Лишь только век
Шрифт:
Скажи природе
Песчаный замок
Нечаянные друзья
А нам бы встретиться с тобою
Маяковка
Угадаю тебя вскоре!
Гроза
Воскресение
Знаю
Навстречу миру
Брошка
Поделиться с друзьями:
Клубились облака, пел ветер,Сухие листья уносились ввысьИ вместе с птицами кружились,И дождь цветы к земле клонил.Но не упала еще первая его капляНа белый лист бумагиИ не размыла чернила первого стиха.Да, не было поэта,Чтобы сказать о той природе,Когда нас не было.И не было печали, рожденной увяданьем осени,И радости ручьев весенних,И жара летнего любви,И холода за окнами зимы.Природа, каковой была ты?О том ли сожалеть…Когда, хлебнув чайку, поэт, ты отойдешь ко снуИ все увидишь в нем,Как будто ясным и счастливым днем.
Замок из песка, кто здесь живет,Кто выстроил тебя?Ласкает солнце берег долгий,И волны, волны, волны, волныПод стены набегают тихо.О жители сей цитадели!Глядеть на океан и засыпатьПод пенье ветра вольного…Вот счастье, что дарите невольноВ тишине и мире.Но вот уже грохочет океан!И катятся валы вам на погибель.Быть может, вы покой нарушилиОдной лишь мыслью тревожной,Иль завистью, иль жаждою богатств.И вот уж замка нет.И только чайка на твоих руинах кружит.
Паук паутинку на ветку повесил,Вселенную ткать – нелегкий удел.Планету иль мошку поймать в свои сети,За век свой недолгий он весь поседел.Сияет Луна, в цвет серебристыйЕго паутину красит она,Но, словно бы мошка, дрожит и боится,Не может она убежать никуда.Но вот уж побег ей желанныйОпять подготовил отважный восход.Поймает ль ее паучок наш назавтраИль сети его ветерок унесет?..
В клочки – облака!С водою слякоть!Ш… Ше… Ш… Ше…Папье-маше, папье-маше, папье-машше.Зеркало, нет, не гляжусь.Не плакать. Д…д…д… – оконное стекло.С папье-маше вожусь.Поезд гремит далеко.Клочок за клочком лепится мякоть.Становятся белым ликом,Царьком, бедняком, дурачком,Рожицей милой, мордою дикой.Выражение меняет под пальцами неумелыми.Хочется тявкнуть. Надену тогда, наверное.Ого, отражение. Черт!А кто под маской? Наверное, Бог.
Метроном стучит размерно,В небе жаворонок свищет,Музыкант твой ноты ищет,Под ботвой медведка рыщет.Гром грохочет за калиткой,Ты стучишься в гости, верно.Капли, ноты, синь-чернилаПотекли слезам подобно.Я не ждал тебя сегодня.Музыкальный ключ не нуженОтворить мою калитку,Небу-синь – твоей печали.Не печалюсь неудаче!Метроном стучит размерно.Постучавшись, удалился,Угадаю ль тебя вскоре?Вскоре в зале, где литаврыЗагремят громам подобно!Где под жаворонка пеньеМне слезу свою подаришь.
Небо распоясалось дождем,На пупке-Луне порвав рубаху!Кулачищем по кудрявым тучам бьетСо всего могучего размаху!Гром из глотки рвется и ревет.Молниями танец разгоняет!Круг лесов гудящих хороводЛистьями с ладоней осыпает.Я тебя, мой друг, не сторожу,Свежую грозу ночную,На крыльце тихонечко сижуИ волнуюсь, словно ласточка пред бурей.
Давнее письмо забыл я Ваше,Терпело время меж страниц оноИ уже стало почти старшеМеня как будто самого.Чернил поблекших строчки зряСостарили до слез иссохшую бумагу,Подобную листку календаря,Запечатлевшему навек забытую присягу.Я не любил Вас, нет, мой дивный друг.Перемешал признанье Ваше с книжною закладкойИ промокашкой иссушил слезы,Те, что меж строк роняли Вы украдкой.Конечно, живы Вы почти сто лет назад.Чуть ветрены, и молоды, и нежны.И я немыслимо как радЛюбовь воскресть и с Верой, и с Надеждой!
Ты – дворец и храм дерзаний,В стекло-бетон одетый.Ты – преисподняя творений,Твоя ведущая – Одетта.Она одета, не раздета.Сердиться перед зрителемНе должна. О Боже!Для Африки читает чернокожей.А на Европу – белая акула.Совсем одна. Зубы – жемчуг.И сводит скулы, когда,Когда твоя Одилия победно выключит телевизор.И ты спасен. И только Бог одинТебе, Ротбару, плешь омочил слезами,Но и Он молочный пруд налить не в силах,Бог истинный.Победа ночи. Подушку ты набил,Содрав с Одилии перья.Тебе опасна Одетта, зубы – жемчуг.А лебедь – что? Он – самый верный!Он – с тобой. Вива, Грация!Усни?! Нет! Экран погас не для того.Вновь: Чтоб ты остался жив!Одилия, Одилия, Одилия!
Ты отсечешь все лишнее, и из мрамора выйдет стать!В наш мир изменчивый, ему не изменяя,Но лишь порой слезу роняя, в стремлении весь этот мир обнять.Ты – скульптор, Бог! А я ж – лентяй, философ,Теней читающий по потолку веселую игру.Я вижу все занозы досок, цепляющие больно эти тени муз.Но вот твой камень, данный нам веками,Обосновался в нашей мастерской.Неужто дышит горной он лавандой,Но лишь затем, что не ромашкой полевой?!Тебя здесь нет теперь. Но кто таится в нем несмело?Гляжу, пронзая взглядом камень сквозь.Диана в нем пленится девственно нагая,С волшебным нашим миром врозь.Но вот под взглядом философа лопнул камень.Пошли по жилкам трещинки, он ранен одной силой взгляда,И лунный свет уже Диана миру льет!Подобно бабочке из кокона богиня тщится слабо,Отпал от камня новый скорлупы кусок. Навстречу свету мираИз тьмы веков явится чадо и руку мне свою волшебно подает!А я сижу, закинув на коленку ногу, в качалке деревянной, не страшась.Но, чу! Сейчас откроет дверь мой друг.И мне мою подмогу как объяснить ему?Лишь только Солнца свет ладонью заслонив.
Я признаюсь тебе, есть причина помолчать.Но слова эти – не молчанье.Не залепит молчанья печатьМои губы, для признанья.Что любовь? Видно, всем вопреки,Всем желаньям, Луна с неба рухнет!Веет ветер холодный с реки,И доносится плач твой из кухни.Мне плевать, что Луну, разбив на куски,Все вернуть ты отчаешься снова.Нет, не склеить ее… Реви!А тарелку – на счастье? Вот новость!Пошутила?! Мой экипажМежду звезд огоньками моргает.Для тебя я – мираж, для меня ты – мираж.На край света один убываю.Ты смеешься, самолет твой – диван!Где, дружок, твоя стюардесса?Ну и пусть. Я не верю в счастливый обман.И, конечно, молчу не к месту.Пошутила! Ха-ха, оля-ля-ля!Этот лайнер мой – неотложка.И уходит куда-то земля.Скоро в небо. А в кулак – твою брошку.