Чтение онлайн

— Не бойся, юный Рарил. Я справлюсь с жуткими опасностями, — глумился гадкий умертвий.

— Точно? — непоглумливо уточнил я.

— Смотри, — прошелестел призрак, подлетев к бочке.

И просто выдрал из неё кусок! Своей призрачной скелетной рукой, за секунду.

— Силён, — немножко офигел я.

— Скорее — ты, да и силы тут немного, — отмахнулся Анас, но чуть ли не покраснел, довольная мертвечина.

— Ладно, отойдём, — стал одеваться я.

Отошли на берег, где я, несмотря на заверения духа предка, всё же присматривал. А то наколет меня сволочь летающая на жало, а потом призрак Анаса будет скелетными граблями перед моим призраком размахивать, на тему того, что «провтыкал, пардоньте».

И стал Анас трындеть на тему, кто такой был Рарил перед моим вселением и как докатился до жисти такой. Итак, предки Рарила свалили с Морровинда по религиозным мотивам. Поскольку варианты посмертия даэдр всяческих их не привлекали. А вариант посмертия «живых богов», то есть трибуны Неревара (а никак не Наварила, это я обшибся малость), вообще не предполагалось.

С этой троицей «живых богов-королей» Морровинда и Трибуналом выходила полнейшая фигня, а Анас на них ругался изоощерёнейшим образом.

— Рарил, если даже они не предали и не убили Неревара, то кто они?! — возмущался призрак.

— А я откуда знаю, старый хрыч? — бодро ответствовал я.

— Не знаешь, щщенок, — покивала мертвечина. — Так я скажу: помощники! Не больше и не меньше! И в битве сделали не больше, чем прочие герои, то есть ни хера! Всё сделал Неревар! И умер. А они — его трибуны, посыльные, глашатаи.

— А теперь — боги.

— Херня из под гуара они, а не боги! Ни черта полезного они для данмеров не делают, только запреты свои кретинские вводят! И придурок этот, Вивек… Он держит Луну над городом! Вот скажи мне, Рарил. Зачем держать луну над городом?!

— Погоди, — несколько опешил я. — Натурально, Луну?

— Да нет, не то, что в твоём Мире есть мёртвый Мир. Такое разве что у Акатоша выйдет, и то не уверен. Но здоровый, метров пятьсот диаметром, планетоид! И спутники у него есть!

— Ипануться, — офигел я. — Над городом?

— Над городом, — покивал призрак.

— Высоко? — уточнил я.

— Метров пятьдесят, примерно. И да: так происходит тысячелетия, Рарил, с второй Эры. Это я отвечаю на твой следующий вопрос. Можешь ипануться ещё раз, — щедрым жестом дозволил мне умертвий.

— Ипануться, — послушно ипанулся я ещё раз. — Так, погоди, — врубился мой ум. — Ну держит — типа рекламы, наверное. Чтоб силу и мощь видели и молились побольше.

— И жертвовали. А сила уходит, чтоб этот булыжник над Вивеком держать, — капал ядом призрак скелета.

— По-мудацки выходит, — согласился я. — Так, погоди. Метры? Да и вообще…

— Дошло, — ядовито откомментировал Анас. — А на каком языке мы говорим?

— Ээээ… — задумался я. — Данмерский?

— Каймерис, если быть точным. Но да. И как ты его понимаешь, безымянный пришелец?

— Ты, небось, — подумав, выдал я. — Типа спасибо. Наверное.

— Типа пожалуйста, наверное, — хмыкнул мертвечина.

— И полный доступ к воспоминаниям, — сам себе отметил я.

— Ну да, а как ещё хранить и оберегать? Правда, то, что мы можем общаться — великая удача. Обычно дух предков — безмолвный страж. Ни хера не безмолвный, конечно, — ехидно дополнила мертвечина. — Но достучаться до носителя — невозможно. А ты слышишь, наверное, потому, что частично даэдра.

И продолжил повесть о печальной судьбе Рарила до меня. Предки владели магазинчиком магических причиндалов в каком-то имперском городке, души в позднем ребятёнке не чаяли, считая его благословением девятки. Избаловали в хлам, но к предкам парень был расположен: то ли данмерская генетика, то ли просто, несмотря на избалованность, был неплохим парнем. Но, судя по словам Анаса, неучем и придурком. И, по мере рассказа, я вынужден был с ним согласиться.

А именно, после своевременной кончины предков, отгоревав месяцок, парень начал гулять. И прогулял за три месяца немалое наследство до гроша.

— Глупо до безумия, — констатировал призрак. — Хоть и приятно, конечно.

— Минуточку, старый хрыч, — сделал стойку я. — А в этом месте поподробнее! Что это твоей дохлой персоне такого «приятного»?

— Неуважительный щщщенок, — ободрительно покивала мертвечина. — Чувства, ощущения…

В общем, выходила такая петрушка, что бытие «духом предков» у потомка — это не только и не столько избавление от ужасов Обливиона. Некоторые черножопые товарищи, точнее, их души, вполне себе «наслаждаются» в планах даэдра посмертием, хотя то ещё «наслаждение», конечно.

Но важно вот что: дух предков — это… симбионт, вторая душа. И определённая часть чувств и ощущений оберегаемого ему доступна. И приятна, как понятно, поскольку в Обливионах, вне зависимости от планов, «не жизнь, а её жалкое подобие».

— Хм, учту. Вкусно пожрать или там с дамой пообщаться телами — это я люблю и уважаю, — задумчиво произнёс я.

— А то я не знаю. Это ты, конечно, молодец! Но нужна воздержанность и разумный подход! А то кончишь, как Рарил!

— А то я не знаю, — вернул мертвечине его же слова я. — Ладно, вещай дальше.

В общем, прогулял Рарил всё. При этом толкового образования не имел, да и не умел ничего толком. Но расстраиваться он не умел тоже, так что занялся домушничеством. И, на удивление, удачным, хотя на тему «как я этого придурка вытаскивал, сколько сил и нервов потратил!» Анас выдал очень примечательную матерную тираду. Хотя, как я понял, у данмеров с координацией движений, ловкостью, силой всё более чем хорошо. Да и везучим парень был, помимо пыхтения дохлого хрыча.

До поры. А пора была такой: обчистив какой-то весьма зажиточный домишко, парень начал кутить. Кутил неделю и докутился до призыва богов предков, по пьяни.

— Нашёл кого, придурок! — страдал призрак. — Этого Скуумного Кота!

— А это кто это? — заинтересовался я. — Уж не Ше…

— ЗАТКНИСЬ! — чуть ли не в нос прошипела мне мертвечина, приблизившись вплотную к лицу. — Не произноси его имени. Накличешь, придурок, — через некоторое время, отлетев, дополнил он.

— Как-то да, нахрен такого накликать, — признал я. — Судя по тому, что я знаю…

— Ни хера ты не знаешь, — отрезал Анас. — И хорошо, если бы ты не узнал.

— Даже спорить не буду, — пожал плечами я.

В общем, призвал этот придурок принца-даэдра на Ше, бога безумия, шуток и вообще тёмную личность. Тот с пьяным баблбесом пообщался, выпил с ним винца и «исполнил» мечту — побывать на родине предков.

— Блин, это получается, он Рарира на тюремный корабль того? — полюбопытствовал я.

— А у кого хватит чувства юмора и безумия на такую шуточку? — хоть и еврействовала, но ответила дохлятина.

— Так и меня он тоже… того? — с ощущением сжимающихся булок озвучил я.

Потому что все эти безумия и шуточки хороши, если не с тобой. А проверять уровень вменяемости того, кого зовут «Богом Безумия», в процессе игры им в меня… ну как-то даже не страшновато, а откровенно страшно.