Чтение онлайн

Все сочувствовали только Лайсергу, но это и понятно разуму, в отличие от сердца Тао, которое сжималось в ком сдержанности и смирения. Он не мог осуждать друзей и любимую, однако находиться здесь и, как все, суетиться вокруг даузера Рен не имел ни малейшего желания, считая, что он и так внёс свою лепту, за которую его не в чем будет упрекнуть.

Тао просто шёл размеренным и широким шагом по своему пути, куда глаза глядят. Сначала с арены, потом через длинную под стадионом арку, ведущую в деревню, а дальше его встретил тяжёлый выбор.

Куда пойти? Направо? Налево? Или на все четыре стороны? Последний вариант вызвал на лице парня неподдельную усмешку, что уже давало надежды на его скорую, душевную реабилитацию. Но, как оказалось, выбор сам нашёл его.

Стоя перед развилкой с задумчивым, но лёгким взглядом, будто в его жизни сейчас ничего не происходило, Рен вдруг услышал радостное фырканье вперемешку со скулением, а, развернувшись, встретился с чёрными, как два маленьких уголька, глазками, которые непроизвольно заставили парня расплыться в улыбке.

– Вы можете хоть что-нибудь сделать? – нервно переводя взгляд с периодически морщившегося от боли Лайсерга на мужчину-медика, который осматривал пострадавшего, не спросил, а практически потребовал Асакура.

– У него разрыв фурьёку, – поставил диагноз врач в белом и длинном халате, который так чётко давал понятие людям о том, кто он такой, – увы, против этого нет лекарства.

– То есть, как?! – с ужасом воскликнул сидящий напротив Рио, держа здоровую ладонь на плече протеже и тут же одёрнув раненную руку от другого медика, который занимался его ранением. – Он что, должен лежать и мучиться от боли?!

– Рио, – сквозь сжатые до скрежета зубы, прошипел от резкой боли Дител, лежавший на земле и не имеющий сил, даже пальцем руки пошевельнуть, – всё в порядке. Скоро всё пройдёт, – завидный, но в то же время безумный оптимизм, вырисованный в кривой от страданий улыбочке, поражал и заставлял задуматься во вменяемости детектива.

– Лайсерг! – упав со скоростью, с которой она бежала, на колени подле Дитела, воскликнула Юи, глазами тут же принявшись осматривать тело своего парня. – Где болит?!

– Девушка, не мешайтесь, пожалуйста, – не совсем вежливо попросил медик удалиться Юи, положив свою ладонь ей на плечо, но сразу же почувствовав, как шатенка скинула его руку и, как ни в чём не бывало, продолжила допрос.

– Лайсерг, скажи, где именно болит! – потребовала с быстротой Вэй, не обращая совершенно никакого внимания на подбежавших за ней Трея и Сели и беспомощного врача, в квалификации которого можно было усомниться.

– Л-левое предплечье, – превозмогая боль, ответил даузер, сжимая все части лица, – и правое колено, – услышав всё, что ей было необходимо, Юи, не медля ни секунды, кивнула и положила ладони на те места, где Дител чувствовал режущую, как нож, боль.

Лайсерг не мог даже приоткрыть глаза, чтобы увидеть, почему вдруг стало тихо, не считая шума расходившихся с трибун зрителей. Однако буквально через несколько секунд парень вдруг почувствовал в левом предплечье и правой коленке расслабляющее тепло, которое плавно и постепенно начало не только согревать, но и ослаблять колющую, режущую и парализующую боль.

– Д-девушка, – в шокированном состоянии, не мог поверить своим глазам врач, – что вы делаете?

– То, чего вы не можете, – холодно и даже с каким-то презрением ответила Юи, взбудораживая интерес Дитела настолько, что он решил через силу открыть налившиеся свинцом глаза и увидеть то, что делает его девушка.

– Юи, ты же его вылечишь, да? – с напускным волнением спросила, стоявшая на ногах Сели, чувствуя лёгкое касание мужа со спины, как опору, чтоб она вдруг не упала.

– Постараюсь, – ответила шатенка, концентрируя в руках всё больше и больше своего ограниченного количества фурьёку. Оно имело нежно-голубой цвет, который проникал внутрь даузера, и подобно умелому портному пыталось залатать дырки. Увидев то, что Лайсерг расслабился и теперь смотрит то на её руки, то на неё, она сглотнула и спросила: – Легче?

– Легче, – как будто в сонном состоянии или же испытывая эйфорию, произнёс с практически закрывающимися глазами Дител, понимая то, что Юи умеет не только растягивать, но и «сшивать» фурьёку. – Ты не говорила, что умеешь исцелять, – спустя несколько секунд молчания, снова сказал даузер, чувствуя, как всё тело становится ватным и податливым.

– Я не исцеляю, а всего лишь пытаюсь соединить свою фурьёку с твоей, и тем самым ликвидировать разрыв, – не глядя на детектива, ответила Юи, полностью концентрируясь на своём кропотливом и требующем внимательности деле.

– Что-то подобное делал и Фауст, – подметил Рио, который почувствовал себя более или менее расслабленным и дал, наконец-то, себя осмотреть врачам, которые уже продезинфицировали его раны и теперь накладывали повязки, – когда Рен чуть не умер.

– Шс, ааа! – внезапно скрючился от резкой боли Лайсерг, когда руки Вэй внезапно задрожали, и она сама в испуге вскрикнула.

– Прости-прости, – затараторила Юи, восстанавливая наспех своё фурьёку, но имея в глазах такую панику, словно она была загнанным в угол зайцем. Она случайно причинила боль своему парню, который ещё не отошёл от недавних терзаний, но тому, что она так сбилась, потеряла контроль и попросту вышла из равновесия была веская причина. – Он не говорил мне, что чуть не умер, – специально опустив глаза, чтобы никто не заметил её страха и паники, с некой отстранённостью и задумчивостью произнесла шатенка, разговаривая с неким абстрактным лицом, вместо которого ей ответил наспех Трей.

– Это было пять лет назад, проехали, – видимо, даже после такого периода времени Юсуи всё ещё помнит, из-за кого Тао мог умереть. Это и мучило и одновременно ударяло по самолюбию северянина.

Пока смущённый старыми воспоминаниями муж воротил нос, Сели присела у головы Лайсерга и положила ладонь ему на лоб, сразу же поддавшись панике.

– У него жар! – с глазами, полными страха, затормошилась златовласка.

– Не волнуйся, так и должно быть, – тут же успокоила всех Вэй, зная, что она специально нагревает тело детектива, чтобы его фурьёку снова стало тягучим.

Сосредоточенное лицо Юи ничего не доказывало в том плане, что она переживает за своего парня, потому что в её глазах так и застыла эта новость о том, что Рен пять лет назад чуть не погиб. Даже сейчас её мысли были только о нём, и это не могло ускользнуть от проницательности Лайсерга, который слышал внутри себя недовольное клацанье.

Ревность? Ах, как бы ему этого хотелось, однако, скорее всего, это был лишь простой людской эгоизм, предписанный всем в неравной, но обязательной мере.