Чтение онлайн

Александр А. ВИСЛОВ

Лучшим телевизионным сериалом назван был «Исаев» Сергея Урсуляка… Талантливый создатель «Ликвидации», хорошие современные актёры и… старая книга Юлиана Семёнова о большевиках, которые торгуют бриллиантами и устанавливают советскую власть на Дальнем Востоке. Не совпали они. С позиций сегодняшних знаний сериал о событиях того времени мог бы быть куда острее, честнее, парадоксальнее и телегеничнее, но продюсеры почему-то упёрлись в Юлиана Семёнова. Компромисс, двойственность – победила полуудача, но это полбеды.

Лучшим телефильмом (мини-сериалом) жюри назвало сериал «Вербное воскресенье» режиссёра Антона Сиверса. Недавно в итоговой передаче «Суд времени» я привёл в пример именно этот сериал как образчик телеотправлений, которыми долго и упорно заселяется наше телеполе, и тем удивительнее, что на нём смог прорасти и расцвести «Суд времени». Так вот в передаче я напомнил абсолютно лживую фабулу этого фильма. Начало 70-х, внук члена Политбюро (абсолютного циника, имеющего счёт в американском банке, хотя это не конец 80-х, когда соответствующими членами стали Яковлев и Шеварднадзе) насилует солистку Большого театра (ей только что ввиду успешной премьеры в «Жизель» руководство пообещало звание народной артистки, минуя заслуженную), а после того, как она обращается в милицию, кровавая гэбня бросает в застенок… её, а не сановного насильника. Живущего, кстати, на шикарной даче, которых у членов ПБ в ту пору отродясь не было. Перепутали немного наши времена, когда всё позволено, если есть власть и деньги, с вполне пуританскими советскими. Таких коллизий в 70-е не было и быть не могло, с чем и не смогли поспорить наши оппоненты. И вот не либеральную «Нику», а патриотического «Золотого орла» получает эта пропагандистская антисоветская залепуха.

Приз за лучшую женскую роль на телевидении вручили замечательной актрисе Полине Кутеповой (сериал «Пелагия и белый бульдог», правда, особенного интереса не вызвал). Посмертно премию за лучшую мужскую роль на ТВ присудили Владиславу Галкину, что было вполне ожидаемо, хотя сериал «Котовский», сами понимаете, несколько слабее одноимённого с Мордвиновым…

«Золотого орла» за документальный фильм получил режиссёр Андрей Зайцев (картина «Виктор Астафьев. Весёлый солдат»). В 2010 году было сделано и показано множество выдающихся документальных фильмов, но почему выбран именно этот с точки зрения режиссёрского и прочего профессионального мастерства слабый (это подготовительный материал к «Предстоянию»)? Ценность его несомненная и единственная – рассказ Виктора Астафьева, записанный в 90-е годы, о страшной подноготной войны. О солдатах, умиравших от истощения ещё в тылу, о сотнях тысяч непохороненных, об их раскатанных танками косточках в фронтовых хлябях, о вшах, о ворах-интендантах, оставлявших бойцов без обмундирования, о командирах, бросавших их на верную смерть – «победили, забросав врага своими трупами»… Но всё это в фильме – вне контекста 90-х, когда Ельцин развязал войну в Чечне, вне осмысления взаимоотношений Астафьева с эпохой, зато абсолютно в парадигме либеральной пропаганды, которой вроде бы михалковский «Золотой орёл» должен противостоять. Нет, он на удивление покорно дрейфует в сторону гусмановской «Ники».

Александр КОНДРАШОВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Планетарий

Своя колея

ПРОГНОЗ

Александр КАЗИН, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

С патриотизмом у постсоветской России отношения явно непростые. С одной стороны, ещё недавно многие политики публично отождествляли патриотов с негодяями. С другой – с начала нулевых годов шло выстраивание того, что на чиновничьем языке называется системой патриотического воспитания.

Куда идёт Запад

Познание, как известно, осуществляется путём сравнения – с образцовым или с негодным. Для нас сравнительными образцами издавна служат Восток и Запад.

Восток (в предельном обобщении) – это родина мировых монотеистических религий. В первую очередь это касается иудаизма и ислама, где Бог творит мир из ничего. Здесь слово совпадает с делом, духовная горизонталь – с телесной вертикалью. Согласно известной формуле Бог мыслит вещами. Дело человека и народа при этом – исполнение закона.

Появление христианства на пространстве Востока означало переход к своего рода религиозному модерну, где Бог Сын нисходит в мир с целью спасения человека.

Восток в целом этой жертвы не оценил. Европа же приняла христианство в рационально-юридической форме римского католицизма. В ХV столетии эту линию продолжила эпоха Ренессанса, обозначившая собой движение к культу самодостаточного человека.

В отличие от Востока европейский Запад свёл вечность к времени, сущностные ценности – к инструментальным, соборность – к индивидуализму. Бесспорным достижением европейской цивилизации стал суверенный индивид как субъект права и культуры. Однако утрата им духовного содержания привела его к опасным нравственным и политическим опытам со свободой, вплоть до союза с Мефистофелем. Прав был Ницше: для новой Европы Бог умер.

Набрав колоссальную производительную динамику, современный Запад переживает завершение проекта модерна – постмодерн. В содержательном плане его характеризует исчерпание абсолютизированной свободы, религиозную пустоту. Культура вырождается в старческую постмодернистскую «игру в бисер». Когда сказать по существу нечего, остаётся говорить о говорении, писать о письме – ситуация Нарцисса, ловящего в зеркале своё ускользающее отражение, да и то без особой охоты. Утверждённый исключительно на своём Я западный человек стал неинтересен такой и самому себе.

В области социально-политической практики современный Запад гордится «открытым обществом», плюрализмом мнений и оценок. Однако на самом деле под флагом гуманистической свободы идёт бегство от единой мировоззренческой истины как слишком принудительной, «тоталитарной». Истина в том, что истин много. Вот последнее слово Запада на уровне философской политики и политической философии. Цивилизации Новой Европы и Америки в ХXI веке направлены на освящение прав человека и достижение им успеха (наслаждения, богатства, власти) на этой земле, то есть обеспечение элитарного «грешного рая».

Такой проект является – и не может не являться – великой утопией. Ресурсов на всех не хватит. Налицо нравственный коллапс культуры, не различающей больше правду и кривду, серьёзное и смешное, мужское и женское, полёт и падение. Эти тенденции, будучи продолжены в будущее хотя бы ещё на сто лет, грозят смертью всему человечеству. Дальнейшая прогрессивная динамика Запада возможна только за счёт глобального информационного, а затем и функционального подчинения всего не-Запада стратегиям «открытого общества».

Что предлагает Восток

Не-Запад (Восток и Юг) составляет 5 из 6 миллиардов живущих на планете людей. Наряду с Америкой и Европой центрами силы оказываются сегодня конфуцианский Китай и мусульманский Ближний Восток.

Что касается Китая, то эта древняя нация переживает в ХХI веке своё второе рождение. Огромная по численности страна быстро растёт как промышленный, финансовый и военный гигант, не говоря уже о единстве и сплочённости народа и государства. Нынешний Китай – это монолит, за прочность конструкции которого заплачено многими жизнями во время разгона танками «оранжевой» молодёжной демонстрации на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Как утверждают футурологи, к середине текущего столетия китайская коммунистическая империя достигнет фактического паритета с Соединёнными Штатами по всем важнейшим показателям.