Луч надежды
Шрифт:
Тетушка Джулия повела себя удивительно благородно. Она тотчас же предложила племяннице зарубежное путешествие и пообещала уладить все сама.
Вальтер и Бетти поженились очень скоро. Уже через несколько дней после расторжения обручения с Андреа Вальтер отправился в свадебное путешествие в Мехико. Андреа долго не могла разобраться в случившемся, пока однажды подруга Бетти не выдала ей тайну, сразу же поставившую все на свои места: «А разве ты не знала, что Бетти беременна?»
Андреа и теперь злилась, когда думала о том, каким образом было расторгнуто ее обручение.
— Никогда не прощу ему этого, — тихо прошептала она.
Она ожидала, что вновь расплачется, как это происходило обычно. Но нет — слез не было только легкая душевная горечь давала о себе знать.
Андреа смотрела в темноту широко раскрытыми глазами. «Мне никогда не забыть его», — с отчаянием думала она. И тут она впервые услышала это.
Сердце Андреа бешено забилось. Она начала напряженно прислушиваться. Легкое постукивание или даже царапание не прекращалось.
Крик ужаса, донесшийся из комнаты Фелиции, окончательно пробудил ее. Как будто холодная рука сжала сердце Андреа.
Глава 3
Андреа было по-настоящему страшно. С наибольшим удовольствием она зарылась бы сейчас головой в подушки и тоже начала бы кричать. Однако Андреа заставила себя встать и, пробежав через ванную, ворвалась в комнату Фелиции.
Фелиция сидела на кровати и, все еще крича, испуганно смотрела в угол комнаты. Андреа тоже посмотрела в направлении взгляда ребенка, но никого и ничего не увидела. Только ночник отбрасывал на стены причудливые тени.
По всей видимости, Фелиции пригрезился кошмар, и от испуга она проснулась.
Андреа нежно положила руку на спину девочки, как бы желая защитить ее.
— Все хорошо, Фелиция, — прошептала она, — я с тобой.
Девочка перестала кричать.
— О-о, мисс Вэйд, что за страшный сон мне приснился, — прошептала Фелиция и заплакала.
В это время в коридоре послышались озабоченные голоса и быстрые шаги. Распахнулась дверь, и зажглись лампы. Яркий свет ослепил Андреа, а Фелиция еще теснее прижалась к ней.
— Что случилось? — услышала она резкий голос мистера Гордона.
Жмурясь от яркого света, Андреа объяснила:
— Фелиции приснился кошмар. В это время на кровать к Фелиции подсела миссис Гордон.
— Ну-ну, не нужно больше плакать, моя хорошая. Не нужно, моя бедная овечка, — озабоченно нашептывала она.
Андреа была рада появлению бабушки и дедушки Фелиции, поскольку у нее самой все еще дрожали руки. Она увидела, что у двери снаружи стоит Вельма и неловко теребит пальцами пояс своего халата. Он был слишком велик для нее. Андреа попыталась заставить себя улыбнуться по этому поводу. «Все-то ей велико», — подумала она и тут же поняла, что близка к истерике. «Прекратить, Андреа!» — мысленно приказала она себе.
— Кошмар, вы сказали? — переспросил мистер Гордон. — Нам следовало бы предупредить вас об этом раньше, но вот уже в течение полугода ей не снятся никакие кошмары. Мы надеялись, что с этим покончено.
— Я не успела заснуть, — поспешила объяснить Андреа, — как в полах моей комнаты сначала что-то зацарапало, а потом как будто кто-то стал постукивать по потолку расположенной подо мной комнаты.
У всех присутствующих при ее рассказе были такие лица, что Андреа начала раскаиваться о затеянном ею разговоре.
— Это просто скрипели половицы, — попыталась она сгладить впечатление от сказанного.
— Новый дом, моя дорогая, — наконец прервала затянувшуюся паузу миссис Гордон, — все дело в этом. Я никогда не могла заснуть в новом доме на непривычной для меня кровати, не правда ли, Дуглас?
— Что ты сказала? Да нет, конечно же, нет. Мистер Гордон озабоченно смотрел на Андреа.
— Знаете ли, миссис Гордон в этом отношении похожа на вас, — пояснил он, — в гостинице или гостях она обычно бодрствует всю первую ночь.
— Конечно, — не очень убежденно подтвердила Андреа, — к чужим домам нужно привыкнуть.
Однако Андреа сама не верила ни в какие скрипучие половицы. Кто-то был в комнате, что располагалась под нею, он и производил все эти шумы. Она была убеждена в этом с того момента, как прошел испуг и появилась возможность логически мыслить.
— В таком случае будет лучше, если мы все отправимся спать, предложил мистер Гордон. — Все в порядке, Фелиция?
— Да, дедушка. Прости, что разбудила тебя.
— Ничего. Ну а теперь — приятных тебе сновидений, деточка. Ты идешь, Каролина?
— Подожди минутку. Вначале я хочу хорошенько уложить Фелицию в постель. А вы, Андреа, идите спать. Жаль, что ваша первая ночь в нашем доме сложилась так неудачно.
Она улыбнулась Андреа. Что-то было необычным в ее улыбке. Улыбка никогда не отражалась в ее не зеленых, как у Фелиции, а карих глазах. «Она все еще не смирилась с потерей своего сына», — подумала с состраданием Андреа, возвращаясь к себе в комнату.
Включив настольную лампу, она пододвинула пепельницу, намереваясь спокойно посидеть с сигаретой. Но что-то изменилось в комнате, но что именно, она не могла понять. Неужели кто-то заходил сюда?
И тут она заметила лежащую на полу красную шаль. Да, кто-то был в ее комнате. Но как он сюда попал?
Андреа открыла дверь в холл. Там никого не было. Она прошла по коридору до двери, которая была приоткрыта, но, услышав чьи-то голоса, поспешила назад в свою комнату. Ее сердце бешено стучало. Прислонившись к притолоке, она вслушивалась в звуки шагов на лестнице.
— Видишь, Каролина, ничего там нет, — произнес глубокий голос мистера Гордона, — и все окна закрыты. Никто не мог проникнуть через них в дом. В комнате Фелиции окно забрано решеткой, через комнату мисс Вэйд тоже никто не мог пройти, — она говорит, что не спала все это время. Будь же благоразумной, Кэрри.
— Ты прав, Дуглас. Наверное, я действительно слишком нервничаю.
— Но для этого нет никаких оснований. В конце концов я же заглянул под все кровати и во все шкафы, подергал все окна…