Чтение онлайн

Жан-Поль пожал плечами.

– Откуда мне знать? Спрашивай об этом себя. – Он улыбнулся ей. – Я сказал все это не для того, чтобы сделать тебе больно. Я сказал это потому, что в тебе очень много таланта.

– Но я не совсем понимаю…

– Талант – это техника. В твоих картинах не хватает души. Это не одно и то же.

– Кажется, теперь я поняла, – задумчиво произнесла Челси.

Жан-Поль подошел к мольберту, на котором стоял незавершенный холст.

– А вот здесь я вижу, что начинает проявляться душа.

– Я еще не закончила эту работу.

– Когда я смотрю на нее, мне грустно, как будто я что-то потерял.

– Я начала работу над ней в первый же день своего развода. Писала всю ночь и после больше не притрагивалась к ней.

– Почему? – спросил он.

– Потому, что каждый раз, когда я смотрю на нее, мне становится очень грустно. – Челси удивленно вскинула брови. – Это и есть то, о чем ты хотел мне сказать? Но почему в одних работах нет настроения, а в других есть?

– Один из секретов рисования – знать, когда нужно остановиться. – На лице у него появилась мудрая улыбка.

– Да, теперь мне будет о чем подумать.

Жан-Поль подошел к Челси, обнял ее.

– Надеюсь, что так. Уверен, ты сможешь стать хорошим художником. Тебе нужно оттачивать мастерство.

– Но где я смогу это сделать? Ты ведь не задержишься в Далласе, даже если вернешься из Нэшвила.

– Дай мне немного подумать. – Он прижал Челси к себе и взглянул в глаза. – Я верю, что найду верное решение.

«Неужели мы знакомы всего лишь четыре дня? – мелькнуло у нее в голове. – Кажется, прошла вечность…»

Его поцелуй был требовательным и страстным.

Когда он повел ее к кровати, она не сопротивлялась.

Жан-Поль ушел от нее рано утром. Челси больше не чувствовала себя одинокой.

В последний день пребывания Жан-Поля в Далласе Челси пригласила его к своим друзьям. Не было ничего удивительного в том, что француз очаровал Карен и Эшли. Челси с улыбкой наблюдала за Эшли, которая ловила каждое его слово. Она даже и не предполагала, что он прекрасно разбирался в рок-музыке.

– Давно я не видел свою дочь в таком настроении. Она болтает без умолку, – заметил Райн, выйдя на кухню к разливавшей чай Челси. – Рад, что она может еще общаться.

Челси улыбнулась:

– Я не думала, что Жан-Полю нравятся дети. Правда, Эшли скоро тринадцать, да и разговаривает она с ним так по-взрослому, что слово «дети» кажется уже неуместным.

Райн пристально посмотрел на Челси.

– Как сильно он тебе нравится? – спросил он.

– Он мне очень нравится. А тебе? – не без некоторого удивления ответила она.

– А мне не нравится.

– Как ты можешь так говорить? Ты знаешь его чуть больше получаса!

– Ну, а если я сказал бы, что он мне нравится, тебя не смутили бы эти полчаса?

Челси взглянула на дверь, чтобы убедиться, что их никто не слышит.

– Ты несправедлив к нему!

– Я не верю ему!

Вошла Карен.

– А почему задержка с чаем? – поинтересовалась она.

Райн развел руками, дескать, он плохой помощник Челси и отошел к окну.

– Тебе понравился Жан-Поль? – прошептала Челси.

– Я думаю, он прекрасен! Красивый и интеллигентный мужчина! Совсем не такой, как твои прежние увлечения!

Челси проигнорировала колкость. – Вот видишь, – сказала она, обращаясь к Райну, – Карен он понравился.

– Я не Карен, – коротко ответил он.

– О, ради Бога, Райн, – возбужденно произнесла Карен. – Не будь таким провинциальным! Мне нравится его акцент, и он такой сексуальный! – Она сделала конспираторский вид и прошептала: – Ты была с ним близка?

– Карен! – воскликнул Райн.

Челси не ответила. Она бросила кусочки льда в глубокую чашку и поставила на поднос, на котором уже стояли пять чашек с чаем.

– Я отнесу поднос в гостиную, а то все остынет.

– Ты переспала с ним, – уверенно произнесла Карен. – В противном случае ты бы не промолчала.

– Это не твое дело, – резко оборвал жену Райн.

– Райн, ты не поможешь мне отнести поднос? Мне кажется, я его сильно нагрузила, – невозмутимо сказала Челси.

Он встал, взял поднос и, сердито взглянув на Карен, вышел из кухни.

– Он такой сексуальный, – повторила Карен. – Интересно, какой он в постели?

– Мне претит подобная публичность в интимных отношениях! – возмутилась Челси и вышла вслед за Райном.

Жан-Поль по-прежнему говорил с Эшли о достоинствах различных рок-групп.

– Когда я пишу картину, то часто включаю музыку, чтобы поймать настроение. Может, тебе и не понравится это, но рок-музыка вызывает во мне злость и безумие. Так много в ней нестройных звуков! Так много страсти!

– Да, я почувствовала страсть, – сказала Эшли.

– Эшли! – воскликнула Карен, войдя в комнату. – Что за слова ты произносишь! Жан-Поль, не обращайте внимания. Иногда она говорит то, чего не понимает сама.

– Я не ребенок, мама!

Жан-Поль подмигнул Эшли и примиряюще улыбнулся.

– Я хотел сказать, что Эшли хорошо, понимает музыку. На многое мы смотрим одинаково. А страсть в искусстве – это не так уж и плохо. – Едва заметно он подмигнул Челси, и та покраснела.

– Как долго вы будете в Далласе? – искоса глядя на Челси, спросил Жан-Поля Райн.

– К сожалению, сегодня я уже уезжаю. – Жан-Поль сделал характерный французский жест, говорящий о том, что он находится во власти судьбы. – Я должен вести семинар в Нэшвиле.

– Это очень печально! – сказала Карен, сев напротив него. Чтобы привлечь его внимание, она прижалась своим коленом к его ноге. – Мы очень бы хотели узнать вас поближе. – Она кокетливо поджала губки.

Челси была изумлена. Карен бесстыдно пыталась флиртовать с Жан-Полем на глазах у всех. Челси не узнавала свою студенческую подругу.