Чтение онлайн

Женщина под чёрной бесполезной маской.

* * *

Выходя из маршрутки у базара или вокзала,

"Ты высокий как небо", - цыганка ему сказала

И пошла, загребая подолом сухой снежок,

У бродячей судьбы золотой забирать должок.

А водила... Водила до первого поворота

На дорогу глядел и лыбился криворото,

И дышало небо в крутое его плечо

Равнодушно разгневанно, холодно горячо.

Свидание с Саровом

Владимир ШУТОВ

Родился в 1941 году в Уфе. С 1947 по 1966 год жил в Сарове (тогда Арзамас-16), где окончил школу и вечернее отделение МИФИ. Работал редактором в научно-технических изданиях в Москве. Вернулся в Саров, где и живёт.

* * *

Ив. Шмелёву

Не буди меня,

не прерывай этот сон.

Я хочу досмотреть,

и пока не окончился он -

не буди.

Погоди!

Так немного осталось.

Пусть ещё он продлится,

хоть самую малость.

В нём душа так легка

и наполнена светом,

будто чьим-то дыханьем

ответным согрета.

Погоди, не буди!

Дай остаться средь этого лета.

Слышишь, благовест смолк,

только воздух дрожит над закатом.

Только сердца восторг,

только слёзы любви и утраты.

* * *

Новое - чуждо и дико,

старое - пепел и тлен.

Видишь, опять многолико

смотрят портреты со стен.

Слышишь?
– Поют или плачут

пьяные над рекой.

Ах, разнесут, рассудачат

эту старинную боль.

Кто ты - чужой или милый?

Милый и снова чужой.

Звук бесконечный, унылый...

Вой.

ОСЕННИЙ МОТИВ

Обними меня так,

как во сне нелюбимых

любимые обнимают[?]

Как туман, из низин поднимаясь,

обнимает холмы,

и прощальной свирели мотив

возникает и тает.

Как пустые поля небеса обнимают.

Как последний цветок

обнимает последний цветок.

Как покинутый лог

обнимается с рощей

и ропщет

одинокий на ветке листок,

и дожди моросят

на застывшие воды озёр,

и вороны галдят

над погостами старых церквей[?]

Обними меня так,

как мрак нелюбви твоей

обнимает меня.

* * *

Последний августовский день,

ещё печалиться мне рано -

ещё московским тротуаром

летит божественная тень!

И ты, птенец, свищи и пой,

пока пруда не стынут воды,

пока возвышенной свободы

даруют нам глоток живой.

А завтра? За какою далью -

не знаю. Заслонив лицо,

сойду на тёмное крыльцо,

чтоб глаз не увидали.

И сыростью или сиротством

пахнёт из глубины колодца.

На дне его звезда забьётся

и на небе замрёт.

* * *

Те же проводы и те же провода.

Ах, россейская дорога в никуда.

Что там мелет мельничное колесо?

Спит Емеля, мухи липнут на лицо.

Был народ, и нет народа - извели,

а пройдёшь за огороды - пустыри.

Пустельга кричит,

что будет недород.

Был народ - и был тогда дород.

А дорога вдаль ведёт, ведёт, ведёт.

Закуси-ка полушалком тихий рот.

Закричать бы, только крик

в груди угас.

И куда, кривая, выведешь ты нас?

А надежды, как химеры Нотр-Дама.

Хочешь, дёшево отдам я их, задаром?

Ах, дешёвая продажа - не сезон!