Чтение онлайн

– А можно мне ее увидеть?
– прошептала я.

– Да пустим, теперь-то можно, - улыбнулся он.
– Она и сама захочет войти.

Сердце застучало сильнее. Я увижу ту, что спасла мне жизнь! Что сказать ей? Как отблагодарить? И еще...

– Доктор?

– Да?

– Со мной что-то странное... Не могу понять...

Врач посмотрел очень внимательно.

– Что-то не так? Болит? Как? Тянет, режет?

– Я... я не знаю. Я как будто другая. Хочется плакать, на душе тяжесть, и такие сны...

– Это шок, он пройдет, не волнуйся. А ты как хотела? Тебе пришлось пережить серьезное потрясение, и понадобится время, чтобы все вернулось - и чувства, и ощущения. Ты хорошо все помнишь? Нет ощущения провалов?

– Нет, я все помню, но... Как будто это все не со мной было. Как будто другой человек.

– Пока не нужно напрягаться, давай подождем, пока ты восстановишься? Ушиб мозга - это не шутки. Тебе нужно поменьше думать, побольше спать. И, конечно, не переживать и не нервничать. Договорились?

Я опустила веки. Врач легко пожал мои пальцы и вышел.

Вот моя действительность теперь: неподвижность, бинты, нудная тупая боль. Мне сказали, нужно пытаться шевелиться. Я пыталась, и каждый раз в живот словно всаживали нож.

– Так надо, - терпеливо повторяла медсестра.
– Быстрее заживет и спаек не будет.

Я слушалась и снова поворачивалась, превозмогая боль. Стискивала зубы. Плакала. Уставала и проваливалась в дремоту. А когда просыпалась - одна, вспоминала. Вернее, мучительно пыталась понять, кто был для меня важен, чем я жила, почему сейчас я не чувствую тяги и тоски по знакомым, друзьям? Родных у меня нет - давно умерли и родители, и бабушка. Никто не ждет меня дома. Никто не тревожится.

Я журналист. В памяти всплывали интервью, записи, люди, лица. Я и дома-то бывала нечасто, набегами, между работой и очередной вечеринкой, где тусила в надежде застать медийное лицо. Как все это далеко сейчас! При мысли о том, что придется этим заняться снова, тошнит. Не хочу. Благо, у меня есть неплохой счет в банке. На первое время хватит, а там подумаю.

Ближе к полудню дверь тихонько открылась и в палату вошла невысокая брюнетка в белом халате.

Не знаю, как это произошло, но в голове что-то щелкнуло, стало ясно, что это - Таня, и хорошо, что она пришла. Так бывает, когда при встрече с незнакомым человеком появляется ощущение, что знаешь его сто лет. Так вот, ее я определенно знала. Такое милое, родное лицо, улыбка, блеск в карих глазах. Я почему-то была уверена, что она много курит, часто ругается, но добрая и душевная, практически не пользуется косметикой и очень любит кофе...

Она не торопилась начать разговор, я тоже не могла сказать ни слова. Горло сжал спазм, в глазах скопились слезы, и я видела сквозь водяную пелену, как она приближается, садится рядом и промокает салфеткой мои мокрые щеки.

– Ну, здравствуй... Так вот ты какая...

– Какая?
– улыбаясь, выдавила я.

– Красивая, - так же улыбаясь, ответила она.
– Я ведь тогда, ночью, тебя не рассмотрела. Узнала меня?

Я не могла кивнуть, но моргнула, и она поняла. В ее глазах отразилось море чувств: и нежность, и тревога, и облегчение - будто она боялась получить другой ответ.

– Как же вы...

– Ты, - мягко поправила она.

– Как же... ты... не бросила меня? Почему?

Она пожала плечами.

– Не знаю. Интуиция, наверное. Знала, что смогу. Помнишь, я материлась и кричала?

Я улыбнулась.

– Правильно кричала. Помогло же. Врач говорит, это чудо.

– Ну, считай так, - отшутилась она.
– Пусть чудо. К слову, у меня впервые такой случай, и, дай бог, не последний. И ты молодец - держалась, боролась. Просто герой. Так что все будет хорошо. Но только от меня теперь не избавишься. Я ведь как бы несу ответственность за свою крестницу.

Мне стало тепло от этих слов, и вдруг так очевидно проявилось мое прежнее одиночество. Как же мне было пусто и холодно, оказывается. А вот пришла эта незнакомая девушка - и стала роднее всех родных. Я все стерплю - боль и неподвижность, любые процедуры и долгое ожидание, только знать, что она рядом, и придет, и сядет вот так же - просто поговорить. От ее рук идет тепло, приятно согревает мои пальцы. Как отплатить ей за спасение? Какие слова найти?

– Я... хочу сказать... спасибо, - голос дрогнул.

– Не говори ничего, - Таня сжала мои пальцы.
– Не нужно. Слава Богу, что ты есть, ты здесь, это и есть самое настоящее чудо. И теперь ты просто обязана поправиться. Обещаешь?

– Обещаю, - улыбаясь, ответила я.

– Мы проведем вместе много-много вечеров. Тебе не будет скучно. А потом, когда встанешь на ноги, будем бродить по улицам, говорить, говорить, говорить... Я знаю, мне понравится дружить с тобой. И я сделаю все, чтоб вернуть тебя...
– она осеклась, - к прежней жизни.

Я замолчала, обдумывая ее слова. Она волнуется, голос срывается. Неужели мне повезло встретить такое искреннее сочувствие в наше сложное время?

– Ну, теперь отдыхай, а я приду еще вечером, и вообще, буду приходить часто, хорошо?

Я снова моргнула.

Она ушла, а я еще долго улыбалась, смакуя в уме подробности ее визита, вспоминая ее глаза, голос, теплые пальцы. Как же так? Почему у меня такое отношение к ней? Очевидно, от шока. Другого объяснения не было.

Настроение поднялось, и даже травмы уже не так беспокоили. У меня появилась надежда. Сны больше не тревожили, напротив, в них мне было хорошо и уютно, я смеялась и чувствовала тепло и заботу кого-то близкого, родного. Проснувшись, долго не могла избавиться от ощущения, что меня ждут и любят. Впрочем, если это последствия шока, то всем бы такие. Я была почти счастлива.

Прежние друзья, наконец, соизволили поинтересоваться моей судьбой. В палату их не пустили, но мне принесли записки от них с охами-ахами и пожеланиями выздоровления. Я слушала, как медсестра читает их послания и вспоминала: это от Ольги, вместе учились в институте, потом славно бузили по клубам и дискотекам. Много пьет, курит, громко смеется, часто меняет мужиков, каждый раз переживая разрыв как главную трагедию своей жизни. Одевается ярко, броско, волосы красит в кричаще-рыжий цвет, отчего кажется старше. Раньше часто встречались, по крайней мере, звонили друг другу, делились сплетнями. Хочу ли встретиться с ней сейчас? Прислушавшись к себе, ответила: нет.

Еще одна записка от Вадима - и снова абсолютная пустота в душе. О чем мы говорили? Сейчас и не вспомнится. А ведь, кажется, он мой друг, и интересуется моим здоровьем искренне. Хотя... После того, как медсестра отнесла им послания от меня с известием о том, что мне придется надолго забыть о нормальной жизни, впереди месяцы больницы, костыли, - от них больше ничего не последовало.

Вечером приходила Таня. Она сидела на стуле рядом со мной, пила принесенный с собой кофе и рассказывала о себе - как росла, училась, любила и расставалась. О своей подруге, которая погибла недавно, оставив маленького сына на попечение любимого мужа. Практически моя ровесница. Вот ведь как бывает - я выжила в такой страшной аварии, а она не перенесла сердечного приступа... Превратности судьбы. Теперь-то я понимаю, что такое умереть молодой, когда кажется, что впереди еще столько возможностей. Увы, кому-то везет, как мне, а кому-то - нет. Некстати вспомнилось расхожее выражение: "Смерть выбирает лучших". Так я, что же, второй сорт? Обидно. Хотя... Есть в этом толика правды. Как я жила раньше? Бестолково и бесполезно, и наверняка не дожила бы до старости.