Локи все-таки будет судить асгардский суд?
Шрифт:
Только и надежда останется на вас, на добрых (видимо представления его основываются исключительно на мифологии в адаптации для младшего школьного возраста) старых богов,
которые спасут старушку-Европу, — Йохан позволил себе похлопать Ингвара по плечу.
Глядишь, пока асы будут ходить в человеческие университеты, белое население само собой вымрет, унеся с собой в могилу все технологии, и асы останутся единственными хранителями тайного знания (у них там есть физический живой китаец, который не белое население и при этом носитель знания о технике, как-то он в этом выводе на него определенно забил).
Глава 90
Ивар помнил, какую опасность представляет собой Локи-ставленник Одина, и знал, что скоро всем поселенцам отрубят головы или повесят (сочувствую ему, я вот уже забыла
три раза, какие к этому были предпосылки, может быть прописать чуть более однозначный мотив, помимо того, что они поселенцы?).
Сиф не была асиньей, в отличие от своей матери — чистокровной богини (и мы вернулись на 100500й виток разъяснений, кто кому внутри Асгарда приходится богом, не стоит ли назвать ее «чистокровной представительницей своего народа/расы»?)
— Какая честь для нас! — Ивар предал голосу самое приятное из возможных выражений, но
внутренне похолодел: человек не должен увидеть пленных людей, не должен увидеть эксперименты, да лучше бы ему вообще ничего не видеть из того, что творится в поселении (ну допустим на их территории это уже не первый человек, которого не планируется там же и закопать, так что не вижу такой же большой проблемы).
Король асов ошеломил Беннера, никогда прежде не встречавшегося с особами королевской крови, пластиной на глазу из настоящего золота (учитывая местные стандарты строительства, это примерно как носить в глазу небольшой булыжник), золотыми доспехами и мощнейшим убийственным, по словам Тора, артефактом.
— Наверняка, все жители деревень хотят переехать в города, — сказал он Тору после прогулки по сияющей зимней столице, поражающей воображение роскошью, летающими домами и огромными статуями, требующими недюжего давно забытого мастерства (видимо мастерства очистки от снега, давайте уж раз мастерство в прошлом, так и требования отошлите туда же: «без сомнения потребовавшие при создании…»).
Каждая вещь в комнате стоила (стоила бы на Земле, доллар еще не захватил столь отдаленные территории) тысячи долларов, но при этом воду для умывания приносили
слуги, у них же можно было попросить ванну, точнее, что-то вроде бочки с горячей водой из источников.
Кроме, правда, некоторых частей Нифльхейма, Етунхейма и Муспельхейма и подземных областей Недавеллира, то есть всех владений цвергов, а также Хельхейма. Зачем же следить за дружественными, по утверждению Тора, Ванахеймом и Альвхеймом (ну так-то еще за придурками-мидгардцами)? Очередная загадка.
Второго такого шанса могло не представиться, поэтому Брюс решил рискнуть. Осторожно закатав рукав камзола Локи, он достал из кармана набор для взятия анализа крови, распечатал иглу и ввел ее в вену (да у него определенно талант, в темноте, нетрезвом состоянии и не самой удобной позе, без жгута и прочего сразу попасть, блин, мне б так
хоть раз попали).
Беркану в хорошем смысле поразили основные конституционные права американских граждан, принцип разделения властей, множество свобод и запрещение кровопролития (интересная у нее интерпретация второй поправки).
— А его вторая половина — Халк — победит вас за несколько мгновений. Мой молот едва справлялся с ним. Но я надеюсь, что мне удастся уговорить (Тор, ты не настолько убедителен, здесь стоит поменять или «убедить» или «поединок», чтобы столкновение не выглядело слишком добровольным) друга на поединок с Гринольвом.
— Друзья мои, Халка нельзя убить, — покачал головой Тор. — А Гринольв давно (ага, еще до вашего рождения, олухи, так что скорее «с первого дня возвращения» или что-то вроде того) хвастает своей великолепной тактикой и стратегией.
Мысли Ивара заработали в нужном направлении. Он знал десятки таких средств убийства, чтобы Тор умер спустя долгое время вдали от поселения. Если праздные разговоры и в самом деле имеют под собой основу, то он претворит их в жизнь (и темные силы радостно похлопали ему в ладошки).
Доказали, что Локи еще не вполне здоров. Не настолько болен, как показалось Хагалару, но все же и не совсем здоров, как считал Один и доказательство тому — исследования человека (что ж он там успел раскопать? что в него иголки втыкаются, ну так себе новость), доказывавшие неведомую новую природу Локи лучше, чем все магические сканирования, которые они проводили с Хагаларом.
Позиция Гринольва была ему понятна, как и его сомнения в том, что Сиф станет хорошей царицей. Их брак с Тором был решенным вопросом (кем он тогда был решен, если ни одна из
сторон, включая Одина от этой идеи не в восторге), причем решенным много столетий назад, но Тор никогда не выказывал намерений жениться. Наоборот, он нашел себе смертную девушку, показав себя безрассудным юнцом, и предложил ей чуть ли не трон Асгарда. Он не муж еще, но мальчик, и потеря невесты станет для него неплохим уроком (ага, конечно, прям вижу, как он убивается по этому поводу).
— Что ж, — кивнула Фригг. — Когда-то я победила саму Тень, возможно, и у тебя получится победить того, кто имел к ней непосредственное отношение.
— Ты поможешь мне? — спросила Сиф (а должна бы по идее, наверное, спросить, теть Фригг, вы вообще о чем? Или она тут самый посвященный в давние политические дела персонаж и всем ее стоит опасаться).
====== Глава 99 ======
Комментарий к Глава 99 Главная воистину сногсшибательная новость – повесть я таки дописала. Ну да, на три недели позже обещанного, но факт: все сцены прописаны и собраны в 113 глав. Может, что-то будет добавляться, но вряд ли глобальное. Так что еще примерно 60 страниц ворда – и золотой ключик у всех нас в кармане!
Локи оказался в полупрозрачном величественном зале. На огромном резном троне восседал Всеотец. Подле него на втором троне, поменьше, — его супруга. А у подножья стояло страшное чудовище, отдаленно напоминающее аса: абсолютно черное, полупрозрачное, невесомое. Оно медленно поднималось к недвижимым царю и царице, и из его горла доносилось омерзительное шипение, мало походящее на разумную речь:
— Вот я, вечный искатель истин, стою перед твоим престолом. Подай мне знак, мой господин, что моя интуиция меня обманывает.