Чтение онлайн

Когда-то Валерий Белякович поставил шекспировского "Макбета" на сцене Театра на Юго-Западе - эти три ведьмы пришли в спектакль Театра им. К.С. Станиславского оттуда, как и многие другие находки, связанные с "той самой шотландской пьесой", как и исполнитель роли Макбета, очень яркий артист Валерий Афанасьев. Но там всё было совершенно по-иному: Белякович ставил трагедию Шекспира как чистую трагедию, здесь же перед нами репетиция спектакля, над которым напряжённо работают Режиссёр (замечательно играет Юрий Дуванов!) и очень старательно артисты. Особенно - премьер (Макбет) и премьерша (леди Макбет в исполнении Людмилы Халилуллиной пафосна, наделена типичными актёрскими "пережимами" и почти так же капризна, как и актриса, играющая эту роль), хотя и Малькольм (Лера Горин) отчаянно "жмёт", утрирует, стараясь показать своего героя недалёким, но наделённым трагическим мироощущением, - это получается смешно и грустно одновременно. И, конечно, Банко, сыгранный Владимиром Бадовым с тонкой иронией и отчётливым пониманием, что слишком мало живого в этой трагедии из далёких времён и так много ходульного с точки зрения дня сегодняшнего (напомним: пьеса Пиранделло написана в конце первого десятилетия ХХ века, когда Шекспир казался многим устаревшим в силу "возвышенности" его трагедий!). Диалоги Макбета-Афанасьева и Банко-Бадова выстроены и всерьёз, и иронично, и с узнаваемыми характерами исполнителей. Это очень сложный рисунок, придуманный Беляковичем, но артисты справляются с ним с честью.

Мне показалось, что можно было бы немного сократить текст "Макбета" - он явно превалирует над текстом Пиранделло, порой мешая углубиться в проблему тех, кто важнее прочих для автора Персонажей.

В этом театре принципиально не ставят современных пьес, о чём с гордостью сообщает Режиссёр, и здесь Валерий Белякович как истинный игрок делает двойной ход: достаточно всмотреться в Помощника режиссёра (Макс Шахет), чтобы понять, как старается восполнить этот досадный пробел служитель театра - типичный представитель богемы в фиолетовом пиджаке и оранжевых носках, выглядывающих из-под коротких брюк. Свою маленькую роль Макс Шахет играет так, что очень легко представить себе досуг этого человека, с видом профессионала рассуждающего где-нибудь в околотеатральной компании о падении нравов в современном искусстве, о преимуществе классики над современными поделками, а на работе с ненавистью повторяющего и повторяющего для беспамятных актёров реплики из устаревшего Шекспира.

И вот - появление Персонажей. Через весь зрительный зал под музыку Доменико Фронтье, так отчётливо вызывающую в памяти эстетику Федерико Феллини. Да они и похожи на персонажей Феллини - смешные люди, явившиеся со своей проблемой недовоплощённости куда?
– в театр, принципиально отвергающий современность. Им необходим автор, чтобы трагическая история этой семьи осталась закреплённой, воплощённой, переданной из рук в руки исполнителям. Сталкивая реальную жизнь с закреплённой на века трагедией, Валерий Белякович озабочен вовсе не тем, чтобы провести некие параллели между "Макбетом" и "Шестью персонажами в поисках автора", пьесой, опубликованной в 1920году и тоже давно уже ставшей мировой классикой. Их нет и быть не может, как нет и не может быть параллелей между Историей и историей маленького человека, столь любимого русской классической литературой.

Неожиданно ворвавшиеся в театр во время репетиции маленькие люди (они потому так настойчиво вызывают в памяти героев Феллини, что и для него именно они и становились героями!) ломают всё привычное, закреплённое, ставшее стереотипом; они принесли сюда свою жизнь, свою историю одной семьи, и для них нет и быть не может ничего важнее. С каким затаённым ужасом наблюдают они ход репетиции, чувствуя фальшь и придуманность, как стараются привлечь внимание к себе, как, наконец, выразительно и сильно разыгрывают свою историю - на глазах Режиссёра и некоторых артистов слёзы появляются от сопереживания обыденным событиям обыденной жизни. А вот актёры повторить их диалоги и монологи не могут[?]

Потому что целая пропасть лежит между персонажами и исполнителями, если столкнуть их "лоб в лоб". Только тогда могут проявиться невидимые нам, зрителям и критикам, черты[?]

Что касается Персонажей - все они сыграны просто блистательно: от Отца - Олега Бажанова просто невозможно глаз отвести, настолько выразительно, наивно, но нервно переживает он всё происходящее в жизни и на сцене; Мать Дианы Рахимовой б[?]льшую часть своей роли проигрывает мимически, но в последнем монологе перед нами раскрывается незаурядный темперамент и невымышленная боль актрисы; Падчерица Анны Сениной заставляет испытывать глубокое сострадание к этой заблудившейся в жизни девчонке, пережившей шок от близости с мужем матери (эта сцена очень сильно решена режиссёром в пластике); Сын Дмитрия Чеботарёва, переполненный агрессией, в какой-то момент захочет сбросить с себя мучительную, невыносимую маску Персонажа и включиться в репетицию "Макбета"; а Сынок (Евгений Ёлсуков) выплеснет весь темперамент в единственной сцене гибели мальчика, когда он скатится по ступенькам, как убитый Макбет; внезапно появившаяся среди Персонажей мадам Паче (очень хороша в этой роли Ирина Коренева!) приведёт в ужас Режиссёра, решающего, что отныне Персонажи будут множиться и множиться вокруг него[?]

В момент гибели Макбета зазвучит вдруг музыкальная лейттема Персонажей, и смерть эта покажется травестированной, хотя Падчерица склонится над убитым, а Сын воскликнет: "Даже Макбета автор освободил, а чем мы хуже?" И наступит свобода - лица Персонажей просветлеют, их история завершится гибелью Сынка, утонувшей Дочки (эта сцена решена Беляковичем по-настоящему страшно, когда руки ведьм то опускают куклу, словно в глубину пруда, то вновь поднимают её, чтобы затем уже навсегда погрузить на дно), безумием Матери и бегством из дома Падчерицы. И тогда они смогут уйти. Они вновь спускаются в зал, уходят, и вдруг за ними бросается Банко, понявший разницу между Персонажем и Исполнителем и выбравший отныне свою долю. А оставшиеся артисты во главе с Режиссёром, столпившись, остаются на авансцене едва не плача. Они поняли слова Падчерицы: "Зачем нужен весь этот театр, если в нём нет правды?" и - задумались. Может быть, навсегда[?]

Тот несомненный мистический оттенок, который есть в пьесе Луиджи Пиранделло, Валерий Белякович сформулировал очень отчётливо: "Тайна полёта персонажа в Вечность[?]" Исполнители меняются, приходят и уходят, одни из них могут быть сильнее, другие - слабее, но остаётся и манит, тревожит, не даёт покоя эта вечная тайна[?]

Тайна персонажа.

Тайна игры.

Тайна театра.

Что ж, я очень рада, что Валерий Белякович вновь победил.

Наталья СТАРОСЕЛЬСКАЯ

Юбилей без президиума

ЧЕСТВОВАНИЕ

Московские улицы пестрят афишами неправдоподобных размеров, которые и не снились самому Шаляпину: "Мне - 20 лет!", а "Мне - 25!", а "Мне - 30!". Кокетливо сообщают юные дарования, представляющие сами себя - "звёзд" шоу-бизнеса.

Особая статья - юбилеи театров. Вариантов здесь тоже не так много. В принципе известно два. В первом театр готовит к своему юбилею премьеру. С одной стороны, это проще. Но с другой - более рискованно: а вдруг провал?! Во втором - труппу рассаживают на сцене по ранжиру, согласно Табели о рангах: народные артисты - в первом ряду, заслуженные - во втором, остальные - за ними.

На экране в это время мелькают чудом сохранившиеся кадры кинохроники с выдающимися мастерами прошлых лет, отчего вы вскоре осознаёте, что присутствуете не на юбилее, а скорее, на вечере памяти театра, который потеряли. Именно в этот момент на сцене появляются делегации с поздравительными адресами, подарками и цветами, а затем наступает кульминация: оглашаются указы о присвоении почётных званий и награждении орденами, ради чего, собственно, и устраивался праздник.

Правда, несколько лет назад один из старейших театров решил нарушить традицию и предложил свой путь. Труппу усадили на сцене за небольшими столиками и стали выпивать. А зрители могли наблюдать за этой всероссийской пьянкой - кто из зала, кто с экрана телевизора: велась прямая трансляция. И по тому, как постепенно теплели лица наших кумиров, чувствовалось, что сидят они хорошо!!!

Справедливости ради надо сказать, что юбилеи сегодня справляют не только люди искусства, но и всевозможные банки, ОАО, ООО, размещающие растяжки: "Нам - 3 года!", "Нам - 5лет!". До десяти, правда, удаётся дотянуть далеко не всем юбилярам: их деятельностью начинают интересоваться правоохранительные органы. И тогда приходится передислоцироваться поближе к Лондону. Этот город облюбовали ещё в XIXвеке многие диссиденты. Начиная с Маркса и Герцена. Правда, их никто не обвинял в хищениях в особо крупных размерах, но времена меняются, меняются и диссиденты, и их нравы[?]

На этом фоне празднование 90-летия Российского академического молодёжного театра, девичья фамилия - Центральный детский, выглядит неслыханным вызовом всему театральному сообществу. Никаких вступительных слов, никакого президиума и даже никакой кинохроники. Правда, четыре раза с "небес" спускался фотоиконостас с портретами людей, отдавших этой сцене многие годы. Разумеется, не всех: всё-таки - 90лет!!! Но наиболее значимых: ведь это и их праздник! Своим визуальным присутствием они как бы подтверждают преемственность поколений - из вчера в завтра! До чего же неправдоподобно молодо выглядит девяностолетний юбиляр: прыгает, скачет, танцует, фехтует, поёт, здраво и остро мыслит, приглашая к сотрудничеству великие имена от Шекспира до Пушкина и Пастернака, от Баха до Шостаковича и Дунаевского. Скажи мне, кто твои друзья, и я скажу тебе, кто ты[?]