Чтение онлайн

Хороший рассказ, но финал с «обнажением чертей» (может, и не коробящий в моём окарикатуренном пересказе) живой крусановский текст дешевит. Сводит всю его мне понравленность – к приёму, фокусу. Понимаешь, что тебя обвели вокруг пальца, нажали на твои кнопки. А в конце – как у Сорокина – раз! И кишки наружу. Разоблачённый фокус, вывернутое нутро зеркального ящика, хмурое утро отъезда цирка.

Дальше всё в таком духе. Рассказ про метемпсихоз, про волшебный объект, про чучельника, делавшего чучела из людей, про аборты… Мельком вспоминается Кортасар – его рассказы об опасных странностях, подстерегающих посреди привычной, кажущейся надёжной повседневности, но тут слишком уж всё разжёвано, чтобы так же задевать нерв, быть таким же убедительно странным и страшным. Так – литература, выходит, игра.

И неслучайно «Собака, кусающая дождь» вынесена в начало как лучший рассказ. Чувствует, чьим мясом сыта. Нашим реалистическим «умением рисовать». А вот докрутить рассказ до катарсиса, до «смысла», взятого у самой жизни, а не заёмного у мозгов, – решимости не хватило. А может, сил. А может, серьёзного отношения – к жизни, к тому, что называется «литература», к себе. Не знаю. Слажал, испужался, не сдюжил. Ну и дальше вниз пошло – по накатанной.

А вы говорите «консерватор, традиционалист».

Не-е-ет. Это машина Стелькина.

Теги: Павел Крусанов. Царь головы

Юрий Слёзкин. Разными глазами.
– М.: Совпадение, 2013. – 752 с. – 1000 экз.

Сборник произведений вышел в серии "Время – это испытанье[?]", выпускаемой издательством «Совпадение». Книга, появляющаяся в ней, кажется, должна доказать свою востребованность и значимость для русской литературы, а писатель – отстоять своё место в истории. Может быть, больше чем к кому-либо это имеет отношение к Юрию Львовичу Слёзкину (1885–1947), творческому наследию которого приходится упорно пробиваться к читателю уже не первое десятилетие. И почти каждый раз инициатором «возвращения» писателя оказывается поклонник и пропагандист его творчества, известный литератор С. Никоненко (хотя ещё в 1982 г. благодаря усилиям И. Ковалевой был издан объёмный том Слёзкина «Шахматный ход», куда вошли его лучшие произведения 20-х годов).

Но новое издание Слёзкина существенно восполняет то представление о писателе, которое могло сложиться за последние 20 лет, когда спорадически – то в антологиях русского советского рассказа, то среди русских новелл ХХ века, то в собраниях фантастических повестей – появлялись отдельные его произведения. Здесь же возникает целостное знание об этом самобытном и оригинальном писателе, и возникает оно потому, что С. Никоненко предпослал трём романам («Бабье лето», «Ольга Орг», «Столовая гора»), двум повестям («Козёл в огороде», «Разными глазами») и почти десятку новелл основательное предисловие, в котором подробнейшим образом воссоздал весь творческий путь писателя. В течение многих лет Никоненко общался с сыном писателя, и ему стали доступны материалы личного архива, дневники и записные книжки, которые он щедро цитирует.

Начало писательской карьеры Слёзкина было непростым: под влиянием революционных событий 1905 г. он пишет в целом подражательную повесть «В волнах прибоя», но уже вскоре молодой автор нащупывает собственную стезю: используя авантюрные сюжеты, давая волю фантазии, он переключается на жанр новеллы. И здесь добивается значительного успеха: его увлекательные, с неожиданными концовками произведения печатают самые заметные издания 1910-х гг. Слёзкин в новеллах ориентируется на чистоту и прозрачность прозы Пушкина, нежную меланхоличность Чехова, пряную чувственность Мопассана. Эти же элементы будут воспроизводиться и в его больших полотнах, запечатлевших бурное предреволюционное десятилетие, но «отягощённых» многочисленными реалистическими подробностями, позволяющими осознать социально-психологическую составляющую эпохи. Это относится в первую очередь к роману «Бабье лето», не прозвучавшему в полную силу в своё время (а это 1912 г.) только потому, что публике казалось, будто о русском дворянстве надгробное слово уже произнесли Бунин и Алексей Толстой. Читатели и критики не заметили, что в романе Слёзкина особое значение приобретало место действия – некая усадьба на берегу Западной Двины, соседями хозяина которой оказываются поляки, белорусы, немцы, украинцы, евреи, что и определяет остроту происходящих между ними споров, неожиданно воспринимаемых чрезвычайно актуально сегодня. Так в романе о нравственной гибели простодушного помещика возникал политический ракурс описания событий.

Не менее актуальным выглядит и роман «Ольга Орг». Тогда воспринятый едва ли не как порнографическое произведение, сейчас он читается как предупреждение об опасностях, подстерегающих молодое поколение, утратившее жизненные ориентиры, не находящее смысла в погоне за мнимыми ценностями и в итоге гибнущее.

Но подлинной стихией Слёзкина оказалась историческая круговерть первой половины 20-х гг., давшая поистине фантастический материал, затмевающий любые домыслы и предположения, которые могли возникать в буйном воображении писателя. Оказавшись сначала во Владикавказе (где он познакомился и подружился с М.А. Булгаковым, непростым взаимоотношениям с которым посвящено несколько страниц предисловия), а потом в переживающих тревожные времена городках Украины (описание произвола, вседозволенности и кровавых авантюр, происходящих там, рождает ощущение дежавю), Слёзкин даёт волю своей страсти к пародированию, травестированию, гротесковому перекраиванию действительности. В результате рождаются трагифарсовый «Козёл в огороде», неожиданно корреспондирующий с «Двенадцатью стульями» И. Ильфа и Е. Петрова, «Козлиной песнью» К. Вагинова и в чём-то предвосхищающий «Мастера и Маргариту», а также рассказы «Голый человек», «Бандит», «Огуречная королева». Фантасмагоричность действительности уравновешивается у Слёзкина в эпистолярной повести «Разными глазами», где само­устранение автора даёт возможность предельно раскрыться очень разным в психологическом отношении персонажам. Читатель с интересом обнаружит иной, а может быть, ещё более грустный «расклад» сюжета пьесы Чехова «Три сестры» в рассказе «Глупое сердце», а «Господина в цилиндре» воспримет как предчувствие ностальгии всей эмигрантской прозы вплоть до бунинских «В Париже» и «Холодной осени».

В общем, умело скомпонованный сборник подарит радость всем, кому важно, чтобы «кратко, скупо, чётко, как эссенция, как жемчуг» (высказывание Слёзкина) были раскрыты минуты высочайшего жизненного напряжения, кому дорог «размах непринуждённости», которым был одарён от природы мастер. А если он узнает, что ещё много вещей писателя не переиздано, то будет искать имя этого писателя в анонсах и объявлениях, чтобы успеть купить. Ведь рецензируемая книга (единственный недостаток которой – плохая корректура) уже стала библиографической редкостью.

Теги: Юрий Слёзкин , Разными глазами

Фантастический роман Виктора Слипенчука вышел на монгольском языке  (издательство "Арилдал")

Роман «Звёздный Спас» Виктора Слипенчука дважды издавался в России. Выходил в Китае в 2011 году, во Вьетнаме и Сербии - в 2013 году.

Современное звучание роману придаёт актуальная тема – герои романа относятся к новому поколению людей, которые обладают необыкновенными способностями. В России и Америке их называют «детьми индиго», во Франции – «тефлоновыми детьми», а в Китае и Японии – «детьми света». В основе романа – любовь двух молодых людей поколения индиго. Они талантливы и похожи на нас, но их не всегда понимают, незаслуженно подвергают остракизму. Они способны перемещаться в прошлые миры материнских планет, они вобрали в себя духовный опыт всех цивилизаций и пришли к нам на землю с особой миссией духовного совершенствования человечества.

Редактором монгольского издания книги стал лауреат Государственной премии Монголии, заслуженный деятель культуры Монголии, писатель, драматург и сценарист Д. Гармаа. В предисловии к роману он отмечает: «Было приятно редактировать перевод книги «Звёздный Спас» талантливого писателя-фантаста В. Слипенчука. В Монголии не очень много фантастических произведений. Романы писателей-фантастов Д. Даржаа и Н. Гала в своё время очень понравились читателям, они являлись основоположниками этого жанра в монгольской литературе. В 60-х годах прошлого столетия были переведены книги А. Беляева, которые были у нас очень востребованы. Переведённая талантливым переводчиком Ч. Баасанжаргал книга «Звёздный Спас» не только понравится нашим читателям, но и придаст оптимизм молодым писателям-фантастам. Как редактор, я восхитился талантом переводчика и считаю, что эта книга займёт достойное место в библиотеке фантастических произведений».

Роман «Звёздный Спас» – не первое произведение Виктора Слипенчука, переведённое на монгольский язык. В 2012 году монгольские читатели смогли познакомиться с его поэмой «Чингис-Хан», перевод которой был опубликован в газете «Литература и искусство» Монгольского союза писателей. В настоящее время готовится к выходу отдельное издание поэмы «Чингис-Хан» на монгольском языке.

ПРОЗА