Локки 9. Потомок бога
Шрифт:
За ним бросились ещё кое-какие дворяне.
А я воспользовался «телекинезом» и сорвал с петель тяжёлые дубовые двери постоялого двора. Они рухнули прямо на Карпова и подобных ему трусоватых личностей, отшвырнув их на тех, кто владел антимагической бронёй.
— Семеро за мной, остальные направо! — заорал вскочивший на ноги краснорожий барон и ринулся к противоположному от меня торцу конюшни.
За ним побежали несколько человек, а другие метнулись за кирпичный сарайчик, где хрюкали свиньи. Вероятно, они, повинуясь инстинктам, ринулись к тому, что напоминало им родной дом.
— Помогите! Помогите! — срывающимся голосом запричитал Карпов, валяясь на крыльце и с ужасом глядя на кость, торчащую из ноги, находящейся в неестественном положении.
Его стенания прекратил меткий выстрел Мии. Пуля угодила ему в висок, выйдя из другого вместе с россыпью алых капель, сверкнувших в свете горящих факелов, освещающих двор.
А меня прострелило разочарование, что не я убил его. Но с другой стороны, мне есть на ком отвести душу…
Я принялся швырять «взрывы энергии» в бегущих дворян, а те начали огрызаться магией хаоса. Парочка их выпадов почти достигла цели — два чёрных плевка врезались в деревянную стену конюшни, и доски сгнили в одно мгновение. Площадь гниения оказалась такой большой, что крыша со скрипом покосилась, а изнутри донеслось испуганное ржание лошадей.
Впрочем, я сполна отомстил за испуг животных: моя магия поразила двоих дворян, не имеющих антимагическую броню. У одного оторвало ногу — и он теперь валялся возле стены, держась за обрубок, из которого хлестала кровь. А другой лишился головы, и он уже ни за что не хватался и не кричал, а тихо и мирно лежал, заливая землю багровыми струями, толчками, выплёвывающимися из шеи.
— Суки! — по достоинству оценил нашу со смуглянкой работу барон, скрывшийся за конюшней вместе с несколькими дворянами.
Остальные укрылись за свинарником, стоявшим по левую руку от меня.
— Это только начало! — безжалостно пообещал я им.
— Сейчас мы вас разделаем как тупых баранов, подвесим за ноги, снимем кожу и будем смотреть, как вы истекаете кровью, твари! А плоть вашу мы присыплем солью, чтобы вы подольше мучились! Можете мне поверить, вас ждут чудовищные муки! Я спец по таким делам! — выпалил объятый яростью барон, который явно был тупее пробки. — Судари, окружаем этих тварей! Их всего двое!
Аристократы начали обходить конюшню и перелезать через стену, окружающую постоялый двор, чтобы зайти ко мне сзади. То же самое происходило и со стороны Мии, до сих пор занимающей позицию за колодцем, находящимся в левой части двора.
Девица метко стреляла в дворян, успев застрелить ещё одного урода. Правда, и они начали палить из револьверов. Повсюду засвистели пули. И я решил накрыться хотя бы слабым подобием «золотого доспеха», а то вдруг шальной свинец угодит прямо в лоб.
— Локки, у меня кончаются патроны! — выпалила Мия, сидя на корточках.
— Да, у них есть такое поганое свойство — заканчиваться в самый разгар перестрелки! — саркастично выдал я и увидел пару фигур, замаячивших в сумерках за открытыми воротами.
Между ними и Мией лежало лишь пустое пространство, делая смуглянку замечательной целью. Один из них уже вскинул револьвер, а другой поднял руку, окутанную мертвенно-серым туманом. Но прежде чем его магия сорвалась с пальцев, я «телекинезом» подхватил булыжник, валяющийся на земле, и швырнул ему в голову. Хрустнул висок — и маг замертво рухнул. Однако чары всё же сорвались с его пальцев и очень удачно ударили… в грудь его же сотоварища.
Тот выронил револьвер и заорал благим матом, глядя, как его сюртук расползается в гнилые нитки, а плоть отслаивается от груди, обнажая кости.
Он сгнил заживо и подох буквально за секунды.
— Горан! — во всю глотку заорал краснорожий бородач, явно впечатлившись страшной смертью сгнившего товарища. — Горан, твою мать! Как же так?!
— Мы отомстим за него! — гневно выпалил другой аристократ.
Какие же дебилы. Или это ярость их настолько отупила? Они разве не понимают, что мы с Мией за пару минут выкосили половину их отряда? Хотя, конечно, признаю, пара минут — это слишком много. Следовало бы уложиться в минуту, а то прям даже как-то стыдно, что я так долго уничтожал всего пяток человек. Пора переходить к решительным действиям.
Я рванул в атаку, «включив телепортацию». Прыгая из стороны в сторону, уходил от пуль и магии, швыряясь «взрывами энергии» первого уровня. Они оказались самыми действенными и при этом экономными по части расхода маны, а то её у меня было немного, ведь почти всю… да что там почти всю, больше чем всю я отдал Древнему! А за те несколько часов, что прошли после ритуала, моё тело толком не успело восстановить силы, поскольку маны в этом мире было катастрофически мало.
Впрочем, мне всё же хватило запаса магической энергии, чтобы завалить ещё троицу аристократов. И ещё двух застрелила Мия, вооружившаяся вторым револьвером, который вытащила из кобуры с трупа возле свинарника.
В итоге в живых остался лишь один — тот самый крикливый краснорожий барон. Он уже исчерпал свою ману и теперь пятился к постоялому двору, держа правой рукой саблю, а левой — щит. В кобуре на его поясе висели два револьвера, но оба были пусты, а времени зарядить их он не имел.
— Кто вы? Кто вы такие?! — чуть ли не жалобно проревел он, сверкая глазами, в которых быстро нарастал страх.
— Мы — наказание богов. Пришли очистить этот остров от грешников, — протянул я, вливая в голос как можно больше фанатизма.
Барон прижался спиной к стене постоялого двора и заблеял, часто-часто дыша:
— Я не такой уж и плохой… я могу доказать это! Могу служить вам… Могу отдать все свои деньги на ваше благое дело! Только скажите…
Он судорожно сглотнул, окинув взглядом двор, залитый кровью и устеленный искалеченными телами его недавних соратников, с которыми он всего минут пять назад пировал в зале постоялого двора.
— Нам нужны ответы на кое-какие вопросы, — сказал я, покосившись на Мию.
Та осмотрительно не выходила на открытое пространство, прячась за свинарником.
Логично, ведь кто-то мог скрываться внутри постоялого двора и выстрелить из окна. Я по той же причине не снимал свой «золотой доспех», скрытый под плащом, заимевшим за время сражения аж две дыры от пуль.
— Кое-какие вопросы?! — лихорадочно выдохнул барон, почувствовав, что, возможно, сумеет спасти свою шкуру. — Задавайте, задавайте!
Сейчас он был готов хоть мать родную продать, лишь бы мы оставили ему жизнь. Отлично, значит, с ним можно поработать.
Я быстро расспросил его о Свароге, задавая те же вопросы, что и предыдущим людям, но и он ничего о нём не знал.