Чтение онлайн

В разгар суровой зимы, когда земные колонисты на Борге IV умирали как мухи, а аборигены плодились, как кролики-веганы, у которых период вынашивания составляет всего десять дней и выводки получаются очень крепкими...

В разгар зимы на Борге некий рэкетир по имени Алан Фирмоул ожидал депортации с планеты вместе с двумя ящиками цветов лис, которые остались непроданными из первоначальной партии в двенадцать ящиков.

Этот цветок, лис, в распространении которого Фирмоул в то время принимал активное участие, появился в результате скрещивания орхидеи и венерианской дьявольской лилии, после кропотливой и неустанной работы трех поколений садоводов; итоговым результатом стало создание уникального аромата, малая доза которого могла повергнуть человека в коматозное состояние запредельного счастья; наступившее блаженство избавляло потребителя от таких незначительных телесных забот, как прием пищи и сон, и неизбежно приводило к летальному исходу. В любом другом месте обитаемой галактики у человека хватило бы здравого смысла держаться от лиса на расстояние парсека, но, как справедливо подозревал Фирмоул, земляне-боргианцы готовы были сражаться друг с другом за право приобрести оранжево-золотые цветы.

Сам Борг IV представлял собой замерзшую груду глины и камней, которой требовалось восемьсот дней, чтобы совершить оборот вокруг рассыпающегося красного карлика; зима здесь длилась семьсот дней, а лето - всего сто; летом температура поднималась до рекордно высокой отметки в минус двадцать градусов по Цельсию, и никто в здравом уме не поверил бы, что возможна такая минимальная зимняя температура, как на Борге. Для двадцати восьми тысяч трехсот тридцати жителей Земли, закабаленных рабов Межпланетной горнорудной корпорации, численность которых сокращалась каждую зиму, величайшее счастье, какое только можно вообразить, вряд ли стало бы достаточной компенсацией за их обычные страдания.

Фирмоул успешно вел дела, извлекая прибыль в четверть миллиона кредитов из "легкой и приятной смерти", прежде чем жандармерия Космического агентства задержала его за торговлю наркотиками, вымогательство, незаконное владение экспериментальными растениями, крупную наживу и вмешательство во внутренние дела МГК, которая принадлежала Агентству.

А еще была Марти Марта, изысканная танцовщица из Запретного города удовольствий Хили, которая, благодаря воле Великих умов, не подчинялась никаким законам, созданным людьми, которая никогда в жизни не носила больше одного лоскутка одежды и не собиралась одеваться сейчас. В то время она путешествовала по известной галактике на борту космической яхты "Йохохо" в качестве наложницы Уолтера Пикселла, известного производителя печенья. Или, по крайней мере, она путешествовала до тех пор, пока не вышел из строя третий блок управления ионным двигателем, а "Йохохо" попал во внешнюю атмосферу Борга IV, что вынудило яхту отправиться в негостеприимный мир для срочного ремонта. В минутной вспышке гнева Марти высказала мистеру Пикснеллу все, что она думает о его яхте, его терминалах, выбранных им планетах и о нем самом, а Уолт в ответ шлепнул ее по одной из самых мясистых и непривлекательных частей тела и велел никогда больше не отсвечивать в его шлюзе.

Таким образом, получилось так, что она сидела рядом с Аланом Фирмоулом в зале ожидания космического порта Борг-Сити, который для этого места был довольно теплым - благодаря отоплению там поддерживалась комфортная температура на пять градусов выше уровня замерзания воды. Марти сидела там, ожидая следующего корабля, отправляющегося в дальний путь, сидела на чемодане, в котором хранился ее личный гардероб из пятисот двадцати семи нитей, украшенных драгоценными камнями - но в данный момент она выглядела не слишком эстетично, поскольку дрожала и покрывалась синей гусиной кожей.

Затем эти двое начали непринужденно и дружелюбно беседовать, как и подобает попутчикам и товарищам по несчастью; она отметила суровость холода, он подчеркнул преимущества теплой одежды, а она ответила, что у нее есть вырезки из газет 53 далеких звездных систем, каждая из которых подтверждала, что у нее самое красивое тело в известной вселенной - неужели он предлагает ей отказаться от всех совершенств, скрыв их только потому, что плоть временно поддалась слабости? С этого момента они перешли к разговору о дальнейшем и лучшем, разговор продолжался даже тогда, когда они были уже далеко от Борга IV - на борту корабля "Аврора", принадлежавшего компании "Кейп Кеннеди лайн" и направлявшегося к Тау Кита. И со временем, когда ей стало скучно, а он разочаровался в собственной свободе, а она одевалась так же легко, как и раньше - их разговоры приняли неизбежный оборот, и через девять месяцев после этого Марти Марта родила сына.

Мальчика она назвала Мартином в свою честь, и Боргом - в честь планеты, где она встретила его отца. Возможно, Марта назвала бы ребенка Фирмоулом, но к тому времени ей было очень трудно вспомнить имя человека, с которым она свела столь мимолетное знакомство.

В то время, когда ребенка почти отняли от груди, ей предложил "дружбу" Себастьян Скрим, самый богатый неженатый мужчина в галактике, но, естественно, близость их отношений была омрачена существованием у нее сына. Именно для того, чтобы укрепить эти отношения, Марта использовала четверть миллиона кредитов, которые Фирмоул оставил на хранение до своего освобождения из тюрьмы Тау Кита, и купила необитаемый планетоид в Тектоническом провале и пять подержанных роботов-ветеринаров, переделанных для ухода за детьми, и оставила младенца на их попечение.

Надо отдать должное Марти Марте, которая не была создана для материнства, и добавить, что со временем она твердо намеревалась вернуть себе ребенка или, по крайней мере, изменить инструкции роботам. Однако, к несчастью, она и Скрим погибли во время катастрофы "Ариадны" в 98-м году, когда пять материализовавшихся космических кораблей попытались занять один и тот же участок космического пространства в один и тот же момент времени, и юный Мартин Борг, которому как раз исполнилось три года, остался сиротой.

Так Мартин, единственный человек в своем миниатюрном мире, вырос красивым и сильным, унаследовав неиспользованный умственный потенциал отца и мужественную версию ошеломительной красоты матери. И роботы, словно компенсируя пренебрежение родителей, хорошо за ним ухаживали. В полном соответствии с инструкциями, они кормили его из бутылочки, купали, посыпали тальком, меняли подгузники, читали ему детские стишки, пели колыбельные, гладили и шлепали. Эти услуги роботы продолжали оказывать, когда Мартину исполнилось двадцать пять лет. Круглолицый парень, шести футов ростом и четырнадцати стоунов весом, лежал в своей кроватке и смотрел на вездесущие звезды.

Тabula rasa в состоянии полной готовности.

Что бы ни говорили о жителях Денеба X, приходилось признать, что они отличались страстной заботливостью. Похоже, что какое-то чуждое воздействие излучения солнца Денеба на жителей его десятой планеты чрезмерно возбудило доли их мозга, отвечавшие за сострадание.

Денеб-Сити был галактическим центром для двух миллионов и восьмидесяти одной благотворительной организации, и только на Хаверстоун-сквер располагались учреждения, занимавшиеся борьбой с голодом, расовыми предрассудками, наркоманией, нетерпимостью, несправедливостью, сибирской язвой, неграмотностью, рабством, крепостничеством, андроидизмом и жестоким обращением с животными, роботами, детьми и незамужними матерями. Денеб X был единственной планетой в галактике, где апатия считалась уголовно наказуемым деянием и где неосторожно произнесенные слова "Мне все равно" могли закончиться для человека пожизненным и абсолютным остракизмом.

Из этого следовало, что немногие денебианцы покидали пределы планеты, потому что, с одной стороны, их чувства слишком сильно страдали из-за того, что они сталкивались со слишком большим количеством несправедливостей одновременно, а с другой стороны, многие планеты, чье терпение истощилось из-за постоянных протестов против обычной тамошней деятельности, отказывали всем денебианцам во въездных визах.

Таким образом, Тектонический Провал стал зоной отдыха для туристов с Денеба. Этот Провал, огромный разлом, а точнее - бездна, тянущаяся от края галактической линзы и устремленная к центру, чернота, окруженная сияющими рифами разноцветных звезд, отличалась необычайными природными красотами; дополнительное преимущество для денебианцев состояло в том, что Провал был полностью свободен от звездных систем и сопутствующих им обитаемых планет. Стерильное место, где нет страдающих живых существ.