Love Song. С песней по жизни
Шрифт:
The Pretty Reckless - "Make me wanna die"
На вечерней улице ярко выделялась надпись "Shake", и у входа в клуб как всегда толкались кучка глупых малолеток. Приветливо кивнув вышибале Грише, самому огромному и милому созданию в этом заведении, я быстро проскользнула внутрь. Меня здесь знала каждая собака. После знакомства с Димой я практически прописалась в этом клубе. Но это не значит, что я умру от тоски, если придется забыть сюда дорогу.
Зрительно просканировав толпу, к своему удивлению, сразу заметила Диму. Он редко тусовался на первом этаже с "простыми смертными".
Если в такси у меня мелькнула глупая мысля, что Лапочкин и мои подруги с клуба могли устроить мне сюрприз, то в чем-то я оказалась права. Видеть Диму таким - еще тот сюрприз.
Он танцевал (или пытался танцевать) с какой-то полуголой блондинкой, которая едва держалась на своих двадцатисантиметровых шпильках. Подойдя почти впритык к явно нетрезвой парочке, смогла получше рассмотреть своего в скором времени бывшего (теперь уж точно и без шипения совести) парня. Если бы я захотела надавать ему по морде из-за бешеной ревности, то это было бы проблематично. На Димкином лице и так не осталось живого, неподбитого места - весь в синяках и царапинах. А его обычный строгий костюмчик был в заметно нереспектабельном виде.
Что-что, а ревность у меня и не шелохнулась, осталось лишь недоумение и легкое любопытство. На какой помойке носило этого крутого парня? Что ж, так будет даже проще.
Вытянув из сумки его подарок, на который он, наверное, расщедрился из-за своего временного неадеквата, я крепко сжала кулон в руке и похлопала парня по плечу, обращая на себя внимание. Нужно хотя бы бросить его раньше, чем он бросит меня, а то все веселье испортит.
– Рррита!
– смешно прорычал он мое имя, вскинув руки в верх для объятий.
От резкого движения тощие ноги блондинки пошатнулись как у обкуренной цапли, и она быстро плюхнулась на задницу посреди танцпола, прямо между мной и Димой.
Я лишь хихикнула и равнодушно обошла ржущую на полу идиотку.
– Ты что здесь делаешь, зая?
– он казался вполне вменяемым, но в тоже время другим человеком. Если бы не его стандартная "зая", я бы поверила в наличие брата-близнеца.
– Ты же сам позвал, Дим.
– ответила спокойно.
– Что с тобой вообще случилось за эти два дня? Кто тебя так отмудохал? Не сестра ли?
– вспомнила я, куда он ездил (или говорил, что ездил).
– Это не важно. Я рад, что ты со мной.
– Ненадолго.
– В смысле?
– В прямом, Лапочкин. Я больше не твоя девушка. "Давай будем друзьями" тут тоже не прокатит. Хватит с меня...
– Эй, ты чего! Это из-за девки этой.
– показал он на пол, где только что сидела бесследно испарившеяся сейчас блонди.
– Это ведь лишь танец. Не гони, Ритка!
– если он назвал меня по имени, то его настроение колебается от волнения к злости. Нужно заканчивать.
– Нет, Дим. Я не люблю тебя, прости. И я устала терпеть твои выходки. Просто не могу так...
– Да на хрен мне твоя любовь! Ты мне месяц мозги сношала, а так в постель и не легла. Задолжала ты, зая.
– Он впился пиявкой в мои губы на пару секунду, а потом грубо потащил к лестнице.
Мне хотелось высказать ему сейчас многое, но лучше всего в данном случае - уйти. Так я и сделала, ... попыталась. Увернувшись от крепкого захвата и бросив злое "Прощай" быстро потопала к черному входу, где не нужно пробираться сквозь стену из людей, на ходу обдумывая кому позвонить и куда ехать.
– Стой!
– догнал он меня на улице, по пути что-то шепнув охраннику. Тот тихо удалился.
– Отвали, Дим! Имей хоть каплю гордости.
– брякнула я и пошла в сторону стоянки, безлюдность вокруг меня напрягала.
– Да что ты знаешь о гордости, дура? Ложилась под этого неудачника, таскалась за ним хвостом и слюни пускала, даже когда он тебя с говном смешивал. Ведешь себя как полная кретинка.
Я остановилась и протяжно выдохнула, сжимая кулаки. Ощутив покалывание в ладони, вспомнила про кулон.
– Держи. Не знаю на кой черт ты вздумал дарить подарки такой кретинке, но мне от тебя ничего не нужно!
– положила украшение в его немного дрожащую ладонь.
Он вылупил глаза и нахмурился еще больше.
– Что за ... ? Это когда я тебе что-то дарил? Тем более такую туфту...
– он безразлично бросил кулон на асфальт. У меня дрогнуло сердце. "Туфта" мне уж очень приглянулась, и если подарок не от него...
Я дернулась в сторону, намереваясь поднять кулон, но Димка меня оттолкнул.
– Так вот оно что! Тебя сразу купить нужно было. Ты сколько за ночь возьмешь? Мне уже из принципа...
Я уже устала терпеть и заехала ему по разбитой губе. Не знаю как я представляла наше расставание, но такие унижения от хладнокровного, высокомерного Димы в сценарий не входили.
– Сука!
– зашипел он от боли, на долю секунды даже вызвав у меня каплю жалости, пробившуюся сквозь злость и презрение, но не на долго.
Убрав руку в окровавленной губы, он бросил на меня дикий взгляд. Увидев в тот момент его черные, такие убийственные и чужие глаза я сразу поняла, "зайка допрыгалась!".
Одним легким и быстрым ударом в лицо Лапочка уложил меня на землю.
В глазах замелькали звездочки, в голове стало пусто-пусто, пробивалась лишь одна почему-то удивленная мысль - "Он меня ударил!". Еще с минуту неподвижно пролежала колобком на асфальте и наконец-то начала чувствовать. Чувствовать боль в скуле, чувствовать кулон под расцарапанной рукой (удачно же я свалилась), чувствовать жгучее разочарование в человеке, которого пусть и не любила, но доверяла ему. Может я и вправду кретинка, раз мне так часто достается в последнее время.
– Ударил меня...
– сказала я вслух скорее себе, констатируя этот противный факт. И так все стало более реальным.
Он молчал и кажется даже не дышал. Сожалеет? Неет.
Встретив его взгляд, не нашла там ничего кроме холодной пустоты и простого пофигизма.
Вытерла небольшую кровавую дорожку в уголке рта и нащупала свободной рукой потрепанную сумочку.
Сжав в руке кулон, который каким-то образом придавал мне силы, медленно поднялась и не оглядываясь пошла к светлой площадке у входа в клуб, чтобы поймать такси. Людей там много, Димка меня больше не посмеет тронуть, хоть он и король здесь. Да и не собрался он, даже не шелохнулся. Но шаг я все-таки ускорила, краем глаза заметив, что из запасного выхода выскочила фигурка бармена Эдуарда. Он осекся и не стал подходить, проводя меня пристальным взглядом, не заметил ничего подозрительного...