Чтение онлайн

На ночном море

Мелкое море. Пляжная гать.

Пустеющий зной степей.

Буду и это потом вспоминать –

чем дальше, тем всё светлей.

Наши почти безотчётные дни

в прогалах вселенской тьмы,

где мы как будто с тобой и одни,

хотя не одни и не мы.

Буду всё чаще потом, потом

прекрасными числить их.

В прошлое мчащийся фаэтон

пусть заберёт хоть двоих.

* * *

Неприязненный взгляд

неизвестного мне человека –

от прикрытого века,

от века, который

для смеха

проверял, как легко

брата мог

отоваривать брат.

Чем я мерзок ему

или попросту неприятен?

Ну, не слишком опрятен –

от пятен вины

и заплаток

на подержанной коже...

И сам-то себя

не пойму.

То ли я это я,

то ли кто-то уже нереальный,

виртуальный

и этим нахальный,

и строгого враг бытия.

Это чувствует он.

Бытию от меня нет прибытка

(и убытка хотя),

но меня, болтуна,

недобитка,

ненавидит заранее,

ибо для счастья рождён.

* * *

Когда ты с землёю близко –

на пляже ли, на лугу –

лежишь безо всякого риска

упасть во вселенскую мгу.

Что здесь, под тобой, не знаешь,

не ведаешь, что над тобой,

и только глазами стреляешь

под купол цветной цирковой.

Там много воздушных гимнастов

и тучек смешных золотых.

А здесь под тобой, под настом

ракушек и галек литых,

травы и подзола – здесь черви

и мелкие гады. Они

не хуже чиновничьей черни

съедят и последние дни,

когда ещё будет сознанье

искать с чужеродным родство.

Нет цели в Его мирозданье,

понятной созданьям Его.

* * *

Я не умею пока умирать…

А. Саед-Шах

То заснуть не могу никак,

то от сна оторваться невмочь –

там я вижу людей и собак,

что вернулись ко мне в эту ночь.

И роса на ресницах дрожит

после ночи, продлённой чуть-чуть…

Я пока не умею не жить,

но и этому научусь.

Впервые в «ЛГ»

Летали парами синицы

Павел ПРОСКУРЯКОВ

Екатеринбург

Родился в 1957 г. в д. Ежово на юге Свердловской области. Юрист, нотариус. Автор поэтической книги «Хрустальная трава». Стихи публиковались в журнале «Урал», в коллективных сборниках.

* * *

Всё наяву и будто бы во сне.

Я ранним утром за ворота вышел

И оглянулся: ты стоишь в окне

И что-то говоришь, а я не слышу.

Наполнен дом теплом до потолка;

Лежат блины горячие на блюдце;

В окне твоя зовущая рука…

И хочется всё бросить и вернуться.

* * *

У знакомой пил я чай,

Ел вишнёвое варенье

И Ахматовой украл

Книжицу:

«Стихотворенья».

Тридцать лет прошло.

Тот грех

До сих пор мне ночью снится:

Всё бегу я через лес

И в кармане прячу

Птицу.

Чарка

На фронт мужа провожала.

Молода

ещё

была.

Попросил налить он чарку,

а она не подала.

И всю жизнь о том жалела,

вплоть до нынешних времён.

В сорок третьем,

после плена,

был убит её Семён.

До войны любил он выпить

с мужиками допьяна.

Обнесла Семёна

чаркой

растреклятая война.

* * *

 Ю.К.

Почти что нагишом

по лавочкам слоняться,

слыть местным чёлкашом,

фуфайкой прикрываться.

В поленнице опять

бутылочку заныкать.

___________________

Да боль бы продышать.

Да горе перемыкать.

* * *

Таскаю лет и зим обноски.

Себе на гроб стругаю доски.

Ищу сухой клочок земли.

Коплю на смертный день рубли,

Не зная, что же делать с ним,

С остатним временем моим.

* * *

Только ёлку разберёшь –

Надо снова собирать.

Помнишь наши брюки клёш?

Видишь, носят их опять.

Бесконечным в январе

Мне казаться будет год.

За год в мамином дворе

Кто-нибудь опять умрёт.

Даже в маленькой реке

Не кончается вода –

В прогоревшем котелке

Выкипела навсегда.

* * *

Когда с тобой впервые вместе

мы в летних сумерках гуляли

по парку разносились песни

в аллеи белки выбегали

светлели у прохожих лица

в ночь сумерки не

превращались

летали парами синицы

и сосны по

двое срастались.

* * *

За окном погоды нет,

Дождь в траву стекает с крыши.

И сквозь шум дождя я слышу

Ветра сбивчивый фальцет.

Записать бы мне его,

Словно барда, на пластинку.

Для меня, для одного,