Лот праведный. Лабиринт
Шрифт:
– Вот так-так! И наконечники не затупились и древки целы! И как это древки из наконечников не повыскакивали от такого удара? А ведь ту стрелу, что застряла глубоко в дереве, раб еще изо всех сил тащил!
– Это потому, – сказал Лот гордо, – что я прутья так обстругал, что пришлось их силком в отверстия вгонять. А после еще отмачивал дерево два дня. Вот оно и разбухло – не вытянуть без клещей.
– Хитро придумано! – похвалил вельможа. – А сколько у тебя всего таких стрел, мастер?
– Десять, – ответил Лот. – Это только первые, что я на продажу пробную выставил.
– Мало. А сколько ты за них с меня запросишь?
Смутился Лот. Не хотелось ему уступать задешево стрелы, но и боялся он ценой непомерной отпугнуть покупателя выгодного.
– Говори, мастер, без страха! – подбодрил его вельможа. – Только скажи такую цену, чтобы торговаться мне с тобой не пришлось.
– Господин почтенный, – начал Лот, опустив смиренно голову, – сами вы видите, что стрелы эти необычные. Одной бронзы на каждую стрелу пять кедет29 ушло. А еще дерево заморское, да работа штучная – времени требует…
– Сам вижу и понимаю, что стрелы не простые! Цену я от тебя жду, а не поучений! – нахмурился вельможа.
– Сколько дадите, господин почтенный, тому и рад буду. И помолюсь я за вашу щедрость Птаху, – сказал Лот, оробев.
– Птаху, говоришь? Уже и ты, чужеземец, богов наших признал? – снова ухмыльнулся вельможа. – А ты хитрец! И мастер умелый и торговец ловкий. Не поскуплюсь, не волнуйся.
И полез вельможа в суму большую, расшитую цветными нитками, что висела на его широком плече, вытащил из нее два кольца золотых и протянул Лоту.
– Вот тебе два дебена30 золотом! Сделаешь мне на них еще сорок таких же стрел! Хватит?
– Господин, вы слишком щедры! – не на шутку испугался Лот. – И половины бы я у вас не посмел просить за пятьдесят стрел!
– Щедр, потому что смог ты меня и удивить и развеселить с утра. А это много больше стоит! Знаешь, кому стрелы прислать? – спросил вельможа. – Вижу, что не знаешь… Ладно, пошлю я к тебе своего человека.
Сказал и полез в паланкин.
– Два дебена золотом! – воскликнул восхищенный Ханох, когда процессия начала удаляться. – Это же большое богатство в Мисре!31 Если так пойдет, разживемся мы быстро на твоих стрелах!
– Хорошо, если так, – улыбнулся довольно Лот. – А с Хенумом неладно вышло – напугали беднягу. Надо бы сходить к нему – успокоить. И за кувшин разбитый расплатиться.
И хотел уже он идти к гончару, как увидел, что бежит от паланкина к ним один из телохранителей.
– Это еще что? – нахмурился Ханох. – Чего он тут забыл?
И пока приближался к ним вооруженный человек, все пристальнее вглядывался в него Лот – и росло в его душе странное беспокойство, словно сбыться должно было нечто обещанное. А когда человек еще приблизился, так что мог уже видеть Лот улыбку на его лице, показалась ему знакомой улыбка эта, и на редкость завидная стать воина, и его борода рыжая. И бросился вдруг Лот навстречу – и обнялись они неожиданно друг для друга.
– А я думал, ты меня не узнал, – сказал рыжебородый, радостно улыбаясь.
– А я только сейчас и узнал. Как ты здесь очутился, асорец?
– Как и все бродяги прочие. Долго рассказывать. А вы-то как здесь очутились? Вы ведь в Ханаане остаться хотели?
– Да вот, пришлось. Тоже в двух словах не расскажешь. Значит, ты теперь в телохранителях служишь?
– Да, старший я телохранитель у господина моего. А ты в мастера подался, пастух?
– А что делать? Никогда не думал, что в кузне придется молотом стучать, да вот… Нанэх! – воскликнул вдруг Лот, словно спохватившись. – А Йемима как же? С тобой она?
– Со мной, – улыбнулся, совсем не смутившись, Нанэх. – И сын наш с нами. А ты, признайся, проклинал подлого асорца, что девушку от вас умыкнул на позор?
– Только не я! – честно ответил Лот. – Эй, ребята, идите сюда! Это Нанэх – не помните разве?
И подошли к ним люди, смущенно оглядывая улыбчивого воина мисирского, в котором едва узнавали приставшего к ним когда-то нелюдимого асорца. И только Ханох радостно похлопал его по плечу и сказал:
– Ну и щеголем ты стал, Нанэх! Видать, хорошо платит тебе хозяин твой.
– Платит щедро. А знаете вы, кто он? Это – Аменанх, правитель Та-Ше – Земли Озера, и родной племянник фараона! Повезло вам, что смогли вы угодить князю и простил он вам недостаточное почтение крови его царской.
– Откуда же мы знали?! – изумился Лот. – Проходил он с такой малой свитой и обратился к нам без всякой важности!
– Поздно пугаться: гроза миновала, и ты даже получил от нее свою выгоду, – усмехнулся Нанэх его испугу. – А ведь это я обратил внимание князя на ваши стрелы. Большой любитель всякого оружия мой хозяин. А тебя я давно на дороге приметил, Лот. Такого красавца, как ты, трудно с кем спутать. Но все никак не удавалось мне найти случая подойти, пока стрелы ты свои на продажу не выставил. Да и сейчас мне уже бежать пора. Я ведь едва отпросился у князя под предлогом, что забыли мы узнать, когда стрелы готовы будут. Ты поторопись, Лот! И сделай свою работу на совесть!
– Я постараюсь, Нанэх. Думаю, за неделю управлюсь.
– За неделю? – насмешливо переспросил Нанэх. – Уже сегодня князь растеряет половину твоих стрел на озере, охотясь на диких гусей. Завтра будет хвастать ими перед друзьями – и каждый из них захочет получить по стреле в подарок. А уже на следующе утро в нетерпении будет спрашивать гневно, где стрелы, за которые он заплатил так щедро? И если ты, Лот, не поторопишься к утру третьего дня их доставить, не миновать тебе новой грозы, которая тебя в этот раз испепелит! Я и вернулся, чтобы тебе предупредить. Ты понял, друг?
– Я понял, Нанэх! Мы будем работать день и ночь, чтобы изготовить стрелы как можно быстрее.
– Так-то оно лучше. В этой стране легко нажиться добра, если действовать с умом. Но еще легче – лишиться головы по глупости! Как только будут готовы стрелы, привези их в город. Сам привези! И не забудь прихватить князю еще чего в подарок, мой тебе совет, – ему это понравится. А мне уже пора. Увидимся еще. Надобно нам о многом поговорить!
Нанэх прощально похлопал Лота по плечу и бросился за почти скрывшимся из виду паланкином.