Чтение онлайн

– Вот это да!

Он легко повел руками и осколки, книги, обломки стеллажа завертелись вокруг него.

– Я всемогущ!

Он и внешне изменился: мышцы налились упругостью, тело стало гибким и сильным, как у молодого мужчины. Морщины разгладились, волосы налились чернотой, глаза засверкали хищным блеском. Он наслаждался своим состоянием. В голове его роились мысли, как же применить эту невиданную силу. Одно движение - и дом тряхнуло, над землей пронесся гул. Я с ужасом поняла, что сейчас он может вызвать и землетрясение, и цунами, и свернуть горы. В его раскрытой ладони появился тот камень, что я видела на полке. Он сжал его в кулаке, поднес к лицу, рассматривая... И я поняла, что, если он его сейчас раскроет...

– Не-ет!
– закричала, и рванулась из тела Ловца, превозмогая слабость.

Вылетела, как пробка из бутылки шампанского. Магистр рухнул на пол, сверху на него посыпались осколки. Моментально состарился и сдулся.

– Так вот оно что!
– прошептал посеревшими губами.
– Я узнал тебя!

И, пока он не пришел в себя, я, собрав последние силы, покинула дом своего заклятого врага.

– Таня...

Она сонно потерла глаза, уставилась в полутьму спальни.

– Что? Яна? Что случилось?

А я и объяснить не могла, теряла последние силы, рвалась на кусочки от страха и боли.

Таня проснулась, вскочила с кровати.

– Иди ко мне!

Неосознанно раскинула руки, открылась...

И меня окутало золотистое теплое свечение ее души. Стало легко и хорошо, будто родные заботливые руки взяли меня в ладони и покачали, как ребенка...

В памяти всплыло, что мы проходили уже это. Я вспомнила и ее, и себя, такую же беспомощную, ее чистый свет, готовность драться за меня, и умереть.

Таня устало опустила руки, оперлась о стул.

– Я смогла! Я, правда, это почувствовала!

Она подкурила, сигарета плясала в ее дрожащих пальцах.

– Проводник.., - блаженно подумала я и провалилась в негу.

Возвращение было похоже на выход из обморока. Вначале - безразличная усталость, слабость и пустота. Затем стали возвращаться воспоминания - яркими вспышками, моменты радости и огорчений, где я еще жива, хожу, дышу, люблю и строю планы на будущее. Потом смерть... Холод и безграничная тоска, одиночество, которого не заполнить никому. Ловец... Хищный взгляд, черный огонь в глазах, жжет, обжигает касание с его душой...

Я все вспомнила. Вспыхнула яростью и отчаянием. И их было так много, что я заполнила ими все пространство комнаты. Таня почувствовала, поежилась.

– Боже... Что это?

В ее глазах заблестели слезы. Она не знала, что случилось, лишь чувствовала мою боль и плакала за двоих - мне это с недавних пор недоступно. Она не спрашивала, поняла, что случилось нечто ужасное. И ей стало страшно: руки задрожали, лицо побледнело, по губам разлилась синева. Из ее рта дыхание выходило с паром, как на морозе.

Я опомнилась, постаралась собраться - иначе загублю свою единственную помощницу. Вспомнила, как тепло мы провели с ней вечер здесь, на кухне, за чтением моих стихов. Полегчало, потеплело, холод отступил. Таня без сил опустилась в кресло. Ее лоб покрылся испариной.

– Что это было, скажи? Мне казалось, я стою у дверей ада.

– Прости, это я невольно передала тебе свое состояние.

– Тебе было так плохо?
– изумилась она.
– Как же ты выдерживаешь такое?

– Скорее всего, и не выдержала бы, - призналась я.
– Ты помогла.

– Яна, Яна!
– она схватилась за голову.
– Но так же нельзя, невозможно! Ты должна что-то придумать, не может быть, чтоб не было выхода! Как можно просто ждать сорокового дня, зная, что потом тебя ждет такое, а то еще и в сто раз хуже?! И это навечно! Я не могу себе это представить!
– она расплакалась снова.
– Я привязалась к тебе,- говорила глухо, - даже не думала, что смогу так впустить кого-то в душу. За что нам это? Почему, только обретя родственную душу, нужно терять ее? Ну хорошо, тело - смертно, но ты-то ведь не должна умереть!
– она смотрела на меня глазами, полными слез.

– Что ты видишь?
– спросила я.
– Ты смотришь на меня, и какая я теперь?

– Я вижу девушку, - призналась она.
– Правда, черт лица не разобрать, туманный силуэт - и все... Зачем ты спрашиваешь?

– Меня давно нет, Танюш, - грустно сказала я.
– Видишь и слышишь меня только ты, ну еще Ловец. Вы с ним - маги, оба владеете даром видеть души.

– Не все, - возразила она.
– Другие я не вижу.

– Может, не хочешь видеть?
– предположила я.
– А может, не видишь, потому что ничего этого на самом деле нет? И все тебе кажется? И меня нет...

– Даже слышать этого не хочу, - она решительно вытерла слезы.
– Ты есть, и я сделаю все, чтоб была!
– в ее голосе зазвучали стальные нотки.
– Я не могла придумать тебя такую. И не могла узнать то, что узнала от тебя, как-то иначе. Я верю в тебя. И, клянусь, не оставлю. Никогда.

– Спасибо, родная. Но мне немного осталось. Ты права - такого существования я не допущу. Нельзя. Это даже не мое решение. Так нужно для всех. Не спрашивай, почему. И все случится гораздо раньше.

– Когда?
– испугалась Таня.

– Очень скоро. Потому, прошу, будь готова к тому, что однажды я пропаду. Не хочу, чтоб тебе было больно. Помни: я уже умерла. Ты видела мою могилу.

– Нет, нет, нет, - она затрясла головой.
– Я врач, и привыкла бороться до конца. Я привыкла к этому. Каждый день я вижу смерть, и тех, кто победил ее. И ты просто обязана все исправить. Для меня, для Сережи и сына. Думай. Нельзя покоряться.

Если бы у меня было тело, я обняла бы это чудесную девушку с огромной и чистой душой.

Она почувствовала мое желание, потянула меня - теперь она это умела, - сказала:

– Мы вместе. Твой враг, может, и силен, но нас двое, а он один. Я стану твоими руками, ногами. Только скажи, что нужно делать. Я все смогу. Знаешь, ты меня сделала другой. Я будто проснулась. И что-то подсказывает мне, что вот это - то, что сейчас происходит, - и есть самое важное в моей жизни. И ты для меня - не посторонняя. Даже больше - ты единственная такая, необыкновенная, чудесная, и если я не вытащу тебя из этого - не знаю, как буду жить. Я готова сама пойти убить его.