Чтение онлайн

Анна Ивановна, рассыпаясь в благодарностях, притормозила посреди комнаты. На мой взгляд, ее восторги по поводу информационного стенда были сильно преувеличены. Конечно, с тем, что салатовый цвет фона радовал глаз, а объявления на листах бумаги всех цветов радуги никак не могли остаться незамеченными, не поспоришь. Но насчет необходимости оттаскивания за уши я сомневаюсь. Конечно, композицию удачно дополняли вырезанные из картона фигуры сексуальной медсестры с телом Памелы Андерсен и импозантного врача с лицом Джорджа Клуни. С фигурами я придумала в последний момент. Хотелось чем-нибудь порадовать делегатов тоскливого мероприятия.

– А еще после перерыва запланированы два больших вопроса, потом представители европейского благотворительного фонда приедут. Можешь себе представить, они заинтересовались нашей работой! У них там есть подобные организации. Вот, будут знакомиться с тем, как поставлено дело у нас. Такая честь. Жаль, мы не знали заранее. Непременно надо было обновить стенд по истории движения. Раиса Сергеевна, надеюсь, мы можем и в будущем рассчитывать на вашу помощь?

– Да, думаю, можете.

Почему нет? Параллельно можно было бы проследить эволюцию форменной одежды сестер милосердия, начиная со времени Шипки или Крымской войны до наших дней. Тетки из Красного Креста оказались довольно демократичными и почти не возражали против Памелы Андерсон. Джорж Клуни у них вопросов не вызвал. Думаю, что решительным аргументом было мнение Тимура. Он как раз заглянул в конференц-зал, когда я две недели назад прилаживала картонные фигуры рядом с обновленным стендом. Тимур одобрительно поцокал языком и потребовал держать конференц-зал постоянно открытым.

– Они их вообще-то вешать не хотят, – пожаловалась я. – Сомневаются, что это будет соответствовать духу мероприятия.

– А когда мероприятие? – громогласно поинтересовался Тимур.

– Через две недели, – проблеяла Анна Ивановна.

Она до сих пор побаивалась Тимура, как опасалась всего большого и шумного.

– Пускай висит, привыкните, – безапелляционно заявил Тимур. – А потом я их к себе в кабинет заберу. По остаточной стоимости.

– Доктора мы бы оставили, – робко возразила Татьяна Ивановна.

– Идет, – согласился Тимур.

А потом Василиса передала мне свой заказ и с тех пор я в особняке не появлялась.

– А у Танюши, как назло, с самого утра голова разболелась, она в кабинете закрылась отдохнуть.

– Еще бы не разболелась, у меня бы тоже разболелась, – не поднимая головы, прошипела Люська, – Как только живой человек может выдерживать эти ультразвуки? Да еще одеколон. Она и сама, поди, какой-нибудь «Красной Москвой» полилась. Надо будет им на восьмое марта приличных пробников подарить.

К счастью, Калерия прикрыла дверь своей каморки, и пронзительный голосок Анны Ивановны перестал резать нам уши. Интересно, сколько времени Калерия сможет выдержать компанию Анны Ивановны в закрытом помещении? Где-то слышала, что от этого бывает даже кровоизлияние в мозг.

Люська продолжала стучать по клавиатуре. Я же решила прояснить, наконец, вопрос о том, куда подевался начальник. Должна же я оценить его настроение, раз пообещала Мумрику разведать обстановку. Но если он не сдержит свое обещание и не наведет порядок в квартире, я ему ничего не скажу.

Стасик на окружающее не реагировал, Калерия за закрытой дверью общалась с представителем дружественной организации, доступны контакту были только девчонки, и я направилась к ним.

– Говорят, высокого гостя ждете? – я присела на краешек стола возле Ангелины.

Теперь я знала, как их различать. На груди у девушки предусмотрительно красовался значок с именем и абрисом ангелочка.

– Ага, самый дорогой коньяк купили, – охотно откликнулась она.

Кристина показала горлышко бутылки. Так, значит, коньяк в подвале Тимур не пьет.

– А чего братки заглядывали? – продолжила я опрос свидетелей.

– Эти-то? Хамье, – фыркнула Кристина, пожав плечами.

– Да это Санька ребята. Они заходят иногда, – пояснила Ангелина.

– А что он тебе на ухо шептал? – задала я нескромный вопрос.

– Да так, ерунду какую-то, – нисколько не смутилась Ангелина. – Они разве что умное скажут? То ли наш шеф ботинки купил, то ли туфли сшил. Убожество.

– Лыжи навострил? – подсказала я.

Ангелина отрицательно мотнула головой.

– Ласты склеил? – это Стасик оторвался от экрана.

Видно, закончил партию. Ангелина радостно согласилась, а мы со Стасиком уставились друг на друга, почуяв недоброе.

– А ты знаешь, что это значит? – осторожно спросил дипломированный юрист.

– Нет, а что? – опять пожала плечиками Ангелина.

Мы со Стасиком переглянулись и, разом вскочив со своих мест, бросились к кабинету начальника.

Стасик настойчиво постучал и, не дождавшись ответа, осторожно приоткрыл дверь. Я пыталась заглянуть ему через плечо, охочие до развлечений девчонки напирали сзади. В общем, дверь распахнулась, и мы все вместе ввалились внутрь. Стоявший впереди Стасик по инерции пролетел вперед и навалился на стол, уставившись Тимуру прямо в остекленевшие глаза. Хотя узнать Тимура в сидевшем за столом теле было нелегко – искаженное лицо в синюшных пятнах и с розовой пеной у рта выглядело жутко. В скрюченных руках зажаты смятые листы бумаги.

Мертвую тишину прорезал истошный девичий визг, к нему очень скоро присоединился утробный вопль заглянувшей в дверь Люськи. Где-то на границах слухового восприятия звенел голосок Анны Ивановны и вибрировал бас Калерии.

– Прошу прощения, мне было назна…– раздался густой баритон, перекрыв ненадолго наш разноголосый хор.

Раздался и оборвался на полуслове.

Обладатель баритона, импозантный мужчина средних лет, на глазах побледнел и начал медленно сползать по стенке, хватая воздух ртом. На посетителя никто не обратил внимания. Может, его никто, кроме меня, и не заметил. Просто, войдя в кабинет, он оказался как раз рядом со мной. А я, каюсь, тут же про него забыла.

Все бросились вон из кабинета. При этом девчонки продолжали громко реветь, Анна Павловна пронзительно верещала, Калерия басовито охала. Я тоже пару раз вскрикнула. Люська тихо всхлипывала. Только Стасик не издал ни звука. Молча вышел последним и прикрыл за собой дверь.

Анна Ивановна, не умолкая, выскочила в коридор и быстро вернулась обратно, не переставая громко и нечленораздельно причитать. Она тащила за собой упирающегося молодого человека с зажатой в зубах сигаретой. Молодой человек, белобрысый невысокий толстячок в джинсовом костюмчике, отчаянно крутил головой, вращал глазами и невнятно мычал. Сигарета ему здорово мешала, но одной рукой он держал большущий потертый портфель, а в другую мертвой хваткой вцепилась Анна Ивановна. Она была очень похожа на маленький, но сильный буксирный катер. Интересно, сколько лошадиных сил может таиться в этом тщедушном теле?

Сообразительная Люська сунула под нос молодому человеку пепельницу и сделала попытку забрать портфель. От сигареты юноша с облегчением избавился, а портфель отдать не захотел. Люська была слегка не в себе и продолжала дергать портфель, Анна упорно тянула молодого человека за руку к двери в кабинет. Обе – женщины субтильные, только поэтому им не удалось разорвать джинсового толстячка надвое.

– Врача! – прохрипел Стасик, дико вращая глазами.

Видимо, начал приходить в себя после шока.