Чтение онлайн

Что-то в этом фотоальбоме заставляло меня радоваться настоящему, но я слишком устала, чтобы анализировать это. Кроме того, у меня болел нос Картофельной Головы. Я убрала фотографии, выключила свет, поставила телефон на зарядку и вернулась в постель. Но перед тем, как заснуть, я получила ещё одно сообщение.

Уэс: Обязательно добавь «Someone Like You» в плейлист Уэса и Лиз.

Глава 7

“Лучше ссориться с тобой, чем заниматься любовью с другой.”

— Жених напрокат

— Доброе утро, солнышко.

Я хмыкнула и направилась к кофеварке. Я обожала своего отца, но вид его ясноглазого, улыбающегося лица, выглядывающего из-за газеты за столом во время завтрака, был просто чересчур. Мои глаза не хотели открываться, и я определённо не хотела вступать в бодрую утреннюю беседу после того, как всю ночь не спала из-за пульсирующего носа.

— Как твой шнобель?

Я улыбнулась — так его назвал Уэс — и нажала на кнопку, чтобы вода нагрелась.

— Болит, но я выживу.

— Ты сегодня работаешь?

— Да, я счастливый открыватель.

Он закрыл газету и начал складывать её.

— Ты заполнила документы на проживание в общежитии, которые я отправил тебе на электронную почту?

Блин.

— Я забыла. Я сделаю это сегодня.

— Ты должна перестать откладывать это на потом. Если ты достаточно взрослая, чтобы учиться в колледже на другом конце страны, ты достаточно взрослая, чтобы заполнить несколько форм.

Я вздохнула. — Поняла.

Запишите это в раздел «Ещё одна вещь, которую Лиз избегала». Я умирала от желания уехать и начать учёбу в Калифорнийском университете. Я даже с нетерпением ждала начала учёбы. Занятия по музыкальному кураторству не казались бы трудом, не так ли? Но каждый раз, когда я думала о жизни там, у меня внутри возникал огромный клубок ужаса, который не имел ничего общего с Калифорнией, а имел отношение к тому, что я покидаю единственное место, где я жила с мамой.

И в те несколько раз, когда я позволяла себе подумать о том, что больше не смогу просто надеть кроссовки и увидеться с ней на кладбище, моё зрение мгновенно затуманивалось от слёз, а горло словно сжималось.

Так что, да. Мне нужно было решить некоторые вопросы.

Он посмотрел на меня отцовским взглядом.

— Хватит откладывать. Ранняя пташка получит лучшую комнату в общежитии, Малышка Лиз.

— Эй. Кстати, об этом. — Я вставила капсулу в аппарат и закрыла крышку. — Была ли я милой маленькой чудачкой, когда была ребенком?

Он приподнял бровь. — Что-что?

Я нажала на кнопку, и кофеварка зажужжала.

— Уэс сказал, что в те времена я была «милой маленькой чудачкой», а я просто не помню себя такой. Он прав?

Лицо моего отца расплылось в широкой улыбке. — Ты не помнишь себя такой?

— Вовсе нет. — Я уставилась на кофе, который выплёскивался в мою чашку. — То есть, может быть, я и не была суперкрутой, но…

— Ты определённо была странным ребенком.

— Что? — Я посмотрела на его ухмылку и разрывалась между смехом и раздражением. — Не была.

— Ты превратила нашу веранду в свадебную часовню, когда тебе было семь — помнишь это? Ты потратила несколько дней на то, чтобы установить её с украденными цветами из маминого сада и белыми простынями. А к ошейнику Фитца привязала связку пустых банок из-под кукурузы.

— И что? Это впечатляющая креативность.

Он негромко рассмеялся, когда я присоединилась к нему за столом.

— Это точно — эта часть была милой. Странным было то, что ты уговорила того паренька, который жил на углу, Коннера какого-то там, притвориться, что он на тебе женится. Он позволил тебе командовать им, пока ты не сказала ему, что это законно и он женат на тебе навсегда. Тогда он попытался уйти домой, но ты повалила его на землю и сказала, что он не сможет уйти, пока не перенесёт тебя через «арку».

— Разумное ожидание от невесты.

— Он плакал, пока мы наконец не услышали его вопли через дверную сетку, Лиз.

Я подула на свой кофе.

— Я всё ещё жду самой странной части.

— Ты разбила свои черные овальные очки в потасовке и всё равно не позволила ему подняться.

— Он должен был остаться на месте, как хороший муж.

Он начал смеяться, и я тоже. Так что, возможно, я была немного странной.

— Простите, вы здесь работаете?

Я закатила глаза, пытаясь закончить перекладывать нижний ряд художественной литературы среднего класса на соседнюю полку. Я продержалась целое утро на кассе с «Что случилось с вашим носом?», поэтому переключилась на перекладывание новинок в надежде избежать дальнейших контактов с людьми.

Я встала с корточек и обернулась.

И чуть не проглотила язык, когда увидела Майкла.

— О, боже, привет.

— Привет, Лиз. — Его лицо расплылось в широкой ухмылке. — Я не знал, что ты здесь работаешь.

— Да. — Мне так хотелось прикрыть свой отвратительный нос и, возможно, исчезнуть. Он был инициатором нашей вчерашней переписки, но я чувствовала себя странно из-за того, насколько неловко это было.

— Я впечатлён. — Его руки скользнули в карманы, и он сказал: — Две работы и школа?

— Что?

— Я не могу поверить, что ты обслуживаешь столики и работаешь здесь, в то время как у меня сейчас даже одной работы нет.

А-а-а, «Закусочная». Моей ложью действительно становилось трудно управлять.

— Что я могу сказать? Я люблю деньги.

Я почувствовала, что у меня перехватило дыхание, когда посмотрела на него. На нём была клетчатая рубашка — не обычная клетчатая фланель, заметьте, а просто хорошая рубашка. К ней прилагались идеальные брюки и кожаные туфли, которые выглядели так, будто им место на шикарной яхте. Он выглядел красиво и стильно, как человек, который может успешно выиграть спор, не повышая голоса.