Чтение онлайн

Барнабе пришлось помочь ему забраться внутрь. Молодой священнослужитель был очень ловок в подобных вещах. Ему удавалось оказывать помощь, не вызывая унизительного чувства старческой немощности. Вот только с его взглядами нужно что-то делать. То, что он считал эту историю безвредной… Абир покачал головой. Ему не нужна помощь мальчика, чтобы выяснить, кто такой этот человек, который связался с этой… Как там ее звали? Ксана? В любом случае он найдет этого парня и допросит его! Оловянных флотов всего лишь три.

Подушки в паланкине были очень мягкими, занавески и древесина — пропитаны освежающим цитрусовым ароматом. Должно быть, он должен был отгонять запах уличных водосточных желобов.

Носильщики рывком подняли тяжелый паланкин на плечи.

— К храму единства! — крикнул Абир и прочел любопытство на лице мальчика. Поразительно, но Барнаба был достаточно сдержан, чтобы не задавать вопросов. — Ты уже понимаешь, почему мы используем этот паланкин, а не паланкин храма?

— Я полагаю, потому, что ты хочешь скрыть то, что мы встречались с определенными личностями. Но разве не легкомысленно брать именно этот паланкин? Датамес очень близок к бессмертному Аарону… Не слишком ли велика опасность, что бессмертный узнает…

— Чушь! Датамес сидит во дворце Акшу. До тех пор, пока он узнает, что мы позаимствовали его паланкин, некоторые вещи в корне изменятся.

Тем временем паланкин нырнул в толпу на улицах внутреннего города. Мимо них прошел караван грузов, направлявшийся к Золотым воротам. Надсмотрщики подбадривали своих усталых носильщиков, прося их продержаться последнюю милю.

Абир попытался представить себе, каково это: взбираться с полным мешком пшеницы на плече по бесчисленным лестницам города. При одной мысли об этом на лбу у него выступил пот, и он снова занялся своим собеседником.

— Знаешь, мальчик, самая сложная задача для нас, священнослужителей, заключается в том, чтобы помочь нашим правителям вернуться на правильный путь, когда они заблуждаются. Уже многие годы я пытаюсь убедить Аарона в том, что управление империей должно быть организовано иначе. Оно слишком ненадежно! Все эти сатрапы, запутавшиеся в семейных узах, которые терпеть не могут друг друга и находятся в постоянной вражде. Я даже знать не хочу, какие суммы из сборов для бессмертного теряются в этом болоте! А у храма есть слуги даже в самой маленькой деревушке. Нет никакой борьбы за власть, которая бы стоила этого названия, никакой коррупции. Если управление империей или, по крайней мере, сбор податей будет передан храму, Арам расцветет… Это я тебе обещаю, Барнаба.

Мальчик кивнул.

— Но почему он противится таким изменениям? Они ведь принесут империи огромную пользу! Может быть, сатрапы используют свое влияние, чтобы…

— Проклятые сатрапы, мальчик! Конечно же, они используют свое влияние. Они не стесняются даже убивать жрецов. А ведь именно они — слабое место империи! Именно к ним пробираются дети демонов. Вот как тогда… — Он вспомнил об эльфийке в темнице. Ему очень хотелось бы получить в свое распоряжение подобное существо! Жаль, что убийца мертва. На миг он предался воспоминаниям о тех чувствах, которые пробудила в нем эльфийка. Жар которых приходилось тушить холодными ваннами. Тем женщинам, которых он время от времени вызывал к себе, чтобы на несколько часов забыть о тяготах своей должности, постоянно приходилось использовать все свое умение, чтобы достичь хотя бы половины того результата, который тогда он то и дело топил в ушате. Но нет, подумал он, отбрасывая эти мысли. Бессмысленно предаваться подобным грезам. Лучше заняться мальчиком. Барнабе еще многому нужно научиться!

— Меня тревожит, что дети демонов отваживаются приходить уже даже в Нангог. Они еще никогда не нападали на нас здесь. Они слишком осмелели! Попытка убить бессмертного… Такого тоже раньше никогда не бывало и… — Абир помедлил. Можно ли посвящать мальчика в свои самые потаенные страхи? Барнаба почти не отходит от него. И отцу его тоже можно доверять. Иногда мальчик проявлял поразительную мудрость. Интересно, что он скажет?

— Знаешь, чего я опасаюсь? — Голос Абира понизился до шепота, почти заглушаемого шумом улицы. Барнаба наклонился к нему, чтобы не пропустить ни единого слова. — Ты ведь тоже заметил, как сильно изменился бессмертный, мальчик мой?

Молодой священнослужитель кивнул.

Стал настоящим героем. Повелителем сердец — а это задача священнослужителей, в гневе подумал Абир.

— Внезапно стал таким примерным! Я думаю… — Он сделал небольшую паузу, чтобы его следующие слова произвели на мальчика еще более сильное впечатление. — Я думаю, что тот Аарон, которого мы знали, мертв.

Барнаба широко раскрыл глаза, в ужасе уставился на него, а затем энергично покачал головой.

— Но ведь девантар… Нет, этого не может быть.

— Не забывай, мальчик, самое острое оружие эльфов — это коварство. Скажу тебе, это нападение было хорошо спланированным обманом. Дело было не в том, чтобы убить Аарона. Бессмертный одержим духом эльфийки! Она должна была прикоснуться к нему, чтобы это коварное заклинание смогло начать действовать.

Барнаба захихикал.

— Прошу тебя… Ты ведь тоже знаешь, что после своего падения с неба он первым делом пошел в свой гарем. Аарон совершенно точно не одержим духом женщины.

Не сдержавшись, Абир ткнул мальчика посохом в грудь.

— Глупец! Воспользуйся своей головой! Говорю же тебе, эльфы — мастера обмана. Что было бы умнее, чем в первую очередь броситься в гарем? Тот, кто мыслит так же, как и ты, отринет все подозрения. После той, первой ночи, его интерес к гарему значительно поугас. За последние четыре ночи он вообще не был там ни разу! Разве это не подозрительно для мужчины, чьим самым большим постоянством были шалости с женщинами?

— Но разве Львиноголовый не заметил бы…

— Боги тоже могут ошибаться, мальчик. Эльфы — чистейшая квинтэссенция злобы! Их пронырливость не знает границ! Может быть, она обманула Львиноголового при помощи какого-нибудь ослепляющего заклинания? Наверняка они также знают, что когда-то я присутствовал при допросе эльфийки. Они знают, что я замечу, если одно из этих отродий приблизится ко мне! Они источают аромат… Совсем не такой, как мы, люди. Тот, кто однажды вдохнул его, тот не забудет этого никогда. И скажу тебе, я мог бы войти в любой дом и сразу же понял бы, если бы за последние дни порог переступал эльф. Поэтому этот вопрос с одержимостью: эльфа в теле человека, конечно же, всегда можно узнать по запаху!

Теперь мальчик смотрел на него так, словно опасался за его рассудок. Абир понимал, что все это может звучать очень запутанно, и то, что мальчик не доверяет ему и его способности судить, разозлило его. Тем не менее, он решил пойти на уступки.

— Может быть, ты и прав, мальчик, и Аарон из-за этого страшного происшествия стал еще большим дураком, чем был.

— Но то, как он спас Джубу, как в одиночку пошел на облачный корабль ишкуцайя. Это ведь было потрясающе! Это поступки героя! Команда корабля-дворца любит его за это. Настроение на борту заметно изменилось. Он был…