Лучшие мысли и изречения древних в одном томе
Шрифт:
Какие насмешки не стесняются выслушивать, такие и сами говорят.
«Никомахова этика», IV, 14, 1128a
Человек ‹…› свободнорожденный будет вести себя так, словно он сам себе закон.
«Никомахова этика», IV, 14, 1128a
Молодые люди становятся геометрами и математиками ‹…›, но ‹…› не бывают рассудительными. Причина этому в том, что рассудительность проявляется в частных случаях, с которыми знакомятся на опыте, а ‹…› опытность дается за долгий срок.
«Никомахова этика», VI, 9, 1142a
Как зверю не свойственны ни порочность, ни добродетель, так не свойственны они и богу, но у него есть нечто, ценимое выше добродетели.
«Никомахова этика», VII, 1, 1, 1145a
Не способный к раскаянию неисцелим.
«Никомахова этика», VII, 8, 7, 1150a
Те, что твердят, будто под пыткой ‹…› человек счастлив, если он добродетелен, вольно или невольно говорят вздор. (Возражение эпикурейцам.)
«Никомахова этика», VII, 14, 1153b
Для ищущего чрезмерных удовольствий страданием будет уже отсутствие чрезмерности.
«Никомахова этика», VII, 14, 1154a
При чрезмерных страданиях люди ищут чрезмерного удовольствия, ‹…› полагая, что оно исцеляет.
«Никомахова этика», VII, 15, 1154a
Телесных удовольствий, как сильнодействующих, ищут те, кто не способен наслаждаться иными: эти люди, конечно, сами создают себе своего рода жажду.
«Никомахова этика», VII, 15, 1154b
Юноши быстро становятся друзьями, а старики – нет: не становятся друзьями тем, от кого не получают наслаждения.
«Никомахова этика», VIII, 7, 6, 1158a
Быть другом для многих при совершенной дружбе невозможно, так же как быть влюбленным во многих одновременно. ‹…› А нравиться многим ‹…› можно.
«Никомахова этика», VIII, 7, 6, 1158a
Люди, наделенные могуществом, используют друзей ‹…› с разбором: одни друзья приносят им пользу, а другие доставляют удовольствие, но едва ли одни и те же – и то и другое.
«Никомахова этика», VIII, 7, 6, 1158a
Большинство – друзья подхалимов, так как подхалим – это друг, над которым обладают превосходством, или человек, который прикидывается, что он таков.
«Никомахова этика», VIII, 9, 8, 1159a
Раб – одушевленное орудие, а орудие – неодушевленный раб.
«Никомахова этика», VIII, 13, 1161b
От природы человек склонен образовывать, скорее, пары, а не государства – настолько же, насколько семья первичнее и необходимее государства.
«Никомахова этика», VIII, 14, 1162a
Бездетные скорее разводятся: дети – это общее обоим благо, а общее благо объединяет.
«Никомахова этика», VIII, 14, 1162a
Большинство ‹…› желает получать благодеяния, а делать добро избегает, как невыгодного занятия.
«Никомахова этика», VIII, 16, 1163b
Благодетели больше питают дружбу к облагодетельствованным, нежели принявшие благодеяние – к оказавшим его.
«Никомахова этика», IX, 7, 1167b
Все больше дорожат доставшимся с трудом. ‹…› Не случайно матери ‹…› любят детей сильнее, чем отцы, ведь рождение ребенка требует от них больших усилий и они лучше отцов знают, что это их собственное создание.
«Никомахова этика», IX, 7, 1168a
У кого много друзей ‹…›, [те] ни для кого ‹…› не друзья.
«Никомахова этика», IX, 10, 1171a
Отдых ‹…› существует ради деятельности.
«Никомахова этика», X, 6, 1177a
Мы лишаемся досуга, чтобы иметь досуг, и войну ведем, чтобы жить в мире.
«Никомахова этика», X, 7, 1177b
Нет, не нужно следовать увещеваниям «человеку разуметь человеческое» и «смертному – смертное»; напротив, насколько возможно, надо возвышаться до бессмертия и делать все ради жизни, соответствующей наивысшему в самом себе; право, если по объему это малая часть, то по силе и ценности она все далеко превосходит.
«Никомахова этика», X, 7, 1177b–1178a
Обратить к нравственному совершенству большинство рассуждения не способны, потому что большинству людей по природе свойственно подчиняться не чувству стыда, а страху и воздерживаться от дурного не потому, что это позорно, но опасаясь мести.
«Никомахова этика», X, 10, 1179b
Страсть ‹…› уступает не рассуждениям, а насилию.
«Никомахова этика», X, 10, 1179b
Врачами становятся не по руководствам.
«Никомахова этика», X, 10, 1181b
Болезнь есть приобретенная старость, а старость – естественная болезнь.
О возникновении животных, V, 4, 7, 784b
Рука есть орудие орудий.
«О душе», III, 8, 432a
Принять за исходную посылку ложь и принять за исходную посылку невозможное – не одно и то же. Из невозможной предпосылки следует невозможное заключение.
«О небе», I, 1, 281b
[Из всех животных] только человек ‹…› способен смеяться.
«О частях животных», III, 10