Чтение онлайн

По-настоящему уязвимы были лишь молодые самцы в момент, когда их изгоняли из материнской группы и они какое-то время бродили в одиночестве, потерянные, не знающие, что им делать. Временами люди нападали на таких особей, но это не привело к исчезновению вида.

Возможно, используй люди огонь, они могли бы обращать стада мамонтов в бегство и уничтожать их. Но женщина Белый Бизон предупредила нас, что не стоит так поступать, и индейцы не применяли подобную тактику».

Бабушка поведала мне еще одну историю.

«Жил-был мужчина, и однажды в трудные времена, во время засухи, отправился он на охоту. На пути ему попался огромный самец мамонта с великолепными бивнями. Животное сломало или вывихнуло ногу.

– Брат-мамонт, – обратился к нему мужчина, – моя семья умирает с голоду. Отдай мне свою плоть.

Мамонт задумался, поводил хоботом, принюхиваясь к запахам, витавшим в пыльном воздухе.

– Хорошо, – наконец ответил он. – Но я хочу, чтобы бивни остались при мне. Зови меня тщеславньш или сентиментальным, но для меня они многое значат, поэтому пусть они лежат там, где я жил. Такова моя воля. Можешь забрать все остальное: мою плоть, кости, шкуру, – но бивни не трогай.

Мужчина согласился, и мамонт позволил ему нанести смертельный удар.

Когда зверь испустил дух, мужчина привел свою супругу, чтобы та помогла ему разделать тушу.

– Мы не можем оставить бивни, – молвила женщина. – Смотри, какие они огромные и как изящно изгибаются.

– Я дал слово, – возразил мужчина.

Однако жена его не послушала и отрубила бивни, оставив голый череп. Они забрали домой все: мясо, рыжевато-коричневую шкуру с вьющимися шерстинками и бивни.

После женщину начали мучать кошмары. Во сне к ней приходил тот самый мамонт, еще не освежеванный, только вместо бивней зияли две кровавые раны.

– Что ты наделала?! – вопрошал он. – Зачем ты украта единственную вещь, которую я просил не трогать?

Постепенно из-за постоянного недосыпа женщина стала угасать, пока однажды не умерла. Вскоре после этого ее супруг отправился в соседнюю деревню, где увидел девушку неописуемой красоты.

– Что ты хочешь за свою дочь? – спросил он ее отца, пожилого человека, который все еще производил впечатление статного, привлекательного, несмотря на отсутствие зубов, мужчины.

– Твои знаменитые бивни мамонта, – отвечал старик.

Воину вовсе не хотелось отдавать бивни, но столь прекрасной индианки он в своей жизни еще не встречал, да и девушка, казалось, с радостью отправится с ним. Скрепя сердце мужчина все же согласился на сделку и отправился в родную деревню за бивнями. Когда он вернулся и отдал драгоценные предметы отцу девушки, тот погладил их и сказал: „Я сделаю из них косяк для двери“. Забыла упомянуть, что все происходило в деревне манданов или хидатса. Наши соседи на берегах Миссури часто использовали бивни утонувших мамонтов для дверных проемов в хижинах, которые они изготовляли из бревен и грязи. В нашем племени такой традиции не было – мы в те годы жили в типи [26] .

Воин и его новоиспеченная жена отправились в путь через равнину. Как только они остановились на приват, мужчина заявил: „Я хочу переспать с тобой“. Вот уже несколько дней он ни о чем другом и думать не мог.

– Людишки! – вскрикнула дева. – Ничему-то вы не учитесь!

Вскочив на ноги, она обернулась белым мамонтом. Ее мех блестел, подобно снегу в лунном свете, и так же сияли небольшие бивни.

– Ты попросил о помощи моего сородича, а затем забрал единственную вещь, которую он хотел сохранить. И это после того, как он с готовностью отдал тебе все остальное, даже свою жизнь. Но теперь бивни вернулись к нему. Ты же ничего от меня не получишь.

Она развернулась и помчалась через прерию».

«Если мы не должны убивать мамонтов и забирать их бивни, откуда у тебя этот?» – спросила я, когда мне было десять лет и в голове у меня постоянно крутились вопросы, которые я научилась задавать в экспериментальной школе Миннеаполиса.

«Эта история учит нас тому, – вещала бабушка, – что надо спрашивать разрешения, прислушиваться и почтительно относиться к ответам, которые получаешь, а также держать свои обещания. Бивень у меня на коленях взят у молодой особи. Вероятно, один из наших предков убил зверя до того, как тот присоединился к группе самцов. Если же это была самка, то она погибла от раны или засухи, а бивень забрали уже у мертвого зверя.

Если он принадлежал молодой самке, то, возможно, наш предок вырезал сцену охоты по ошибке. Однако мне неизвестна история человека, который завладел этим бивнем. Скорее всего, ничего плохого с ним не приключилось, хотя могло бы, нарушь он правила».

Поскольку бабушка очень часто иронизировала, сложно было сказать, говорила она всерьез или шутила. С одной стороны, она занималась наукой, а еще считала, будто в мире произошло много плохого, за что люди так и не расплатились. С другой стороны, оно верила древним легендам.

«Существуют различные способы организовывать знания и формулировать истину. При должном терпении, упорстве и доле везения справедливость со временем восторжествует».

Бабушка рассказала мне о судьбе Мериуэзера Льюиса. Из экспедиции он вернулся известным человеком и стал губернатором территории Миссури, но затем впал в депрессию. В возрасте тридцати пяти лет, путешествуя в одиночку по Натчезскому тракту, Льюис покончил с собой. В кармане нашли клочок бумаги с предсмертной запиской. На нем дрожащей рукой было накарябано два слова: «мамонты», «индейцы». Больше ничего, хотя Льюис в своей обыкновенной манере допустил ошибки в написании обоих слов.

«И что значило это послание?» – поинтересовалась я.

«Кто ж его знает! – отвечала бабушка. – Может, пытался предупредить нас о чем-то. Например: „Будете обращаться с мамонтами как я – закончите столь же плачевно“. А может, просто напился. Он питал слабость к алкоголю и опиуму. Так или иначе, никто не обратил внимания. На берега Миссури прибыло еще больше белых людей – ученые, первооткрыватели, торговцы, охотники, английская знать, русские царевичи. И все они убивали мамонтов, – по крайней мере, так казалось нашим предкам, которые с ужасом наблюдали за происходящим. Мы пытались предостеречь европейцев, но они не слушали. Может, им просто не было дела. В какой-то момент мы сообразили, что у приезжих уже сформировалось представление о том, какой именно должна стать наша страна: повсюду фермы белых людей сродни тем, что существуют в Европе, хотя наши земли совсем не походят на Англию или Францию. Должны исчезнуть мамонты и бизоны – и мы. Если взглянуть на пейзажи, написанные на берегах Миссури в девятнадцатом веке, кажется, почти на каждой заходит солнце. Небольшие стада мамонтов, большие группы бизонов, индейцы – все они направляются на запад, уходят в закат и исчезают с равнин.

Часть бивней отправилась в Англию, Москву и украсила стены знатных домов. Другая закончила свой путь в музеях на Восточном побережье Штатов, порой вместе со скелетами и шкурами мамонтов. В Американском музее естественной истории в Нью-Йорке в зале мамонтов есть целое стадо чучел. Я там была. Тебе тоже стоит как-нибудь съездить.

Шли годы, и европейцы начали отлавливать мамонтов. Как правило, это оказывались детеныши, чьих матерей подстрелили. У Баффало Билла Коди было целых два мамонта. В тот год, когда его шоу „Дикий Запад“ приезжало на территорию лакота, вождь Сидящий Бык приходил к мамонтам. Рассказывают, будто он разговаривал с ними, а животные обвивали хоботами его руки и искали еду, спрятанную в карманах одежды. Никто не знает, что именно они ему отвечали. Но возвращался он печальный и мрачный.