Чтение онлайн

Михал подхватил Алису на руки. Ему уже давно хотелось так сделать. Занёс по лестнице в свою спальню. Осторожно опустил на ноги возле кровати. Вгляделся в синие любимые глаза.

Там было всё, что он хотел увидеть: нежность и страсть, нетерпение и любопытство.

— Ты — моя сказка..

Глава 106

Множество раз за последние несколько лет Алиса пыталась представить себе близость с Михалом. Реальность оставила за бортом все фантазии. Утащила их обоих в стратосферу.

Алиса и вообразить себе не могла возможную степень доверия и открытости, что случилась между ней и Михалом. Он будто чувствовал её всю. Каждый эмоциональный импульс считывался тонким сканером. На каждый оттенок чувств и реакций обязательно следовал зеркальный ответ. Разве могут два человека, выросшие в разных странах, настолько совпасть?

Михал не мог себе представить, что спать в обнимку с девушкой — это удобно. Никогда так не делал. И тут вдруг буря чувств и ощущений от спящей на его груди Алисы. Его сказочная девочка оказалась потрясающе чувственной. Дарить ей радость и удовольствие — вот это было настоящее чудо и огромный подарок судьбы.

— Я люблю тебя, мой рыцарь, — первое, что услышал Михал утром. Его будто горячей солнечной волной окатило. Он сжал Алису в объятиях.

— Моя принцесса, рыцарь у Ваших ног. И рук… И…, — зацеловывал нежную тонкую чувствительную кожу.

Алиса смущалась и приходила в восторг одновременно. Стесняться, конечно, было уже поздно. Но такое откровенное выражение любви и желания сбивало её с толку. Она провела ночь с Тухольским. И они занимались любовью. Скажи ей кто-то это пару месяцев назад, не поверила бы.

Утром обнаружилось, что никакой запасной одежды Алиса с собой не захватила. Так стремилась скорее уехать, что совершенно не взяла в голову такие вещи.

Футболка Тухольского как раз доходила ей до середины бёдер. Алиса украдкой понюхала мягкую ткань. Пахло чем-то мятным — средством для стирки и немного самим Михалом.

Вид Михала Тухольского, колдующего над завтраком, заставил Алису застыть на нижней ступени лестницы.

— Ты умеешь готовить?

— Конечно. Я умею всё по дому. Мой отец считал, что мужчина обязан делить обязанности со своей второй половиной. А в одиночестве быть в состоянии всё делать самостоятельно.

Алиса только кивнула. Потому что в их семье было так же. Папа всегда делал любую работу по дому. Мог и постирать, и приготовить. А уж Алекс — тем более. Хотя мама и Тори готовили объективно лучше. А ей самой следовало бы взять у них пару уроков. А то страшновато прослыть в глазах Тухольского никудышней кулинаркой.

Михал поставил на стол омлет и кофе. Глянул на Алису. Вот теперь и до него дошло, что такого особенного испытывает мужчина, когда любимая девушка надевает его футболку. Алиса была такая хрупкая, нежная и трогательная, что захотелось отложить завтрак на неопределённый срок. Слава богу, у него сегодня целиком свободный день.

Видеть, как Алиса с аппетитом ест и улыбается, было настоящим счастьем. Его сказочная девочка принесла в этот дом солнечный свет. Наполнила его счастьем и любовью.

— Ты не возражаешь, к нам сегодня заедут Антон с Леславом? Их распирает от любопытства.

— К нам? — Алиса удивлённо уставилась на Михала.

— К нам, — уверенно кивнул Михал.

У Алисы аж всё внутри задрожало. Это "мы" и "к нам" звучало так притягательно и необычно, что хотелось распробовать в мельчайших оттенках ощущений, будто диковинный десерт.

Она успела привести себя в порядок за минуту до того, как внизу стало слышно голоса. Говорили по-польски и, кажется, по-французски. Алиса спустилась вниз. На неё смотрели три пары мужских глаз, две пары женских и одна — детских. Все — с интересом, и одна — с любовью, нежностью и гордостью.

— Алиса, это мои друзья, — сказал по-русски Тухольский и подал ей руку, обнял, будто обозначая, чья это девушка, — Ребят, это моя Алиса.

Глава 107

Её немедленно заобнимали все сразу. Алиса аж растерялась и нашла глазами Тухольского. Тот стоял чуть в стороне и улыбался.

Долго и сумбурно выбирали самый удобный язык для общения. У хорошо знакомого Алисе по игре в "Баварии" и давней пресс-конференции Леслава Цихановского, его жены Диты и маленькой Беаты был неплохой немецкий. Всё-таки Цихановский давно играет в Бундеслиге. У рыжего кудрявого и улыбчивого Антона Кухарского и его подруги Кристины — французский. У всех, кроме Алисы и Кристины — родной польский. В результате общались на бурной смеси, сопровождая всё мимикой и жестами. Польские фразы Алиса понимала практически полностью, изредка поглядывая на Михала. Тот тихо, чтобы никто не слышал, переводил на русский.

— Так ты всё-таки русская или немка? — прямолинейный Кухарский тут же получил по ноге носком туфель от Кристины.

— Антуан, что за вопросы?!

— Так интересно же! Мне всегда казалось, что Михал найдёт себе девушку именно из России.

— Боюсь, что Михал чуть больше русский, чем я, — смутилась Алиса, — Но живу я в Москве. И родной язык конечно русский.

— О, я помню, как мы были в Москве на турнире. И нас там кормили такими большими пирогами! — Кухарский показал руками размер пирожков, будто рыбак, показывающий размер улова.

Глаза у Кристины стали испуганными.

— Это шутка, — успокоил её Тухольский.

— Пирожками кормили? — Алиса аж закашлялась, — Михал, это то, о чём я подумала?

— О, да! Это были они! Те самые бабушки! Только их тогда было три, — грустно улыбнулся Тухольский, — Они не меняются.

— Мои тоже не меняются, — уткнулась ему носом в плечо Алиса.

Маленькая Беата Цихановская, до этого мирно игравшая на ковре, подошла к Алисе и высыпала той на колени все свои игрушки, а следом попыталась залезть сама.

— Бетя, ну так нельзя, — смутилась её мама и попыталась забрать дочь.

— Хочу к Алисе! — затребовала малышка.

— Давай залезай, — Алиса легко подхватила Беату на руки.

— Ого! Вообще-то она к незнакомым людям на руки не идёт, — искренне восхитился Цихановский, который до этого только молча разглядывал Алису.

— Алиса проходит фейс-контроль у всех: еврейских бабушек, животных и детей, — Тухольский обнял свою девушку за плечи.

— Так ты придёшь на послематчевую пресс-конференцию? Мне готовиться морально к твоим вопросам? — интересовался Леслав.