Чтение онлайн

— А мне? — вдруг насупилась Сондра, когда вместо виски Каллум наколдовал ей воды.

— Агуаменти! Ты кормишь, — возразил старший МакНейр, протягивая бокал.

— Покажи мне шотландца, которому бы помешал скотч! Мой отец нам в чай подмешивал с десяти лет! — ехидно усмехнулась Сондра. Скабиор поймал едва вырвавшийся смешок и посмотрел на брата. Тот покорно налил жене виски на самое донышко бокала. Только язык окунуть. Но подход оценил.

Гермиона тоже взяла свой бокал с небольшим количеством виски внутри. День выдался непростой, нервы сдали. Подготовка к суду, суд, а теперь еще и местные разборки весьма утомили. Организм просил пощады, а ведь сегодня еще полнолуние…

— За успешный суд, — бодро провозгласила Сондра, чокаясь бокалами.

— М-м-м, — не смог удержаться от возгласа Скаб. Во-первых, это был первый виски, который он пил за месяц заключения. Во-вторых, он был божественный. Дед Драммонд знал толк! Такой скотч не грех подождать тридцать лет. Хотя "Ножки Пенелопы" ничуть не хуже. Интересно, до какой выдержки скотч успел дойти за его отсутствие? Волна острой тоски по дому охватила его душу. Надо закончить здесь и убираться… Домой.

— Отличный купаж! — похвалил Крейг, довольно зажмурившись. Хоть дедов скотч не обладал чудесным эффектом "Без предисловий", но тоже приятно пронесся по венам, даря спокойствие и покой. Егерь уставился на кушетку, где мирно спала Гленна. Попробуй. А чего, собственно, ему терять? Мать он потерял тринадцать лет назад. А теперь вот распивал дедов скотч вместе с братом и его женой. Он не боялся Гленну. Не должен был, во всяком случае. Он волк, а она всего лишь немолодая женщина. Исход подобных поединков изначально предрешен.

— Что нужно делать? — вдруг решившись, спросил Крейг у Сондры. Та пожала плечами.

— Я ее разбужу. Вдруг, ну если она увидит тебя и поймет, что ты жив… Не знаю, — покачала головой Сондра. Каждое пробуждение последний год заканчивалось одинаково, но Сондра решила не говорить этого вслух.

— Ты согласен? — подозрительно уставился на него Каллум и сделал еще один глоток.

— Попробую, — дернул уголком губ Скаб, встречая одобрительный взгляд Гермионы. Поднялся со стула и направился к кушетке. К дракклу! Надо все это закончить. И уйти. Домой.

— Я сам, — жестом Каллум остановил супругу. Сондра откинулась на спинку стула и подмигнула Гермионе. Ай, да Сондра! Обвела вокруг пальца двух МакНейров! Гермиона пригубила скотч, находя его слишком горьким и дымным, на свой вкус. "Ножки Пенелопы" нравились ей больше. Дамы принялись наблюдать. Обе знали, что ждет Крейга впереди.

Братья подошли к спящей на кушетке матери. Оба достали палочки. Каллум, чтобы снять сонное проклятие. Крейг, чтобы чувствовать себя увереннее. В прошлый раз он еще был несовершеннолетним и не мог отбить Аваду. Что ж, урок усвоен. Крепче перехватив древко, Крейг напряженно уставился на Гленну, не зная, чего ожидать. Призрачная пока еще шерсть вздыбилась на загривке. Чуйка напрягла тело.

— Финита, — взмахом палочки Каллум вывел Гленну из сонного состояния.

Сначала ничего не происходило. Женщина зашевелилась, будто потягиваясь. Открыла глаза, уставилась в безупречное баллатерское небо. Крейг сцепил зубы. Конечно, он не боялся. Гленна была безоружной, обычной старой женщиной. Которая, да, чуть не убила его много лет назад, но сейчас…

Сейчас она медленно села, цепляясь тонкой рукой, с выступившими венами за спинку кушетки. Скованные движения выдавали ее болезненное состояние. Светлые глаза, похоже, еще не сфокусировались на чем-то конкретном. Седые волосы растрепались по плечам. Гленна выплывала из волшебных снов. Что ей снилось там? Он не знал. И не хотел знать. Нужно закончить это.

Крейг набрал в грудь воздуха, чтобы произнести простые слова, которые он уже никогда уже не собирался произносить в жизни. Но они застряли в глотке. Ну давай. Ма-ма. Это же просто!

— Мама, — выдавил он, все еще держась от Гленны на расстоянии.

Та непонимающе завертела головой, будто в поисках, будто слышала голос, доносящийся издалека. Будто светлые глаза ничего не видели. Крейг услышал, как рядом судорожно выдохнул Каллум. Да, хреново, наверное видеть в таком виде человека, которого любишь. Мерлиновы яйца, сам он подобных проблем не испытывал в эту секунду.

— Мама, — еще раз позвал Крейг, уже более уверенно делая несколько шагов навстречу.

Заметила. Светлые глаза вцепились в него. По коже пробежал морозец. Она узнала. Скаб сцепил зубы, весь покрываясь инеем под этим взглядом, абсолютно далеким от вменяемости.

— Крейг? — жалобно спросила Гленна хриплым, надтреснутым голосом.

— Да, это я. Крейг, — прошептал Крейг, отчаянно цепляясь за свое другое имя. Скабиор. Он Скабиор. Крейга она хотела замуровать в семейном склепе и убить. Она? Растрепанные волосы, ломанные движения, слепые глаза. Она даже с кушетки встать не могла. Только цеплялась за спинку, но сил явно не хватало на большее. Жалкая. Гленна стала жалкой. В ней не было той властной, решительной женщины, которая была его матерью тринадцать лет назад. Ненависть к которой, он считал одним из своих непреложных атрибутов. Он всегда считал, что имел право презирать ее, ненавидеть ее за то предательство и позор.

— Крейг! — воскликнула вдруг Гленна высоко и страшно. — Крейг! — она протянула к нему руки, протяжно завывая. Скабиора передернуло, понадобились все силы, чтобы не отскочить в сторону. Она всего лишь сумасшедшая жалкая старуха. Хватит ссать! Крейг сжал зубы и приблизился еще, присев прямо перед кушеткой.

— Я здесь, мама, — прошептал он. Сумасшедшие глаза наполнились слезами, сфокусировавшись на нем. Гленна протянула руку к его лицу.

— Крейг? Крейг? — шептали высохшие губы, слезы катились по впалым щекам. Даже Грейбека бы проняло, некстати, подумал Скабиор, отвлекая этой мыслью себя от происходящего. Гленна плакала и причитала, почти дотронулась костлявой рукой до него, но вдруг замерла.

— Крейг?! — вновь встретил взгляд, пустой, потерянный. Это не Она! — Закройте… Закройте склеп! — душераздирающе закричала Гленна, вся вжавшись в спинку, замотала седой головой. — Крейг! Закройте склеп! — истошно завыла женщина, забившись в конвульсиях. Скабиор смотрел за тем, как женщина закрывается от него жилистыми, худыми руками, будто он ее бить собирается, будто это он, а не она, хотел ее убить. — Крейг… Склеп… Крейг.

Похоже, у него не получилось. Скабиор обернулся назад, на Каллума. Тот со страдальческим выражением на лице вовсю глазел на мать, трясущуюся в рыданиях. Перевел взгляд дальше: на бледную Гермиону, и расстроенную Сондру.

— Заколдованный сон, — Сондра погрузила Гленну в забытье. — Не получилось, — заключила она, грустно улыбнувшись.

— Не получилось, — выдавил Скабиор, которого разом обуяли противоречивые чувства и эмоции настолько сильно, что его единственным желанием стало немедленно свалить отсюда к драккловым херам. Безумные глаза матери еще стояли перед мысленным взором, а в ушах звучал ее протяжный вой, наполненный болью. Нахер! Нахер, нахер, нахер.

Быстрым звериным движением он оказался рядом с Гермионой и схватил ее за предплечье. Та верно считала застывшее на его лице выражение и все сразу поняла.

— Пошли, — прохрипел Крейг и аппарировал их, даже не попрощавшись с братом и Сондрой.

Часть 32, в которой виски и воля

I want to walk in the open wind

I want to talk like lovers do

I want dive into your ocean

Is it raining with you

Hypnogaja "Here Comes the Rain Again"

Когда они появились на полянке перед каменным домом, Скабиор чуть более резко, чем того требовала ситуация, отпустил руку Гермионы и быстрыми нервными шагами направился в сторону леса, бросив мимолетный взгляд на дом…