Чтение онлайн

– Это что? – видя лишь нумерацию (один, два, три и так далее), но уже почувствовав себя плохо от предвкушения того, что написано под этими номерами таким мелким почерком, что потребуется лупа, спросил опять рефлекторно Рен, краем здравого рассудка понимая, что это то, от чего ему сейчас снова придётся вернуться в больницу, но уже с сердечным приступом.

– Ну это тоже... эм... просьбы, – с милым лицом, уже не краснея от своей наглости, ответила Юи.

– Какие, к чёрту, просьбы?! Это условия! – возмутился Тао, пробегаясь по списку взглядом и не имея приличных слов, чтобы описать своё состояние от увиденного – уж очень всё подробно Вэй прописала, наверное, целый день угробила вчера на это.

– Называй, как хочешь, – снова мило похлопала ресничками девушка, взглянув на часы и тут же засуетившись. – В общем, прочти, а я пока на работу, – но неожиданно эта фраза просто выбила мысли Тао совершенно в другую сторону, сохранив лишь возмущение и недовольство. Ему не нравилось, что его девушка работает горничной в общежитии, ему в принципе не нравилось, что Юи работала. По его мнению, она за свою жизнь столько навкалывалась, и, как стало известно, из-за него, что теперь его терзало чувство вины за свою недальновидность.

– Вэй, я хочу, чтобы ты бросила эту работу, – властным и приказным тоном, не высказал своё пожелание, а предъявил своё требование Рен, смотря как его девушка, уходящая к двери, вдруг снова развернулась с милым и наивным личиком, после чего с наигранным сожалением сказала:

– Увы, не могу.

– Почему? – нахмурил брови и тут же насторожился Тао, снова слыша дребезжания своей интуиции, которая подсказывала, что сейчас Вэй выдаст очередной номер, сделавший из него дурака. И она выдала.

– Пункт тридцать четыре моего списка, – пожала плечами шатенка, после чего увидела, как парень быстро начал перебирать в руках длинный список, который был похож, если его скрутить, на небольшой рулон туалетной бумаги.

«Не запрещать мне работать!!!» – эта надпись красовалась под безошибочно названным номером тридцать четыре и была завершена тремя восклицательными знаками, которые указывали на особую значимость этого пункта, а точнее условия.

Однако не успел Тао даже набрать в себя мощный поток возмущения и подборку самых нелицеприятных слов, как шатенка просто добила его своим милашеством и «пропела»:

– Увидимся в столовой, тебе нужно хорошо пообедать, – снова режим «няньки», как выразился Рен, был включён у Юи совершенно намеренно, чтобы Тао понял: он сам подписался на их отношения. И после этих слов, оставив Рена одного, такого растерянного, возмущённого до глубины души и желающего маленькой «мести», на которую он вряд ли способен, Юи вышла за дверь.

Тао так и смотрел на пункты, читая их и понимая, что Вэй не просто перегибает палку, а лишилась рассудка, описывая такие мельчайшие детали, и даже давая пояснения, что будет, если он их нарушит. Да, зря он ей давал уроки жизни, когда они жили вместе, и надо было прятать настоящие контракты, чтобы она не видела то, как их надо составлять, ведь в конце этого списка было место для подписи и печати.

– Ещё бы прописала время для се... – недовольно начал возмущаться шаман, который вдруг осёкся, прочитав как раз именно этот пункт, который так дальновидно был прописан Юи в своеобразном добрачном контракте, и который завершался миленьким улыбающимся смайликом (=^_^=), привёдший парня не в бешенство, а наоборот – заставивший его смеяться так, что возникали сомнения насчёт его адекватной психики. – Ну я тебе устрою «до свадьбы ни-ни», – процитировал он конец пункта с угрозой, после чего смял в кулаке весь огромный список, так и не дочитав его до конца, после чего кинул в мусорное ведро в углу, победно двинув локтем под себя, когда попал прямо в корзину.

Правильно подметил Асакура: их отношения даже в статусе пары никогда не изменятся, потому что таковы они есть: издевающиеся, подначивающие, но до безумия любящие друг друга.

====== 121. В поисках романтики. ======

Говорят, что из-за стресса, нервов и переживаний – коротко говоря, из-за всех волнений – человеку и кусок в горло не лезет. Что ж, простому человеку может быть и так, а вот шаманам такое поведение не присуще.

Турнир потихоньку, день за днём, приближался к своему концу, даже третий этап закончится буквально на днях, разбив все команды и заставив шаманов рассчитывать только на собственные силы. Теперь каждый из них почувствует тяжёлый груз ответственности перед собой, теми, кто верит в них, и, конечно же, перед своими мечтами и стремлениями.

Скоро всё изменится, скоро... очень скоро.

Ну а пока все шаманы и, на радость Патчам, с каждым днём прибывающие зрители томятся, как овощи в кастрюле, ожидая каждому уготованной судьбы, для Тао Рена все ожидания только недавно сбылись и принесли очень странное ощущение: с одной стороны – радость, с другой – беспокойство.

– Так это правда? – вдруг заставил звонкий голосок девушки с золотыми волосами вздрогнуть и очнуться шамана, который сидел за обеденным столом в кафе «Лоскут» и смотрел в свою чашку с едой задумчивым взглядом.

Слишком много действий происходило сразу: из мыслей ещё не ушла любимая девушка, которая и ввергла его в такое состояние, прямо напротив него присели двое: муж и жена, носящие фамилию Юсуи; а по плечу хлопнула крепкая и большая ладонь байкера, тем самым поздоровавшись со сбежавшим из больницы Тао.

За стол к Рену, который до сего времени умиротворённо думал о нынешних делах и частично о вечернем свидании, присели все его друзья, кроме Вэй, которая ещё, по всей видимости, не закончила работу. Осмотрев беглым и растерянным взглядом ребят, Тао увидел множество взглядов, которые были разнообразны, как оркестр: кто-то мелодично, то есть спокойно, реагировал на его преждевременное возвращение в «боевые» ряды, кто-то волновался, как струны арфы, а у кого-то так и норовился выплеснуться наружу смех, сравнимый с колокольчиком.

– У тебе неважный вид. Ты не заболел? – что-то как-то подозрительно и дотошно поинтересовался Трей, у которого на лице было написано: «Сейчас я выдам тебе очередную шутку».

– Или влюбился, – тут же предложил свою версию Асакура, имея на лице абсолютно идентичное выражение, как и у северянина по правую руку от него.

– А разве это не одно и то же? – оскорбив всех актёров планеты своим неправдоподобным и уже, кажется, заученным разговором с Асакурой, изобразил потрясение Трей, после чего оба парня в голос засмеялись над Тао, который сидел с таким каменным и сдержанным лицом, что его мысли были просты и понятны абсолютно всем: «Убью... убью к чёртовой бабушке!»

Нет, Рен был готов к тому, что Юсуи будет каждый удобный раз подначивать его и выводить из себя своими тупыми и плоскими шуточками насчёт того, что теперь и у него есть девушка, но вот чтоб Асакура... Такого удара под дых Тао не ожидал, поэтому в его взгляде Йо увидел все десять казней египетских, коими он будет подвергнут за своё предательство.

– Прости-прости, Рен, – стараясь утихомирить свой смех, замахал капитулирующе руками Асакура, однако поздно пить «Боржоми», указ о казни был подписан.