И опять в полусвете ночномСредь веревок, натянутых туго,На доске этой шаткой вдвоемМы стоим и бросаем друг друга.И чем ближе к вершине лесной,Чем страшнее стоять и держаться,Тем отрадней взлетать над землейИ одним к небесам приближаться.Правда, это игра, и притомМожет выйти игра роковая,Но и жизнью играть нам вдвоем —Это счастье, моя дорогая!1890
Фёдор Иванович ТЮТЧЕВ
(1803–1873)
Русский поэт-мыслитель, лирик, дипломат, член-корреспондент Петербургской академии наук
К N.N
Ты любишь, ты притворствовать умеешь, —Когда в толпе, украдкой от людей,Моя нога касается твоей —Ты мне ответ даешь – и не краснеешь!Все тот же вид рассеянный, бездушный,Движенье персей, взор, улыбка та ж…Меж тем твой муж, сей ненавистный страж,Любуется твоей красой послушной.Благодаря и людям и судьбе,Ты тайным радостям узнала цену,Узнала свет: он ставит нам в изменуВсе радости… Измена льстит тебе.Стыдливости румянец невозвратный,Он улетел с твоих младых ланит —Так с юных роз Авроры луч бежитС их чистою душою ароматной.Но так и быть! в палящий летний знойЛестней для чувств, приманчивей для взглядаСмотреть в тени, как в кисти виноградаСверкает кровь сквозь зелени густой.1829
«В душном воздуха молчанье…»
В душном воздуха молчанье,Как предчувствие грозы,Жарче роз благоуханье,Резче голос стрекозы…Чу! за белой, дымной тучейГлухо прокатился гром;Небо молнией летучейОпоясалось кругом…Некий жизни преизбытокВ знойном воздухе разлит!Как божественный напитокВ жилах млеет и горит!Дева, дева, что волнуетДымку персей молодых?Что мутится, что тоскуетВлажный блеск очей твоих?Что, бледнея, замираетПламя девственных ланит?Что так грудь твою спираетИ уста твои палит?..Сквозь ресницы шелковыеПроступили две слезы…Иль то капли дождевыеЗачинающей грозы?..1835
«Люблю глаза твои, мой друг…»
Люблю глаза твои, мой друг,С игрой их пламенно-чудесной,Когда их приподымешь вдругИ словно молнией небеснойОкинешь бегло целый круг…Но есть сильней очарованья:Глаза, потупленные ницВ минуту страстного лобзанья,И сквозь опущенных ресницУгрюмый, тусклый огнь желанья.1836
«Еще томлюсь тоской желаний…»
Еще томлюсь тоской желаний,Еще стремлюсь к тебе душой —И в сумраке воспоминанийЕще ловлю я образ твой…Твой милый образ, незабвенный,Он предо мной везде, всегда,Недостижимый, неизменный,Как ночью на небе звезда…1848
«Не говори: меня он, как прежде, любит…»
Не говори: меня он, как прежде, любит,Мной, как прежде, дорожит…О нет! Он жизнь мою бесчеловечно губит,Хоть вижу, нож в руке его дрожит.То в гневе, то в слезах, тоскуя, негодуя,Увлечена, в душе уязвлена,Я стражду, не живу… им, им одним живу я —Но эта жизнь!.. О, как горька она!Он мерит воздух мне так бережно и скудно…Не мерят так и лютому враг у…Ох, я дышу еще болезненно и трудно,Могу дышать, но жить уж не мог у.<1850 >
Последняя любовь
О, как на склоне наших летНежней мы любим и суеверней…Сияй, сияй, прощальный светЛюбви последней, зари вечерней!Полнеба обхватила тень,Лишь там, на западе, бродит сиянье, —Помедли, помедли, вечерний день,Продлись, продлись, очарованье.Пускай скудеет в жилах кровь,Но в сердце не скудеет нежность…О ты, последняя любовь!Ты и блаженство и безнадежность.1850
«О, как убийственно мы любим…»
О, как убийственно мы любим,Как в буйной слепоте страстейМы то всего вернее губим,Что сердцу нашему милей!Давно ль, гордясь своей победой,Ты говорил: она моя…Год не прошел – спроси и сведай,Что уцелело от нея?Куда ланит девались розы,Улыбка уст и блеск очей?Все опалили, выжгли слезыГорючей влагою своей.Ты помнишь ли, при вашей встрече,При первой встрече роковой,Ее волшебный взор, и речи,И смех младенчески живой?И что ж теперь? И где все это?И долговечен ли был сон?Увы, как северное лето,Был мимолетным гостем он!Судьбы ужасным приговоромТвоя любовь для ней была,И незаслуженным позоромНа жизнь ее она легла!Жизнь отреченья, жизнь страданья!В ее душевной глубинеЕй оставались вспоминанья…Но изменили и оне.И на земле ей дико стало,Очарование ушло…Толпа, нахлынув, в грязь втопталаТо, что в душе ее цвело.И что ж от долгого мученьяКак пепл, сберечь ей удалось?Боль, злую боль ожесточенья,Боль без отрады и без слез!О, как убийственно мы любим,Как в буйной слепоте страстейМы то всего вернее губим,Что сердцу нашему милей!1851
«Я очи знал, – о, эти очи…»
Я очи знал, – о, эти очи!Как я любил их, – знает бог!От их волшебной, страстной ночиЯ душу оторвать не мог.В непостижимом этом взоре,Жизнь обнажающем до дна,Такое слышалося горе,Такая страсти глубина!Дышал он грустный, углубленныйВ тени ресниц ее густой,Как наслажденье, утомленныйИ, как страданье, роковой.И в эти чудные мгновеньяНи разу мне не довелосьС ним повстречаться без волненьяИ любоваться им без слез.1851
«О, не тревожь меня укорой справедливой…»
О, не тревожь меня укорой справедливой!Поверь, из нас из двух завидней часть твоя:Ты любишь искренно и пламенно, а я —Я на тебя гляжу с досадою ревнивой.И, жалкий чародей, перед волшебным миром,Мной созданным самим, без веры я стою —И самого себя, краснея, сознаюЖивой души твоей безжизненным кумиром.1851
«Не раз ты слышала признанье…»
Не раз ты слышала признанье:«Не стою я любви твоей».Пускай мое она созданье —Но как я беден перед ней…Перед любовию твоеюМне больно вспомнить о себе —Стою, молчу, благоговеюИ поклоняюся тебе…Когда порой так умиленно,С такою верой и мольбойНевольно клонишь ты коленоПред колыбелью дорогой,Где спит она – твое рожденье —Твой безыменный херувим, —Пойми ж и ты мое смиреньеПред сердцем любящим твоим.1851
Предопределение
Любовь, любовь – гласит преданье —Союз души с душой родной —Их съединенье, сочетанье,И роковое их слиянье,И… поединок роковой…И чем одно из них нежнееВ борьбе неравной двух сердец,Тем неизбежней и вернее,Любя, страдая, грустно млея,Оно изноет наконец…1851