Чтение онлайн

– Винсент, почему ты опять покинул Покров?
– крикнул Теодор. Винсент вскочил, и охотник увидел Миру, лежавшую на снегу.

– Кто это ещё?!

– Мира. Мира Вако, - прошептала Агнесса.

Охотник подошел ближе и перевернул вампиршу лицом вверх. Снег набился ей в рот и дыры на месте глаз. Зрелище было страшным. Агнесса, охнув, отвернулась, но Винсент сумел пересилить себя и, как и Теодор, склонился над Мирой. Однако он всё ещё избегал глядеть ей в лицо.

– Я увидел её тень поблизости и пошёл проверить, что Мира тут делает, - сдавленным голосом сказал он и кинул быстрый взгляд на Агнессу, на Лиру.
– А они... подошли позже.

– Кинжал...
– хрипло сказала Агнесса и подала серебряное оружие охотнику.
– Был у неё в голове. Кто с ней так обошёлся?

– Спросим у неё, когда очнётся, - холодно сказал Избранный. Он быстро снял пальто и, свернув, положил под голову и спину вампирши. Он вздёрнул рукав сюртука и расстегнул манжет рубашки. Теодор схватил его за руку.

– Ни в коем случае!

– Ей нужна кровь. И следует торопиться: сюда летят carere morte.

– Что сейчас на Родниковой?

– Пусто. Низшие уничтожены, чар над смертными больше нет. Сюда в парк летят хозяева кукол, - Винсент напряжённо вглядывался в ночную тьму.
– Я надеялся, разделавшись с Низшими, они уйдут, потом отвлёкся на Миру. Но, похоже, их главная цель...

– К Покрову!
– скомандовал Теодор.

– Ни за что туда не вернусь!
– прошептал Избранный. Решившись, он склонился над Мирой и достал свой кинжал из потайного кармана, чтобы взрезать запястье. Теодор прищурился, присматриваясь к вампирше, и вдруг улыбнулся:

– Это не она. Не Мира Вако. Приглядись, - он вновь остановил руку племянника.
– Я хорошо знал младшую Вако, когда она была смертной. Это не она!

– Её тень я узнаю среди всех carere morte! Это она!

Охотник подумал мгновение.

– Значит, это кукла, - кратко сказал он. Взгляд Винсента скользнул по изуродованному лицу остроносенькой скуластой девушки и посветлел.

– Действительно, - воскликнул юноша.
– Что я, ослеп? Это не Мира! Но... кукла?! Когда Мира стала хозяйкой?

– Где сейчас вампиры, о которых ты говорил?
– проговорил Теодор. Он зарядил арбалет готовясь к атаке.

– Близко!
– прошептал Винсент. Он улыбнулся: беспомощно, нервно.
– Это какая-то ловушка...

– Сколько их?

– Пятеро. И куклы...

– Ты думаешь...

– Им нужен я, - перебил его Избранный.
– Только я! Вы, все - уходите! Я справлюсь! Я хотел начать с исцеления Миры, но, видимо, первыми будут старейшие Карды...

Теодор усмехнулся:

– Спросим у вампирши, кто им нужен.

Он быстро полоснул кинжалом своё запястье, дал крови стечь в открытый рот "Миры". Кукла почти сразу же дёрнулась и заворочалась. Винсент удерживал её за плечи.

– Мира! Ответь мне!
– звал он, и его голос медленно слабел, Избранный терял всякую уверенность.
– Это я, Винсент... Мира!

Лира оцепенело внимала происходящему. Не подготовившаяся к битве Агнесса попросила у неё воды из Источника, и девушка безропотно передала ей пузырёк. Второй взял Теодор, у которого кончились запасы. Винсент отвлёкся, чтобы спрятать кинжал из чистого серебра в левом рукаве сюртука, и вновь обратился к вампирше... Лира молчала! Она подняла голову. Огромные крылатые тени - тени летучих мышей кружили над кронами деревьев.

Кукла выплюнула красный нерастаявший снег. Глубоко в её глотке зашевелился красный обрубок. Тот, кто выколол ей глаза, лишил её и языка.

Кукла хрипло завыла...

После Бала Карды Мира почти успокоилась.

"Гектора больше нет. Теперь Избранному ничто не угрожает".

Старая спутница тревога ушла и не возвращалась, несмотря на отсутствие каких-либо слухов об Избранном, несмотря на возвращение Владыки бессмертных. Её не воскресили даже новые сплетни дикарей о том, что Дэви начал расследование странной гибели Селены Ингенс.

Мира возвратилась в Дону на следующий день после Бала и потянулась череда спокойных дней и ночей. Вампирша спала или охотилась - больше ничего. Она отдыхала. Может, тревога угомонилась оттого, что она бесконечно устала?

Мире была необходима передышка, и она её получила. Грядущая битва ушла из её мыслей и являлась лишь во снах, которые забывались к вечеру.

Внезапный шум открываемой внизу двери Мира тоже сначала приняла за сон. Стуки, шаги, голоса плавно влились в него, стали его частью. Вампирше грезилось какое-то совещание у Владыки. Carere morte говорили про какой-то парк... (воображение моментально нарисовало сказочный зимний лес, переплетение чёрных ветвей наверху и глубокий мягкий снег под ногами), охотников... (сразу же выскочил образ, засевший в голове со времени визита Гектора и убийства Патрика: фигура в длинном плаще, платок на лице, оставляющий открытыми только глаза, и серебряный меч в руке, обтянутой белой кожаной перчаткой), каких-то кукол (вампирше представились одинаковые, несущие отпечаток лика хозяйки, куклы Сесилии)... Только когда кто-то ясно произнёс имя Миры, она поняла, что это не сон.

Вампирша открыла глаза и неясные фигуры, только что лишь представлявшиеся ей, шагнули из сна в реальность. Две куклы Сесилии подхватили её под руки, потащили вниз, в жилые помещения дома.

В гостиной вольготно расположился сам Владыка со свитой и десятком рабов-вампиров. Здесь был и Адам Митто, и Калькары, Клеменс Грата, столичный знакомый Миры, и Алиса Тэрре - из бывшей кардинской группы. Клеменс старался не встречаться с бывшей протеже взглядом, Калькары были заняты своими куклами. Митто с Хеленой читали какую-то записку, читали и усмехались... и эта сцена непонятно и неприятно уколола Миру.

– Мира!
– радостно произнёс Дэви, увидев вампиршу.
– Не огорчайся, что не сумела должным образом встретить важного гостя. Между прочим, мы уничтожили большую группу Низших на подходе к твоему дому... Не забудь поблагодарить меня за это! Я пробуду у тебя недолго и задам пару вопросов. Но не сейчас. Прости, что мы тебя случайно разбудили... Пока, отдыхай!
–

Последнее было сказано тоном, не терпящим возражений. Куклы Сесилии запихали Миру в заботливо приготовленный гроб. Вампирша порывалась открыть крышку, но Дэви прикрикнул, пригрозил парализовать её серебром, если она не будет отдыхать как должно, и Мира затихла. Гроб перетащили куда-то в тёмные комнаты слуг. Снова хлопнули двери, и для вампирши мир погрузился в тишину, нарушаемую биением проснувшегося сердца.