Чтение онлайн

Виктор Николаевич закурил новую сигарету и устало прикрыл глаза. Конечно, Юрий прав и попусту подставляться не следовало. И менты действительно нервные, поскольку служба у них собачья. Впрочем, его собственная работа ничуть не лучше по степени нервной напряженности. Чем же можно помочь майору?

— Слушай, — не открывая глаз, сказал Чуенков. — А если ты придешь туда в определенное время? Точно, минута в минуту. Дверь будет уже открыта, ты входишь и все, а потом, когда сделаешь дело, захлопнешь ее за собой и уходишь. Как?

— Нормально, — согласился Бахарев. Наверное, шеф придумал, как в темную, не раскрывая своих планов, использовать возможности оперативно-технических аппаратов их службы. Как бы там ни было, лишь бы они открыли эту проклятущую дверь и не засветились, а там он разберется сам.

— Ищи документы, все обнюхай! Ну, мне пора, — полковник встал. — Есть, знаешь ли, желание, поспать хоть немножко, а то и так уже ближе к четырем.

Юрий проводил его, вернулся на кухню и поставил грязные чашки в мойку. Мыть посуду совершенно не хотелось, спать тоже, хотя организму требовался отдых.

Как странно все складывалось — в горах он потерял Султана, замученного боевиками Абдулкасыма, не успев вернуться, обрел и навсегда потерял любимую женщину. Что еще уготовила мне судьба?

Можно сказать, что ситуация, в которой оказались они с Чуенковым, далеко не нова и история имела свойство повторяться. В нашем мифологизированном обществе еще жива легенда о двух отважных следователях, которые всеми правдами и неправдами добрались в заповедный заколдованный лес и добыли-таки яйцо, в коем заключалась смерть Кощея, но в последний момент злодей вырвал его у них из рук, и тайна так и осталась тайной. Не превратятся ли и они с Виктором Николаевичем в такую же легенду, в нераскрытую тайну двух отважных контрразведчиков, вздумавших воевать с драконом или тем же Кощеем? Не пропадут ли они без вести, отправившись по едва приметной тропке в заколдованный лес?..

Весть о том, что произошло в Ново-Косино, застала Колчака врасплох: он никак не ожидал подобного поворота событий и уже мысленно готовился к новому раскладу, по которому намеревался унаследовать деньги и дело Мясника, отправив его вместе с Бешеным в бессрочный отпуск на небеса. Хватит, пожалуй, и так достаточно потоптали землю и погрешили, пора и на покой.

Однако досадная неудача в корне все меняла, и Мясник вместе со своим подручным получали неожиданную отсрочку. Но каковы все-таки скоты?! Бездарно провалить отлично спланированное и прекрасно подготовленное дело, в которое с ходу включались менты и продолжали игру при минимальной финансовой подпитке и подсказках — им только дай виноватого или подозреваемого, а до суда и зоны они уже постараются дотащить его и без посторонней помощи, хотя бы в силу привычки прятать попавших им в лапы за решетку и желательно надолго.

Да, конечно, люди — единственные животные, которые любят охотиться друг на друга, но уж коли ты сделал подобное занятие своей основной профессией, как это сделали Мясник и Бешеный, то будь любезен не делай промахов, не то…

Однако расставаться с хозяином магазина «Друг» пока еще рано — он, как мавр, должен-таки сделать свое дело и только после этого уйти. Поэтому Колчак постарался сильно не распаляться и не поддаваться эмоциям, все равно дурное настроение делу ничем не поможет, а сгоряча только наломаешь дров. Но как быть с Щапой? Пронырливый адвокат, предложивший хитроумный план, наверняка уже знал, как обделался Мясник. Впрочем, правовед не может знать исполнителя и для него неудача Мясника равнозначна неудаче самого Колчака. Хотя зачем напрасно кривить душой, когда так оно и есть на самом деле!

Строго-настрого приказав не соединять его с Финком, если тот вдруг позвонит, Маркин набрал номер Мясника. Тот ответил почти сразу, словно с нетерпением ждал звонка.

— Здорово, Михаил? — буднично сказал Григорий. Он решил особенно язык не распускать, поскольку никогда не доверял проводам, а тем более сейчас, когда звонил в магазин: вдруг, там подслушивала налоговая полиция? А ему любая полиция, хоть налоговая, хоть полиция нравов, совершенно ни к чему.

— Привет, — буркнул Круг и включил подсоединенный к телефону диктофон. Пусть пишет, авось пригодится! Против Колчака любая компра сгодится. Правда, он осторожный, зараза, но, может, и вякнет словечко, за которое потом будет готов щедро заплатить, лишь бы его не услышали другие. Говорят, слово не воробей, вылетит не поймаешь, а вот Михаил попытается.

— Ты промахнулся?

Колчак говорил, как государственный обвинитель на судебном заседании, и это очень не понравилось Кругу. Забыв о том, что разговор записывается на пленку, он с сарказмом отчеканил:

— Все сделал так, как советовали твои умники.

— Какие еще умники, ты чего городишь?

— А такие, с которыми ты связался!

«Он не может знать про Щапу и его связи, — быстро прикинул Колчак. — Неужели намекает, что я продался ментовке и ссучился? Ничего так поворотик сюжета!»

— Не заговаривайся, — сухо оборвал он Мясника. — Думай, что говоришь, Миша!

— Я-то думаю, а вот ты?

— Кончай! — Маркин решил прервать этот пустой разговор. Хватит недомолвок, нужна личная встреча, на которой все и разрешится, не исключено, что Мишка может попытаться отказаться от заказа и вернуть деньги, а такого допускать нельзя!

— Кончай, — уже несколько иным тоном повторил Григорий. — Давай повидаемся и все обсудим с глазу на глаз.

— Где и когда? — подозрительно поинтересовался Круг. Куда это еще решил заманить его хитроумный Колчак и стоит ли соглашаться на встречу; нет ли там западни или какого подвоха? От Гришки всего можно ожидать.

— Через час, в Ботаническом саду.

— Ладно, — немного подумав, нехотя согласился Михаил, — Только ты приезжай один.

— Заметано! — хохотнул Колчак и повесил трубку.

Боится Мишка, значит, уважает, как когда-то любили говорить. Не догадывается, чудик, что пока клиент жив, опасаться ему нечего. Иуда, да и Бог с ним, пусть не догадывается; все равно его используют, как самого обычного отмороженного, и потом уберут, чтобы никаких концов не найти. Да и кто станет особенно искать? Менты, которым прекрасно известно уголовное прошлое внешне вроде бы как остепенившегося хозяина магазина «Друг»? Да они перекрестятся, узнав, что Мишки больше нет! Колчак тоже не лыком шитый и на себя магазин брать не станет, а оформит все на подставное лицо, расширит площади и ассортимент… Впрочем, хватит предаваться мечтам, надо действовать, ехать подогревать Мишку и заодно из первых рук узнать, что же там случилось?

Ведь Щапа непременно начнет приставать с претензиями и что-то придется ему отвечать…

К Ботаническому саду Колчак подъехал за пятнадцать минут до назначенного времени. Прибывшие вместе с ним на второй машине телохранители быстро осмотрели аллею, и Григорий начал неспешно прогуливаться по ней. Раньше тут любили встречаться влюбленные, водили экскурсии школьников, сидели в тенечке пенсионеры, а теперь тишина и запустение. И не хмурая осень тому причиной, а иные времена: боялись людишки соваться в лес, а Ботанический сад, по своей сути, большой, прекрасно ухоженный лес с полянами экзотических цветов и реликтовыми растениями. Маркин в этом разбирался плохо, но ему нравились тишина и гордое спокойствие этого места, как бы отрешавшего от суетности, словно ты в храме природы.

Завидев идущего к нему по аллее Круга, Григорий подумал, что не стоило сейчас того тыкать носом в дерьмо, как нашкодившего щенка. Наоборот, нужно проявить дружеское участие. Если человека лишить инициативы, он тут же, чуть ли не прямо на глазах начинал тупеть, терял уверенность в себе и приобретал свойство сомневаться решительно во всем. Нет, такой Мишка Круг никому не нужен! Пусть пока держит хвост пистолетом.

— Ну? — Мясник остановился в нескольких шагах от Колчака, держа руки в карманах куртки. Его вопрос мог означать все, что угодно, от радушного, по мнению Мишки, приветствия, до угрозы расправы, «Нервничает, — понял Колчак, — боится, что я начну говорить по понятиям и качну права, а он не найдет что ответить. А в кармане у него наверняка пистолет. О, Господи, что же деньги и неудачи делают с людьми? Разве раньше Мишка осмелился бы приехать на встречу со мной вооруженным?»