Чтение онлайн

Переглянувшись с Хо Пинчуаном, Фан Добин не выдержал и рассмеялся.

— Выходит, ты отчим этой ведьмы Цзяо Лицяо, ха-ха-ха-ха…

Чжань Юньфэй слегка усмехнулся.

— Если она родная мать Цзяо Лицяо, то почему на её теле вышиты слова, а сама она рисковала жизнью, разъезжая в “Повозке убивающего солнце” по её поручениям?

— Она сказала, — озлобился Вэй Цинчоу, — что Цзяо Лицяо дала ей казну и вышила на её теле эти знаки, и как только ей удастся постичь сокрытые в них тайны, она назовёт её матерью! Однажды люди из банды “Юйлун” завязали нам глаза и провели в сокровищницу, там было полно золота, слитков, жадеита, янтаря… и грибов… — Тут изо рта у него потекла пена, с отупевшим выражением он забормотал: — Грибы… гри… бы…

— Мать Цзяо Лицяо? — с равнодушием сказал Фу Хэнъян. — Эта женщина настоящее чудовище, и родную мать изведёт. Однако исходя из слов Вэй Цинчоу, если она намеренно хотела помучить Лю Цинъян, возможно, в самом деле оставила ключ в “Повозке убивающего солнце”. Сложность лишь в том, чтобы поймать “Повозку” у подножия Юйхуашани.

Ли Ляньхуа стоял в сторонке, застыв столбом. Видя, как Вэй Цинчоу окончательно утратил разум, он вздохнул и что-то пробормотал.

— Что вы сказали? — вдруг напрягся Фу Хэнъян.

Ли Ляньхуа вздрогнул от испуга, огляделся по сторонам, спустя долгое время сообразил, что это Фу Хэнъян с ним заговорил.

— Я говорю, что Вэй Цинчоу очень умный…

Фу Хэнъян долго не сводил с него пристального взгляда, а потом рассмеялся, запрокинув голову.

— Верно сказано! Как Вэй Цинчоу разгадал секрет узоров? Как сумел добраться сюда? Кто-то нарочно ему сказал, а раз кто-то мог умышленно объяснить ему разгадку узоров, указать ему, куда идти, то так называемый секрет в “Повозке убивающего солнце” и вход в логово банды в этом месте не стоит и искать. — Он пнул валявшегося на земле с помутившимся сознанием Вэй Цинчоу в сторону Чжань Юньфэя. — Оставляю этого подлеца вам. Пинчуан, идём!

Если некто тайком указал Вэй Цинчоу на секреты узоров, то Вэй Цинчоу — нарочно отданный врагом на заклание ягнёнок, и от сведений, которые он сообщил, никакого толку. Если некто надеялся, что новый орден “Сыгу” сосредоточит силы на “Повозке убивающего солнце”, что появляется как дух и исчезает как призрак, или же на подножии горы Юйхуашань, то разумеется, хочет преуспеть в других местах. Эта часто используемая уловка называется “поднимать шум на востоке, а удар наносить на западе”, поэтому Фу Хэнъян поспешил уйти. Глядя ему вслед, Ли Ляньхуа вздохнул и пробормотал:

— Почему он не подумал… Ведь не исключено, что Вэй Цинчоу на самом деле очень умён… Или, быть может, красавица, заведующая казной банды “Юйлун”, пленилась умом и талантами советника Фу и тайком помогает ему?

Чжань Юньфэй тоже проводил взглядом силуэт Фу Хэнъяна и слегка усмехнулся.

— Молодому человеку хорошо иметь такое рвение. — Он посмотрел на Ли Ляньхуа и неожиданно добавил: — А ты теперь ничего.

Ли Ляньхуа снова вздохнул и пробормотал:

— Ты тоже неплох, ещё бы волосы собрал, было бы лучше.

Чжань Юньфэй не ответил, поднял Вэй Цинчоу и развернулся спиной к Ли Ляньхуа.

— Хотите, выпьем вечером?

— Хотим! Конечно, хотим! — немедленно вмешался Фан Добин.

Уголки рта Чжань Юньфэя изогнулись в слабой улыбке.

— Тогда вечером увидимся в “Тереме плывущих облаков”.

Тем вечером в “Тереме плывущих облаков” Чжань Юньфэй напился вдрызг, Фан Добин всё допытывался у него о несравненном великолепии Ли Сянъи. Однако тот не смог объяснить причину, только сказал, что боевое мастерство Ли Сянъи было очень высоким, и тогда он не был ему соперником, чем ужасно разочаровал Фан Добина. А Ли Ляньхуа, выпив десятую чашу вина, уже вырубился и спал под цветочной клумбой в обнимку с кувшином — он не умел много пить.

Глава 62. Гроб Лун-вана

Лун-ван — в китайской мифологии царь драконов

Необъятные горы, поросшие лесом, насколько хватает глаз — бамбуковые рощи. В этот сезон глубокой осени, когда в горах и долинах новый урожай ещё не созрел, а старый подошёл к концу, по пути встречалось множество пятен и немало паутины.

Гора называлась Цинчжушань*, у её подножия текла река Люйшуй* — здесь пролегала единственная дорога из Жуйчжоу до горы Муфушань*.

Цинчжушань — гора зелёного бамбука

Люйшуй — изумрудные воды

Муфушань — гора “Холм-шатёр”

Три добрых скакуна медленно тащились по тропинке в густой бамбуковой роще. Вчера прошёл дождь, и было очень сыро. Лошади нетерпеливо фыркали на тесной тропке, делали три шага вперёд, два назад, и вскоре просто остановились.

— Туман… — пробормотал всадник в белых одеждах. — Ненавижу густой туман.

Влажность здесь достигала предела, похоже, скоро снова польёт дождь.

Другой всадник был высокий, в сине-зелёном, с решительным лицом.

— Здесь в округе десяти ли никто не живёт. Если бросим лошадей и пойдём пешком, возможно, к темноте доберёмся.

— Пешком? — Из-за густого тумана одежды всадника в белом отсырели и слегка липли к телу, отчего он казался ещё более худым, чем обычно. “Печальный господин” Фан Добин сухо хохотнул. — Лошадей-то бросить можно, но когда доберёмся до селения, надо будет ещё переправиться через реку, и всё равно придётся ждать до завтра. По-моему, нам лучше найти укрытие от дождя и дождаться, когда завтра погода наладится — так будет быстрее.

Всадник в сине-зелёном услышал, но не ответил, только перевёл взгляд на третьего всадника — точнее, этот человек уже спешился, нарвал в зарослях травы и осторожно кормил коня. Неожиданно почувствовав на себе взгляд, невольно осмотрел себя с ног до головы, только потом сообразил, что от него хотят, и поспешно ответил:

— Укрытие так укрытие, я не возражаю.

Лошадь кормил, разумеется, давний задушевный друг Фан Добина, Ли Ляньхуа, а человеком в сине-зелёном был причесавший волосы Чжань Юньфэй. После дела о вышитой человеческой коже “Повозка убивающего солнце” ни с того ни с сего бесследно исчезла, однако банда “Юйлун” не свернула знамёна и не перестала бить в барабаны. В последние несколько дней главным поводом для пересудов в цзянху стало то, что была разрушена пятая из ста восьмидесяти восьми тюрем “Сотни рек”, и пятеро демонов спаслись из подземелья горы Муфушань. Одного из них звали “Злым роком небес” — говорят, кожа у него очень чёрная, глаза как бубенчики, а плечи такие широкие, что на три цуня шире, чем у обычного человека, ростом он выше на чи, и только зубы у него невероятно белые. “Злой рок небес” бесчинствовал в цзянху двадцать с лишним лет назад и убил бесчисленное множество людей, он был уже немолод, но всё ещё жив — кто знает, скольких ещё он убьёт теперь. Услышав о побеге этого монстра, люди в цзянху были напуганы, и доверие к усадьбе “Сотня рек” сильно упало.

Что до Фан Добина с товарищами, они откликнулись на просьбу Цзи Ханьфо направиться к горе Муфушань и осмотреть подземную тюрьму — проверить, нельзя ли выяснить, где слабое место, из-за которого их тюрьмы атакуют одну за другой? О местонахождении этих ста восьмидесяти восьми тюрем известно лишь четверым “Фобибайши”, если среди них нет шпиона банды “Юйлун”, то каким образом их разрушают столь стремительно? Да так, что никаких зацепок не найти?

Получив приглашение от грозного Цзи Ханьфо из “Фобибайши”, Фан Добин несколько дней сиял от радости и успеха. Пусть в письме первый глава “Фобибайши” и обращался к Фан Добину, Ли Ляньхуа и Чжань Юньфэю, но молодой господин Фан полагал, что раз уж великий герой Цзи написал именно ему, то яснее ясного и предельно очевидно, что герой Цзи, главным образом, имел в виду именно ничтожного господина Фана, и вдобавок парочку спутников. Выходит, он, сам того не зная, занял уже такое место в сердцах старших мастеров, ах, как неловко, как неловко, ха-ха-ха-ха…