Литературная Газета 6466 ( № 23 2014)
Шрифт:
История с "Дождём" приструнила «интеллектуальную элиту». Да и прецеденты украинского фашизма взбудоражили общество, заставили его внимательно прислушиваться к публичным высказываниям столичной богемы на темы Отечественной войны.
Это я к тому, что в программе «На ночь глядя», гостем которой стал Сергей Пускепалис, ведущие, показалось, очень хотели порассуждать о «великом романе», применительно к его главной мысли о тождественности фашизма и коммунизма, однако язык у них не повернулся сформулировать вопрос ребром. И это уже достижение.
«Гроссман поставил в своём романе вопросы, на которые и сейчас не все решатся отвечать[?]» - вот самое смелое, на что решился Борис Берман, ожидая, видимо, что гость разовьёт тему. Однако тот развивать тему не стал, а потому покрутились вокруг да около, толком и не заклеймив тоталитаризм. Так, лишь намекнули. Ильдар Жандарёв сказал: «Рукопись была арестована органами безопасности, Суслов сказал, что этот роман будет напечатан только через 300 лет…» Соведущий дополнил: «Он претерпел многое в этой жизни – и арест романа, и…» Борис Берман осёкся, видимо, пытаясь продолжить список мытарств, но так ничего и не вспомнил. Да и вспоминать-то, в общем, нечего. Разве о неоднократном выдвижении писателя на Сталинскую премию, но всякий раз тщетно…
Понравилось, как отвечал на вопросы с подтекстом Сергей Пускепалис. Интервьюеры пытались спровоцировать гостя на что-нибудь диссидентское, а гость с неожиданным пафосом, наигранным надрывом вдруг заявил про книгу Гроссмана: «Читал её со страшными муками, со слезами, бросал её об стену…» И не поймёшь – почему. Не поймёшь – ибо наконец наступило время эвфемизмов. Ну что ж, это скорее хорошо, чем плохо.
Теги: программа «На ночь глядя»
Радостные перемены
Вы верно подмечаете то, что на нашем ТВ и радио плохо, но не всегда замечаете изменения в позитивную сторону. Приведу пример. Меня на радиоканале "Говорит Москва" очень раздражала Ирина Карацуба - вроде историк, а на самом деле либеральная активистка – в программе «Уроки россиеведения» назойливо пропагандировала антироссийские ценности и грубо обрывала слушателей, которые с ней были не согласны. Однажды в пароксизме русофобии Карацуба договорилась до того, что Фёдору Достоевскому за то, что он якобы отстаивал «национальную исключительность русских», она «дала бы в морду». Я чуть не подпрыгнул – где, когда Достоевский писал что-то про превосходство и исключительность? И как преподаватель МГУ может так по-хамски говорить о русском гении? Впрочем, это укладывается в стратегию расчеловечевания русских, которую продвигают ненавистники России. Мы – нелюди, ватники, колорады, а те, кто поносит наших гениев, – благородные борцы за свободу и европейский выбор. И как же я был рад, когда узнал, что с недавних пор Карацуба на этом радиоканале больше «Россией не ведает».
А ещё меня порадовал приход на канал Леонида Володарского. В своей воскресной программе он приглашает в эфир настоящих историков, которые, ссылаясь на документальные источники, рассказывают о том, что сейчас особенно интересно и актуально, например, об истории бандеровского движения и борьбе с ним советских спецслужб...
Сергей МОСКАЛЕНКО
Теги: радио «Говорит Москва»
Либеральный «десант» в историю
В итоговой программе Пятого телеканала (8.06) в сюжете, посвящённом 70-летию высадки десанта в Нормандии, журналист сказал: "За два месяца союзники высадили около трёх миллионов человек, освободили Париж и переломили ход войны". Ни за какие евроковрижки или американские пирожки не поверю, что он не слышал о Сталинграде и Курске, где мы сломали хребет вермахту. До этого тайная стратегия «союзников» заключалась в том, чтобы мы как можно дольше и интенсивнее «перемалывали» друг друга. Конечно, этот «толкователь истории» мог не знать документов, но об этом говорят логика и результаты самой истории . Союзники открыли второй фронт, когда поняли: СССР и без них разгромит гитлеровскую Германию. И открыли они его, чтобы не пустить наши войска в глубь Западной Европы.
РОСТОВ-НА-ДОНУ
Теги: Пятый канал
Земные заботы железной Устюжны
Фото: Сергей ЧУБАРОВ
В России около трёх тысяч малых и средних городов. Разные у них потенциал, географическое и экономическое положение. Бюджеты их дефицитны. Безработица высока. Денег для выхода из кризиса нет. Именно малые города в постсоветское время понесли наибольший экономический урон, поставивший их на грань выживания. Малый бизнес, обещавший стать основой для их возрождения, натолкнувшись на непонимание, а порой и противодействие местных властей, зачах на корню. Тем не менее в малых городах и посёлках живут или выживают - более 40 миллионов человек. Треть России! Эти города могут стать либо мостом, по которому Россия выберется из нынешнего экономического болота. Либо балластом, который ещё быстрее утащит в трясину кризиса.
Один из таких городов – Устюжна. Он расположился на границе вологодских, тверских и новгородских земель.
Когда-то в Устюжне случился исторический казус: градоначальник принял проезжего проходимца за столичного чиновника. История дошла до Пушкина, тот подарил её Гоголю, так родилась бессмертная комедия "Ревизор".
...Об этом устюжане вспоминать не любят. Вам с большей охотой расскажут о том, что Устюжна – один из немногих русских городов, так и не покорившийся полякам в Смутное время. О поэте Батюшкове, усадьба которого располагалась неподалёку в селе Даниловское и где позднее жил и творил Куприн. А «Ревизор»? Ну что ж, с кем не случается.
Но вас непременно спросят, когда произошло первое Бородинское сражение? Вы, разумеется, скажете, что первое, и оно же последнее, случилось в 1812 году с французами под Москвой. А вот и нет, радостно уличит вас в историческом невежестве устюжанин. Произошло оно с поляками в 1609 году именно под нашим городом.
В 1609 году, в разгар Смутного времени, Устюжна вместе с Вологдой отказалась присягать на верность и платить дань Тушинскому вору. Для усмирения города была направлена карательная экспедиция во главе с полковником Косаковским. Город не успел ни вооружиться, ни огородиться валами и стенами. Оставалось одно: отправить навстречу врагу ополчение из жителей соседних волостей. У деревень Братеевка и Бородино и произошло сражение. Силы были неравны. Большинство ополченцев погибли. Но и Косаковский вынужден был отложить операцию на год. А за это время город укрепился. Построили стены, нарыли валы, отлили пушки. Так и устоял.
Нынче тех деревень уже нет. Но на месте Бородинского сражения в 90-х годах прошлого столетия был поставлен большой дубовый крест. Он и свидетельствует о ратном подвиге устюжан.
В Средние века город этот, известный, кстати, ещё с 1252 года, назывался Устюжной Железнопольской. Добывал болотную руду, выплавлял железо на древесном угле и ковал, соперничая с Тулой, оружие, выполнял иные заказы для храмов и городов России. В частности, именно в Устюжне изготовлены решётки к воротам башен Московского Кремля.
С освоением Урала значение Устюжны падает, но металлургические заводы существовали вплоть до ХVIII века. Потом город стал строить речные суда для Волги. Какое-то время Устюжна была местом, куда сходились торговые пути и существовали достаточно большие обороты ярмарочной торговли. Сам город торговал изделиями железного, гончарного, сельскохозяйственного производства. Река Молога была судоходной, по ней осуществлялось торговое, пассажирское сообщение. На берегу её выросла целая плеяда богатых устюженских купцов.