Чтение онлайн

Название сериала, заявленного к показу на Первом канале, поначалу вызвало удивление и одобрение - неужели расскажут о судьбе Зои по-новому, с использованием вновь открытых архивных материалов? Но выяснилось, что его создатели (режиссёр и автор сценария В. Павлов, продюсеры В. Пиманова, А. Пиманов, Ю. Глоцер, М. Молотов, Д. Петренко) предлагают нам новую "героиню" с тем же коротким именем, цинично подменяя в сознании героически погибшую за Родину партизанку Зою Космодемьянскую артисткой Зоей Фёдоровой, погибшей за[?] бриллианты и хроническое желание Родину покинуть (в прежние времена сказали бы - предать).

Пожалуй, в истории СССР трудно найти более ярких антиподов! И если их что-то и сближает, то это[?] домыслы. Мы ещё не всё знаем о судьбе Космодемьянской, но почти ничего не знаем о роли Фёдоровой в тёмных бриллиантовых историях. Зато коллеги артистки в документальном фильме "Бриллиантовое дело Зои Фёдоровой", последовавшем за сериалом, рассказывают о том, как спекулировала звезда экрана шубами, привозимыми из США в 70-е годы.

А в сериале авторы придают повествованию "липовую достоверность" художественным приёмом: молодой следователь якобы узнаёт подробности жизни артистки из дела, хранящегося в архивах Лубянки. Как будто он мог узнать из него, что говорила и делала артистка в своём кругу. Как будто там может быть описано, как в тюрьме её ошпарили горячим душем, как измывался над ней следователь (не хватает слов, чтобы описать эту надуманную, безобразную в своём натурализме сцену). И вот несправедливое обвинение - связь с американским шпионом (так ли уж неправ Берия, говоря, что военный атташе по должности не может им не быть?) и, конечно же, "подготовка покушения на Сталина". Во всех красках - ужасы тюрьмы и лагеря. Возможно, неискушённый зритель здесь должен провести параллель с пытками в фашистском плену и в советской тюрьме?

Мы во всех подробностях знаем, как фашисты убивали нашу Зою, и никогда не узнаем, как и за что убили Зою, которая не хотела быть "нашей"[?] Но прислушаемся к словам следователя ("Бриллиантовое дело Зои Фёдоровой"), отмечающего, что для спокойных 80-х убийство из пистолета да ещё пожилой женщины - редчайший случай. "Где Сталин?" - кричит Космодемьянской взбешённый немецкий офицер. "Сталин - на посту!" - гордо подняв подбородок, отвечает партизанка. Какой наивной кажется нам эта сцена сегодня. Как важна она была для зрителя военного времени.

Осознавали ли авторы сериала, какие параллели и противопоставления в судьбе двух женщин предложили провести зрителям? Увы, эти сравнения - не в пользу артистки Фёдоровой, или Федотовой, как обозначили её в фильме. А образ Зои Космодемьянской будто незримо присутствует в кадре. Вот юной Федотовой открывается некий Кирилл - он увезёт её в Австралию, потому что там у него дядя - офицер. "Белый?" - только и смогла выдохнуть очарованная девушка. Конечно, она согласна! А что сказала бы Космодемьянская? Вот Федотова объедается пирожными в скрытом салоне, где собирается декаденствующая богема для[?] танцев. Могла ли там оказаться Космодемьянская? Вот Федотова советуется с сестрой (ах, какое совпадение, её зовут Шура, как брата нашей героини!) - выйти ли ей замуж за молодого, влюблённого ассистента режиссёра или за старого, но имеющего вес в обществе оператора, обещавшего помощь в карьере? Федотова выбирает старика (одна из последних, к сожалению, малоубедительных работ М. Козакова). Кого выбрала бы Космодемьянская? Вот артистка Федотова, капризно надув губки и глуповато хихикая, заявляет режиссёру, что ей уже надоело бегать с какими-то бесконечными пакетами, изображая связную. Для Космодемьянской выполнение задания не было игрой! Вот коварный нарком (а не министр, как сказано в фильме) Берия говорит Федотовой, что скоро война и она должна быть готова уйти в подполье. "Почему в подполье-то?" - давясь от смеха, спрашивает хохотушка Федотова. А что сказала бы Космодемьянская?

Так же неприятен и образ дочки звезды советского экрана. Недавно прибывшая из ссылки в московскую школу девчонка для самоутверждения в глазах соучеников съедает на зависть им пол-литровую банку икры и едва добегает до дома с резями в животе. После первой же роли в кино считает, что её "любят все мужчины Советского Союза". После череды замужеств исполняет наконец мечту матери - уезжает в США.

Кажется, авторам фильма не хватает фантазии (или мужества?), чтобы показать свою героиню в условиях войны, зрители слышат лишь частые восторженные отклики об участии артистки Федотовой во фронтовых бригадах, о её ролях в военных картинах. Непонятно даже, за какие заслуги юное дарование становится дважды лауреатом Сталинской премии. Ведь не это главное в её жизни. А что главное? Любовь? Желание попасть в правящие круги, якобы ненавидя их? Блистать там? Уехать из страны? "Я только возьму еды, спою и уйду оттуда", - говорит "голодающая" звезда-лауреатка сестре, отправляясь на правительственный приём. "Забери меня отсюда!" - просит американского военного атташе. И вдруг после всех намёков на диссидентство предсмертная фраза актрисы: "Да, я - Зоя Федотова - любимая артистка товарища Сталина"[?]

Наверное, этот "титул" могли бы оспаривать многие звёзды экрана военных лет, мне же хочется вспомнить замечательную женщину, с которой довелось общаться лично, любимую артистку миллионов советских зрителей. Когда секция партизан и подпольщиков Московского комитета ветеранов войны проводила встречи с молодёжью и школьниками, убелённые сединами ветераны представляли её так: "А теперь, ребята, перед вами выступит "наша Зоя" - актриса Галина Водяницкая!"

Галина Владимировна Водяницкая была старше Зои Космодемьянской на целых 5 лет. Но, когда в 1944 г. в далёкой тыловой Алма-Ате режиссёр Арнштам искал актрису на роль героини, он выбрал именно Галину - исхудавшую и коротко стриженную после перенесённого тифа студентку ВГИКа. Решающим стало одобрение матери героини - Любови Тимофеевны Космодемьянской. У Зои Космодемьянской и у Галины Водяницкой лица, преисполненные внутреннего спокойствия и благородства. Роль Зои стала для Галины звёздной, а фильм - лидером мирового проката! Высокая планка, поставленная этой ролью, к сожалению, не дала актрисе раскрыть свой талант в последующем. Галина Владимировна посвятила себя работе "за кадром". Именно её голосом заговорили по-русски Марлен Дитрих и Анна Маньяни.

Водяницкая объездила весь СССР и многие зарубежные страны, представляя фильм о Зое. Она рассказывала, как огромные залы приветствовали её стоя, скандируя: "Зоя! Зоя!", а ей было и неловко, и радостно - ведь она не Зоя, но она сыграла её[?] Сыграла так, что миллионы людей во всём мире почувствовали боль, пережитую нашей Зоей, сочувствуя ей, восхитились её мужеством, её преданностью Родине, полюбили её.

Ирина Пегова, весьма правдоподобно сыграв роль "девушки из народа" Зои Федотовой, не сумевшей даже в своей известности подняться выше мещанских интересов, талантливо показала, что её АнтиЗою не за что любить и уважать.

Яд беспамятства

ТЕЛЕДИСКУССИЯ

Материалы о фильмах "Служу Советскому Союзу" и "Падение Берлина" (канал НТВ, 22 июня) были опубликованы в 26-м номере "ЛГ" и сопровождены общим заголовком "Под колпаком папаши Миллера". На сайте газеты эти публикации обсуждаются эмоционально и заинтересованно. Вот некоторые фрагменты интернет-дискуссии.

В КОНТЕКСТЕ ЭПОХИ

Текст А. Кондрашова о бессовестной деятельности НТВ по дезавуированию нашей Победы понравился. Анализ пошлой поделки "ССС" вполне профессиональный. Но особенно интересным показалось то, что увидел автор "незамыленным глазом" в простом на первый взгляд "лубке-агитке", фильме "Падение Берлина". А ведь действительно в нём впервые появляются ростки будущих киноэпопей, подобных озеровскому "Освобождению", гордости нашего военного кинематографа. И контекст появления фильма "Падение Берлина" в 1949 году определён точно.

Борис СОТНИКОВ

ЧЕЙ КОЛПАК?

Я ещё как-то могу согласиться, что "Падение Берлина" - это "лубок-агитка", но почему пасквиль называется лубком? Насколько мне известно, лубок - вид фольклорного искусства с доходчивым, ёмким народным образом, для которого характерны простота и лаконизм. Что же народного в этих - кровище, урках, соплях, блуде и лжи - кроме простоты замысла? Но я бы хотел высказаться не об этом. Министр Мединский нижайше, с использованием лексикона Манилова из "Мёртвых душ" ("[?]позвольте вам этого не позволить?..") попросил г-на Кулистикова уважить просьбы ветеранов. Дескать, святой день, обидятся, надо бы скорбеть да помнить[?] Но руководство НТВ не только не согласилось с министром, но откровенно в издевательской и оскорбительной форме "вставило" ему по самое "не балуй" угрозой "спецпроекта"!..