построить временные взлетно-посадочные полосы и обеспечить условия для выброски воздушного и высадки морского десанта... А если это возможно - то придать дополнительно несколько эскадрилий "ШТУКАС"{9}. Если этих сил окажется недостаточно, нужно будет усилить заградительное соединение моторизованными частями - отборной танковой дивизией. Англичане вымотаны в ходе боев, изношена или требует ремонта и их техника. Положение должно измениться, как только британцы столкнутся со свежими и хорошо оснащенными немецкими войсками...

Вопрос Главнокомандующему сухопутными войсками Германии (ГсвГ):

–  Можем мы сейчас отправить туда танковую дивизию?

Ответ ГсвГ:

–  Было бы нежелательно ослаблять "Мариту"{10}.

Гитлер:

–  Об этом не может быть и речи.

ГсвГ:

–  В таком случае остается только "Барбаросса".

Гитлер:

–  Итак, что нам необходимо сделать? Если мы все же решим идти в Африку, то нужно делать это прямо сейчас. Итальянцы просили о помощи - и нам нужно оказаться там раньше, чем подойдет их подкрепление. Первостепенный вопрос могут ли люфтваффе начать немедленно? Это нужно выяснить с самого начала. Потом снабжение и транспортная авиация, заградительное соединение и танки. И обязательно метеорологические условия.

ГсвГ:

–  Очень важно сразу же перерезать английские сухопутные и морские коммуникации. Это работа для люфтваффе.

Гитлер:

–  Если бы только Гибралтар был в наших руках...

Начальник генштаба люфтваффе (после описания деятельности наземных служб обеспечения: аэродромного обслуживания и обеспечения полетов):

–  Порт Бенгази и Мальта - это предел оперативно-тактической дальности "ШТУКАС". Мы отправим туда и истребительную авиацию, можно придать итальянские ВВС с переподчинением нашему штабу.

У Гитлера появилась прекрасная возможность избавиться от итальянских истребителей, патрулировавших вместе с люфтваффе зону Ла-Манша (но не пользовавшихся славой летчиков-асов), и потребовать у Муссолини их отправки в Африку.

Гитлер:

–  Люфтваффе - немедленно приступить к боевым операциям в Северной Африке, армия - начать транспортировку заградительного соединения по воздуху. С транспортами не затягивать. Усиление - танковый полк, и все последующие подкрепления, вплоть до дивизии, придется взять из резерва "Мариты". Части ПВО, службы воздушного наблюдения и оповещения отправить заранее... 10-й авиадивизии в тесном контакте с итальянскими ВВС и ВМФ обеспечить истребительное прикрытие и воздушное патрулирование зоны коммуникаций и в ближайшее время нанести бомбовый удар по британским позициям в Киренаике (тяжелые бомбы)... Создать африканский Генеральный штаб с подчинением ему всех сухопутных сил...

Так был создан экспедиционный Африканский корпус, командиром которого был назначен кавалер "Рыцарского креста", генерал-лейтенант Эрвин Роммель.

"Он не знает пустыню. Впрочем, практического опыта ведения боевых действий в песках не имеют и все остальные генералы вермахта". Такой уничижительный отклик на его новое назначение прозвучал в английской прессе еще до того, как Роммель ступил на землю Африки. Но еще в годы 1-й мировой войны и во время французской кампании проявился его редчайший полководческий дар - умение приводить сложное и непонятное к общему знаменателю и находить единственно оптимальное решение. Он был величайшим импровизатором и умел не только воспользоваться благоприятной ситуацией, но и создать ее, полагаясь не на удачу, а на озарение, которое, как известно, посещает только гениев! Он никогда не терял голову, и даже в минуты высочайшего физического напряжения сохранял ясность мысли и душевное самообладание.

На пустынной сцене африканского театра боевых действий дебютировал опытный генерал-танкист. Парадоксальный и предсказуемый, не чуждый ничему человеческому, но и не раб своих привычек, как многие генералы Муссолини, воевавшие здесь до него, Роммель пришел сюда не просто воевать, а ПОБЕЖДАТЬ!

Наука побеждать

Уже в феврале разведывательные подразделения Роммеля вступили в непосредственный огневой контакт с отрядами Уэйвелла в Триполи, который возомнил себя "покорителем Африки" и посчитал окончательно решенным вопрос вытеснения итальянцев с севера континента. Развитие ситуации на Балканах вынудило его перегруппировать силы и перебросить значительную часть своей армии в Грецию, чтобы противодействовать вторжению немецкой армии через Болгарию. Таким образом, британский напор на Триполи ослаб, а Роммель воспользовался представившейся ему возможностью и нанес первый контратакующий удар, несмотря на малочисленность своих войск.

Англичане не сумели оказать достойного сопротивления, потому что их войска были измотаны и обескровлены в ходе непрерывных наступательных боев. По мнению Мурхеда, появление немцев в Африке стало для британской армии малоприятным, но вполне предсказуемым событием:

–  Немецкое военное присутствие в Ливии было для нас секретом полишинеля. Мы знали, что Бадольо и других итальянских генералов "вежливо" попросили подвинуться и освободить место новым немецким военачальникам и их армиям. Мы знали, что люфтваффе взяли под контроль воздушные и морские порты Сицилии, а все новые и новые эскадрильи истребительно-бомбардировочной авиации прибывают на остров. Выяснилось, что немецкие летчики куда более искушенные пилоты, чем их итальянские коллеги - свидетельством тому стали воздушные бои над Мальтой и Бенгази. Воздушная разведка Королевских ВВС сообщала о регулярном прибытии транспортов со свежим пополнением в Триполи.

Роммель высадился в Триполи 13 февраля и под ликование итальянцев принял парад скромных по численности, но хорошо обученных и оснащенных немецких войск. "Зловещая" дата преисполнила суеверных пессимистов самой черной меланхолии. Главнокомандующий, напротив, был энергичен, бодр и с оптимизмом смотрел в будущее! Он был готов посостязаться в искусстве блефовать с англичанами, невозмутимыми любителями покера, но только по своим правилам! Первые же дни германского наступления показали, что европейский опыт ведения боевых действий неприменим в Африке - война в пустыне имела свою специфику. Здесь не было дорог в традиционном понимании этого слова здесь были только направления, - и войска не отступали на заранее подготовленные позиции. Даже захват плацдарма не играл здесь такую роль, как в Европе, потому что главной целью было выведение из строя и физическое уничтожение противника. Вот как описал характерную сценку первых февральских дней не лишенный чувства юмора английский офицер:

–  В пустыне между Бенгази и Триполи часто происходили стычки между немецкими и нашими разведывательными группами. Однажды состоялось целое сражение с участием бронетехники - по три броневика с каждой стороны. Рассказывают, что две противоположные партии встретились на побережье в районе Эль-Агейлы и, едва разминувшись на узком участке дороги, промчались рядом друг с другом, вздымая клубы пыли. "Разрази меня гром, - сказал британский командир - вы видели? Это же немцы!" Три британских броневика развернулись и устремились на врага - одна машина по узкой дороге, а две другие справа и слева от нее по пескам. Немецкие разведчики поступили аналогично. Результат был обескураживающим для обеих сторон: в то время, как два броневика шли в лобовую атаку, поливая друг друга огнем, четыре застряли в песке. Тогда головные машины вернулись назад, и после передислокации, когда всем удалось выбраться на твердую землю, опять прозвучал сигнал атаки. Ведя огонь из оружия всех калибров, отряды сошлись на параллельных курсах, и ...каждый вернулся на свое старое место - диспозиция восстановилась! Так как никому не удалось добиться очевидного успеха - потерь и попаданий в цель наблюдателями зафиксировано не было - командиры решили бой дальше не продолжать, и вернулись в расположение своих войск с чувством исполненного долга...

В первые дни февраля готовую рухнуть итальянскую армию и пошатнувшийся престиж "Римской империи" в Триполитании поддерживали только три разведывательные роты Роммеля. Несмотря на это, немцы не собирались прохлаждаться в тени пальмовых рощ оазисов Триполи. Генерал Роммель собирался преподнести сюрприз англичанам, занимавшим позиции у Большого Сирта, на границе Киренаики и Триполитании. Итальянские вооруженные силы в Африке представляли собой чисто пехотные формирования, а английский успех базировался в первую очередь на применении танков. До этой кампании все авторитетные военные эксперты утверждали, что боевое применение бронетехники в Африке в принципе невозможно (из-за стабильно высокой температуры воздуха и быстрого перегрева двигателей вследствие этого). Однако британцы настолько успешно использовали здесь танки, что за 50 дней вышвырнули армию Грациани из Киренаики и преследовали его от Эс-Саллума до ворот Триполи.