Чтение онлайн

— И это так, — подтверждаю я.

С развитием Спартанского Королевства одной из главных задач государства стал контроль над информацией.

Лишние волнения в тылу никогда не приносят пользы ни руководству фракции, ни самим гражданским. Поэтому любые сведения с фронтов поступают лишь тонким ручейком и подаются в соответствующем ключе.

Кто-то мог бы назвать подобный подход жестокой цензурой, запретом всяческих свобод, но правда такова, что манипулировать информацией можно столь же легко, как и крупными суммами Е-баллов.

После случая с Бендером и его компанией я чётко усвоил урок. За всем нужен присмотр. Особенно за столь ценным ресурсом, как информация.

По этой же причине к обязанностям Третьего и контрразведки добавился надзор за средствами массовой информации. Разумеется, подобные структуры в Королевстве только только появлялись. Есть газеты, несколько тематических журналов, но не более. Все они организованы моими приближёнными, потому держать руку на пульсе относительно просто.

Назначенные люди прекрасно понимают, что раскачивать лодку — бесперспективное занятие.

Но кто знает, что будет в будущем? Когда Спарта продолжит расти, когда появится настоящий кинематограф, возможно, возродится радио, интернет, да много чего ещё!

Кто может гарантировать, что в будущем у нас не объявится второй Бендер, но уже на почве журналистики? И насколько велик окажется ущерб, если мы позволим лживым слухам расползтись по умам игроков?

В общем, тема скользкая, а потому, чтобы не допустить ошибок, сведения с полей сражений приходят с некоторой задержкой. Чтобы в случае необходимости подготовиться к любым неожиданностям.

К этому моменту наша небольшая процессия подходит к палаточному лагерю.

И я указываю на него ладонью.

— Ты имеешь полное право придерживаться своих взглядов, Ловелас, — произношу я. — Я не стану тебя отговаривать, не буду заставлять признать свою неправоту. Не стану угрожать ссылкой в сырые катакомбы — знаю, что ничего из этого не сработает. Но я лишь попрошу тебя посетить это место. Не забывай при этом смотреть по сторонам. Идёт?

— Идёт, — с сомнением отвечает мужчина, и мы заходим внутрь лагеря.

Лагеря беженцев. Вот что это такое.

Спарта продолжает проводить тайные вылазки вглубь орочьих земель, и чем дальше мы продвигаемся, тем больше жестокости встречаем.

Игроки вдоль западной границы Междуречья были присоединены в последнюю очередь. Они ещё не познали истинного орочьего «веселья». А вот их товарищи из центральных земель Междуречья и с его восточной окраины испытали это на себе.

В полной мере.

Здесь же трудятся волонтёры, гражданские, вызвавшиеся помочь лекарям позаботиться о пострадавших, как только в газетах появилось сообщение о страшном открытии.

— Что это? — тихо спрашивает Ловелас, проходя мимо игрока, лишённого ног. Лицо мужчины украшают страшные рваные шрамы. Даже Система не в состоянии их полностью исцелить.

— Это, Ловелас, то будущее, которое нас ждёт, если Спарта падёт, — сухо отвечаю я.

Для орков люди — низшая раса. Даже победа в Великом Мочилове этого не изменит. Возможно, кто-то из зеленокожих и задумается, но их число будет подобно капле в море.

Чатлане жестоки и коварны. Они упиваются кровью, смертью и разрухой. Мы уже выяснили, что это их природа. Даже их вера в Великого Духа требует крови и войны.

Орки не способны жить в привычном для нас мире. Для них это физически невыносимо.

Это безумие проявляется и в развлечениях совсем уж «заскучавших» орков. Бросить человека в клетку с голодными гончими, чтобы посмотреть, кто выйдет победителем?

Да легко!

Устроить «голодные игры» среди самих людей? Кто победит, тот получит ужин! Почему бы и нет!

А может, просто проверить, насколько люди крепки разумом и телом? Мучить и наносить им травмы до тех пор, пока игрок не погибнет от болевого шока или не уйдёт на перерождение.

И так раз за разом. Из раза в раз. День за днём.

Этим игрокам нужна наша помощь. Им нужна наша забота. Поддержка, в конце концов.

Волонтёры вместе с лекарями и психологами работают над тем, чтобы помочь этим жертвам «орочьих забав» оправиться. Встать на ноги.

Вновь осознать, что они люди, а не какой-то смешной зверёк или кусок мяса!

Чем дольше Ловелас наблюдает происходящее вокруг, тем сильнее его густые брови опускаются к переносице.

— Ты как-то говорил, что если у людей будет нерушимый щит, то нужды в мече попросту не будет, верно? — спрашиваю я.

— Если мы сможем обеспечить идеальную защиту для людей, то никто не сможет добраться до нас! — горячо восклицает Ловелас.

— Отчасти я могу понять твою точку зрения, — размышляю я вслух. — Однако это не что иное, как попытка «спрятать голову в песок».

Ловелас молчит, но по его глазам видно, что он категорически не согласен.

Пока существуют иные расы, пока имеются чуждые нам цивилизации — конфликты и войны никогда не прекратятся.

А если войнам суждено быть, то получится ли выстоять в них, имея при себе один лишь щит? Очень в этом сомневаюсь.

— Орки пришли на землю этих игроков, — поясняю я собеседнику. — Люди не справились с их натиском и в результате превратились в кукол, с которыми и по сей день забавляются чатлане. Как думаешь, щит бы им помог?

— Они бы не попали в плен к оркам, — упрямо возражает Ловелас.

— Возможно, — киваю я. — А быть может, это лишь оттянуло бы неизбежное.

Мужчина недоуменно смотрит на меня.

— Как бы ни была крепка твоя защита, к любому замку можно подобрать ключ. Рано или поздно это удастся, — утверждаю я. — И орки будут делать всё возможное, чтобы достичь желаемого. Для них это естественно. Для них это норма! Они погибнут, но сокрушат нас. А не справятся они, так придут те, что идут за ними.

Что я хотел всеми этими словами сказать?

А то, что в мире Системы мы больше не одни.

Ловелас не хочет, чтобы люди страдали от его творений. Он стремится приносить людям счастье, делать их жизнь проще, оберегать, а не калечить.

Это понятно.

Вот только без его помощи Спарта вполне может разделить судьбу игроков из Междуречья. Не орки, так кто-нибудь другой придёт и станет для нас непреодолимой преградой.

Я же всеми силами стараюсь подобного не допустить. Мир Системы опасен, и я, как Лорд, обязан использовать все доступные средства.