Чтение онлайн

Закончив, Улыбашка тряхнул мордой, избавляясь от застрявших между ушами остатков одного из инсектоидов, и подошел ко мне. Его взгляд говорил: «Я их убил, самка человека. Что дальше?»

Меня неожиданно замутило. Я совсем не привычна к убийствам, пусть и убийствам инсектоидов. Вздохнув, я похвалила тхайна, чтобы он осознал, что я не боюсь его силы, и что подобные сцены меня не волнуют, и всмотрелась в его ощущения еще основательнее, выясняя, чувствует ли он еще врагов поблизости.

К сожалению, врагов он чувствовал. И в этот раз не нескольких особей, а многих, очень многих. Нас неумолимо окружали. Но зачем?

Инсектоиды-рабочие, по заверениям ученых со станции, не трогают людей, как и люди не должны трогать инсектоидов. Таков уговор с королевой инсектоидов. Значит, либо королева ищет людей для какой-то цели, либо уговору конец, и инсектоиды больше не будут сохранять нейтралитет.

Я облизнула пересохшие губы, глянула на парализатор, на тхайна. Тхайн не сможет убрать всех рабочих, и даже если дротик с ядом из парализатора пробьет покровы рабочих, не факт, что само вещество-парализатор в дротике как-то воздействует на них.

Скверно.

Тхайн отряхнулся еще раз и вопросительно на меня посмотрел.

«Ты тоже чувствуешь приближение врагов, самка человека? Ты ощущаешь, что они несут нам смерть?»

— Уходи, Улыбашка. Не тебя ищут, — сказала я, добавив мысленный приказ.

Пес замешкался. Совсем недавно я внушала ему, что он должен быть со мной и защищать, а теперь — что нужно уходить. Я усилила мысленный приказ, и тхайн, качнув головой, бросился бежать, подволакивая сломанную лапу.

Да, недолго у меня была собака…

Перехватив в руке парализатор, я осмотрелась, разыскивая место, где можно спрятаться, или еще что-то, что может мне помочь. Убежать не смогу, догонят. Да и глупо прятаться в чужой среде обитания. Я уже разок побегала по джунглям, и чуть не умерла после этого, вляпавшись в слизь инсектоидов.

Инсектоиды подобрались ко мне очень быстро, окружили. Причем, это были не рабочие особи, а страшилища в три раза крупнее, со жвалами просто ужасающих размеров. Меня снова замутило, но уже от брезгливости, помноженной на страх.

И все же я не стреляла, заставляла себя сохранять спокойствие. Нужно дождаться, пока станет ясно, убивать они меня будут, или просто вынудят пойти с ними. Один из инсектоидов сзади сбил меня с ног, в тот же момент я почувствовала жалящий укус, еще один… Я дернулась, чтобы убежать, но меня удержали на месте. Мышцы свело почти сразу, и вместе с этим накатило забытье.

Удивительно, но меня не убили и не съели. Наверное, нашли невкусной. Я пошевелилась. То, что могу шевелиться — уже хорошо. Как и то, что я вообще очнулась, мой язык не распух, и чувствую я себя не так плохо, как могла бы. Но все же, я не в порядке, а места укусов страшно зудят. Нет сомнений, я снова отравлена ядом инсектоидов.

Я подняла руки, протерла глаза, попробовала приподняться. Это мне удалось не сразу из-за слабости. Что-то сверху щелкнуло и зашуршало. Я подняла голову и увидела инсектоида. Посмотрев на меня, он ретировался, шевеля усиками и тем самым сигнализируя сородичам что-то.

Куда же меня уволокли? Я огляделась и обнаружила, что нахожусь в собранной из веток и листьев конструкции, склеенной какой-то слизью, и что данная конструкция висит на ветке.

Слизь — это плохо. Я быстро себя осмотрела и с облегчением обнаружила, что слизь на меня не попала, а значит, от воздействия яда я не умру. От воздействия этого яда… Жаль, возможность побега исключается. Я не смогу выбраться из этой ловушки, не коснувшись слизи.

Еще один инсектоид неожиданно прыгнул сверху на ловушку, отчего та опасно качнулась. Мне чудом удалось не вляпаться в слизь.

— Гадина! — вырвалось у меня. — Мерзкая усатая гадина!

Усатая гадина поглазела на меня и перебралась на ветку, а оттуда на ствол. Я собрала волосы в неряшливую тугую косу и затолкала ее за воротник костюма, чтобы ненароком не прилипнуть.

— Унсури? — раздалось недоверчивое.

Мое сердце замерло. Мне показалось, или я действительно только что услышала голос Локена?

Исхитрившись, я смогла кое-как подобраться к той стенке конструкции, которая была ближе к стороне, откуда раздался голос. И, хотя в джунглях становилось темнее с каждой минутой, смогла различить орионца, сидящим в той же ловушке, что и я.

Одинаково недоверчиво и в то же время радостно мы уставились друг на друга.

— Какие лю-ю-ю-ди, — присвистнул Локен. — Что, Нигай не уберег?

— Я сама от него ушла.

— Разве породистые кошечки уходят от блистательных капитанов?

— Кошечки ото всех уходят, если им что-то не нравится. Ты-то как здесь оказался?

— Так же, как и ты. Рабочие рыскают по джунглям в поисках людей. Королева объявила на нас охоту.

— Королева инсектоидов? Ты же говорил, она ждет нас и гибридов?

— Да, она ждала нас и была готова к сотрудничеству. До того, как люди Нигая уничтожили одно из гнезд вместе со всеми его обитателями. Теперь о договоренности и речи нет. За уничтожение гнезда королева будет мстить основательно.

— Ты уверен? Я совсем недавно была с ним, и…

— Вот именно, — не дал договорить Арве. — Ты была с ним, а я с ним не был, а был вблизи того гнезда и своими глазами видел, как военные подчищают его.

— Нигай сделал это специально! — поняла я. — Сам не смог выследить и поймать гибридов, так теперь их выследят и поймают инсектоиды — они то не видят разницы между людьми и гибридами. Ублюдок!

— Да нет. Обычный центаврианин.

«Обычный»? Обычный, нормальный центаврианин так воспитан, что никогда ни при каких обстоятельствах не запятнает свою честь! Не причинит вреда разумному или неразумному живому существу! Этот упрямый орионец даже не понимает, о чем говорит!

— Послушай, Локен, — дрожащим от возмущения голосом сказала я, — ты ведь умный человек. Откуда эти расовые предубеждения?

— А у тебя откуда?

Ну вот, опять! Я виновата! Я плохая! Только он, единственный, справедливый! Будь я рядом с Локеном на расстоянии вытянутой руки, такую оплеуху ему бы дала, что у него череп треснул!

— Знаешь, что… — запальчиво начала я, подогретая его расистскими высказывания, — ты… ты…

— Что я?

Подробный едкий ответ так и лег мне на язык, но… этим своим подробным и едким ответом я только продолжу бессмысленную вражду. Мы зря потратим время, не сумеем спастись, и в итоге нас убьют и съедят, или просто съедят, не утруждаясь убийством.