Чтение онлайн

– Сережа, - вопит молодая девушка в приемной Т., - давно я тебя не видела. Пропал куда то...

Я подхожу к ней и вручаю красную розу.

– Неллечка, дорогая, прости. Все заботы и заботы, времени посетить тебя нет.

– Ой, Сереженька, спасибо.

– Как твой шеф?

– Все чего то доказывает, что он может...

Это двусмысленное выражение позабавило меня и я улыбнулся.

– Может он все же что то может?

– Болтун и есть болтун.

– Ты ему не можешь подготовить материал в пользу проекта закона о ядерных отходах.

– Могу, конечно. Здесь есть о чем выступить и поговорить, а это ему нравится.

– Тогда подсунь...

Я поцеловал ее в щечку и собирался уйти.

– Э..., э..., ты что удрать хочешь. Так нельзя. Сереженька, ты бы хоть меня в ресторан сегодня или завтра пригласил.

– Обязательно когда-нибудь приглашу, но я действительно спешу по серьезному делу, у меня тесть умер.

– Ой, извини. Конечно иди, Сереженька, я обработаю шефа...

В приемной Н. работают психи. Здесь два парня, настоящие наркоманы. Мне даже кажется, что и сам депутат иногда принимает дозу, но умеет это здорово скрывать. Пухленький Валера, оторвав голову от стола, вежливо кивает головой.

– Здравствуйте, Сергей Николаевич.

Второй более раскован.

– Серега, привет.

– Здравствуйте, мальчики, вы здесь не очень закисли? Что такие не веселые?

– Чего веселится то, нашему за вчерашние похождения, видно жена холку здорово набила, сегодня приперся, как ужаленный.

– А что было вчера?

– Концерт. Был там президент, много депутатов, а наш приперся с Люськой из секретариата депутата А. Его жена по телику и засекла.

– Да, не важное ваше дело. Может ему и вам поднять тонус?

Мальчики насторожились.

– У вас чего-нибудь есть?
– осторожно спросил Валера.

– Да вот мне принесли вчера какой то пакетик, да не простой, грамчиков на десять, чистого...

Честно говоря, мне никто пакетика не приносил, просто для таких сделок, в прошлом году, во Владимире, в отделе милиции, где начальником сидел сват моего депутата, закупил этого товара около двухсот грамм, теперь он лежит в сейфе в секретариате.

– Серега, не томи душу, дай принять..., - нетерпелив второй.

– Услуга, за услугу. Помогите протолкнуть закон о ядерных отходах.

– Считай, что он уже твой.

– Хорошо. Только не обманите меня, иначе больше не принесу.

Я выкидываю пакетик на стол и поспешно ухожу из комнаты. Ребята как голодные бросились к столу...

Сижу за компьютером и делаю расклад. Итак, этого обработал, этому дал взятку, этого уговорил, этому пообещал, а выходит ничего... 250 голосов уже есть. Одно неудобство, я не смогу присутствовать на заседании думы по этому вопросу, после завтра у меня похороны.

Марина первый раз устроила мне скандал.

– Что же ты мне раньше не говорил, что твоя жена беременна?

– Зачем, я с ней жить не собираюсь. Все, этот кошмар кончился, я ухожу из дома.

– Однако, ты ей ребенка успел сделать.

– Это одно из проявлений шантажа. Меня поставили в такие условия, либо будет ребенок, либо меня убьют.

Она с удивлением смотрит на меня.

– Как убьют? Разве можно делать ребенка по приказу?

– Можно, у нас все можно. Моя жена пригрозила, что если она не забеременеет, то выдаст меня и моих любовниц папаше, а тот... как того мужика, всех прирежет.

– Это правда, ты не шутишь? Значит я тоже была на волоске от смерти.

– Да, это так.

– Боже мой, какая то чудовищная история.

– Это еще не все. Тесть был недоволен, что я проталкиваю закон о ядерных отходах и старался мне напакостить. Поэтому, заявление жены было бы мне как раз не к стати.

– Неужели в вашей семье все так переплелись?

– А ты думаешь, что произошла настоящая авария с тестем? Нет, ему ее подстроили за тот же закон, его противники.

– Какой ужас. Бедненький ты мой, прости меня... Она прижала голову к своей обворожительной груди.

– Я сегодня, останусь у тебя. Можно?

– Конечно, любимый мой.

Такого количества народа, я еще не видел. На похоронах Михаил Михайловича собрались все известные главари бандитов, мафиози, видные думцы, сенаторы, представители интеллигенции. После отпевания, километровый кортеж автомобилей и автобусов прикатил на кладбище. Здесь были громкие речи, много слез и гроб, наконец, опустили под землю. Тот час же толпа начала рассасываться. Депутаты понеслись в думу пропихивать закон о ядерных отходах, интеллигенция забыла кого хоронила, поплелась в забегаловки, а бандиты о чем то долго совещались здесь же у могил. К нам подошел старший следователь, мой тезка, Сергей Николаевич.

– Я хочу выразить вам соболезнование, - говорил он Лене, пристально глядя ей в глаза.

Нет, она не узнала своего спасителя, в тот грозный шторм.

– Спасибо, - только лишь кивнула головой.

Теперь он подходит ко мне.

– Привет, Сергей. Хочу выразить...

– Ты видишь, они все здесь, - киваю на группу главарей мафиози у могильной плиты.

– Вижу.

– Почему они задержались, не разошлись?

– Здесь главарям только и можно встретится, поговорить о своих делах.

– А вы что?

– Ничего. Присматриваемся, да слушаем.

Увидев, что к нам приближается какой то тип, Сергей прощается и вежливо отходит. Тип приближается к Лене, долго ей целует руку и выражает языком скорбь, потом доходит до меня.

– Ваш тесть был величина, - говорит он мне, - и мы в память о нем, решили вас взять под свою опеку. Так что живите спокойно и работайте, как работали.

Вот ведь как повернулось. Мне не только дали полное прощение грехов, но даже разрешили грешить дальше.

Уже второй час идут поминки, гости перепились и я встав из-за стола пошел в комнату, где был телевизор. Начались новости и возбужденный диктор сразу же затараторил.

– Эта же сенсация. Закон о ядерных отходах в первом чтении прошел в думе с большим перевесом. За проголосовало 290 депутатов, против 70...

Меня кто то стукнул по плечу. Рядом стоит сын Михаил Михайловича.

– Радуешься победе. Рано радуешься. Сенат не пропустит закон. Я постараюсь это сделать...

Дурак, - мысленно отвечаю ему, - если сунешься, то попадешь в такую же катастрофу, как и отец.