Чтение онлайн

Виктория едва сдержала усмешку. Небесному Царству — Небесная Столица. Логично.

— Сейчас идет война с цинскими войсками, — продолжал Лян. — В последнее время им стали помогать иностранцы. Когда они воевали с Пекином, им было не до нас. Но когда война закончилась, британцы встали на сторону маньчжуров.

— Но почему?

— Потому что тайпины запретили опиумную торговлю. А это не понравилось тем, кто наживается на ней.

Виктория опустила глаза.

— Мне... мне стыдно за моих соотечественников, — тихо сказала она. — За то, что моя страна защищает эту торговлю.

— Вы в этом не виноваты, — просто ответил Лян.

Немного помолчал и продолжил:

— Сейчас Нанкин безопасен. Это город-крепость, хорошо защищенный. Но должен предупредить — там строгие нравы. Мужчины живут отдельно от женщин. Нельзя курить табак, опиум, пить алкоголь. Вам может быть трудно привыкнуть. Но зато ваш муж вас там не найдет.

Виктория обдумывала услышанное. Нанкин. Город, о котором она ничего не знала. Чужая культура. Чужие правила. Запреты.

— Если вам будет легче — в Нанкине сейчас находится преподобный Робертс, — добавил Лян. — Тот самый миссионер из Кантона.

Она вскинула голову.

— Миссионер? У тайпинов?

— Да. Он приехал по приглашению Хун Сюцюаня год назад. По крайней мере, вы будете там не единственной иностранкой.

Христианский миссионер. Кто-то, кто говорит на ее языке… Но Виктория все еще колебалась. Жизнь по чужим законам среди странных еретиков...

— Если не хотите, — сказал Лян, когда молчание затянулось, — можем попробовать другой путь.

— Какой? — Она вскинула взгляд.

— Переправить вас на корабль, идущий в Европу. Но шансов мало. Наверняка, ваш муж уже отправил ваше описание во все договорные порты. Почтовые пароходы доберутся туда быстрее любой джонки.

Виктория сделала глубокий вдох.

Вернуться к Ричарду — убьет.

Бежать в другой порт — схватят.

Остаться в Шанхае — донесут.

— Хорошо. Я поеду в Нанкин, — сказала она.

На лице Ляна промелькнуло облегчение.

— Тогда у нас два дня на подготовку. Послезавтра караван джонок отправляется вверх по Янцзы. Мы присоединимся к нему.

Лян начал обучение сразу после завтрака.

— Вот так ходят китаянки.

Он показал: короткие шаги, опущенные плечи, взгляд в пол.

Виктория попыталась повторить. Без корсета она двигалась иначе. Свободно. Уязвимо. Впервые за годы она ощутила собственное тело, не упакованное в китовый ус и кринолин.

Но руки. Она не знала, куда девать руки.

Всю жизнь придерживала юбки, а сейчас руки бесцельно болтались в воздухе. Виктория прижала их к бокам — получилось деревянно. Опустила вдоль тела — они нелепо качались при ходьбе.

— Расслабьте руки, — посоветовал Лян. — Пусть они… просто будут.

Пусть будут. Еще одна простая вещь, которая давалась так тяжело.

Она ходила по комнате взад-вперед, и с каждым шагом леди Кэрроу растворялась, уступая место кому-то другому.

— Достаточно, — сказал Лян. — Теперь я научу вас нескольким приемам. Как себя защитить, если меня не будет рядом... Вы согласны?

Всю жизнь Викторию учили быть беззащитной. Слабой. Полагаться на мужчину.

И куда это ее привело?

— Да, — сказала она. — Согласна.

Лян отодвинул столик к стене, освобождая пространство.

— Сначала — стойка.

Он показал: ноги на ширине плеч, слегка согнутые в коленях. Тело расслабленное, но готовое к действию.

— Встаньте так.

Она повторила. Расставила ноги, согнула колени. Жар поднялся к щекам — леди так не стоят. Это неприлично. Но она заставила себя не сдвигать ноги вместе.

Лян обошел ее, осматривая.

— Спина прямее. Не напрягайтесь. Дышите.

Рука коснулись ее талии.

— Ниже, — сказал он. — Представьте, что вас пытаются толкнуть. Вы должны устоять.

Виктория чувствовала тепло его руки. Силу пальцев. Осторожность, с которой он прикасался.

Сердце забилось быстрее.

Лян поправил ее стойку, потом отступил.

— Хорошо. Теперь — первый прием. Как вырваться из захвата.

Его пальцы сомкнулись на ее запястье — не больно, но крепко.

— Если кто-то схватит вас за руку, не тяните назад. Это бесполезно, если противник сильнее. Вместо этого — выворачиваете руку вот так, используя вес тела.

Лян показал движение.

— Попробуйте.

Виктория попыталась вывернуться, но тщетно.

— Используйте все тело, не только руку. Еще раз, — сказал Лян.

Повторили. Снова и снова. К пятому разу получилось — запястье провернулось, и Лян был вынужден разжать пальцы.

— Хорошо! Еще раз.

Они тренировались, пока движение не стало получаться само по себе. Виктория ощутила странную гордость — она сильнее, чем думала.

— Еще один прием. Удар лбом в нос. Просто и эффективно, если противник схватил вас спереди.

Лян показал движение — резкий рывок головой.

— Хрящ ломается легко. Человек ослеплен болью, кровью. У вас есть время убежать.

Виктория неуверенно мотнула головой.

— Нет. Резче. Со всей силы. Еще раз.

Она снова попыталась, но движение все еще было слишком слабым.

Лян оценивающе смотрел на нее.

— Вы не понимаете, как должно быть. Нужно почувствовать.

Он шагнул к ней — неожиданно, быстро. Схватил за плечи

— Вот так противник будет вас держать. Сильно. Не давая вырваться. Бейте!

Виктория мотнула головой, но остановилась, не коснувшись его носа.

— Нет. Резче. Вы защищаете свою жизнь.

Он крепче стиснул ее плечи и встряхнул.

Ричард делал так же перед тем, как ударить.

Виктория дернула головой, врезаясь в переносицу лбом.

Лян зажмурился, отшатнулся.

Она с ужасом уставилась на него.

— Я... Простите, я не хотела...

Он убрал руку от лица. Глаза слезились, но губы изогнулись в улыбке.

— Вот так. Это было правильно. — Потер переносицу. — Еще чуть сильнее — и пошла бы кровь.

— Но вам же больно, — пролепетала Виктория.

— Должно быть больно. — Лян моргнул несколько раз, прогоняя слезы. — Это значит, что вы все сделали правильно.