Лучший способ спрятаться 2
Шрифт:
Я тонула, тонула, звуки происходящего вокруг куда-то стерлись, оставив только одно желание…
Это возмутительно, нагло и не соответствует статусу графини Чернышевой-Бельской, но сейчас посреди улицы с разбитым тротуаром от сработавших артефактов, с выстраиваемым оцеплением, с только что закончившейся схваткой, я целовала своего жениха. Целовала так, как никогда и никого в жизни, отнимая его и себя у пережитого страха потери близкого человека, доказывая всему миру и самим себе, что мы живы…
***
– Ты меня с ума сведешь…
Ага, а ты меня нет… Хриплый голос заставляет кучу моих мурашек маршировать как на параде. А пальцы рисуют на моей спине какой-то загадочный шедевр, от которого волны тепла разбегаются по коже, сшибая марширующие мурашки.
Но пока молчу, уткнувшись в грудь Ярослава, и вдыхая его запах: смесь нагретых камней и моря…
О, постепенно в мире вокруг меня появляются звуки: шум машин, негромкие переговоры… Да я почти в норме!
– Пошли, посидишь у Штольца, пока ребята работают. Милана тебя заодно посмотрит.
– Да я в полном порядке!
Меня что – считают хрустальной вазой? Да я даже не испачкалась! Почти. Ну только юбка спереди. И сбоку. И рукав. Правый, в районе локтя…
– Конечно, но пусть лучше посмотрит.
Желание спорить куда-то пропадает. Голос у Ярослава что ли гипнотический?
И только тут я понимаю, что вокруг много знакомых людей. Ворлохи зеленые! Их много и они все знакомые! И все смотрят на нас! Точнее смотрели. Особенно интересно наблюдать, как они отводят от нас взгляды, изучая окружающую природу. Верю, что птичка, которая чирикнула на ближайшем дереве – это так интересно!
Удивилась, взбесилась, рассмеялась. И все это пока мы шли в приемную. Быстро я по эмоциям пробежала…
Милана встретила меня так, как бойца из тяжелейшего похода. Многодневного. Подхватила под руку, усадила на диванчик, и захлопотала вокруг как наседка.
– Присмотрите за ней, Милана. И не выходите отсюда никуда.
– Хорошо, ваша светлость.
Все, ретировался на улицу мгновенно. Я даже сказать ничего не успела!
Хотя, если честно, говорить особо-то и не хотелось.
– Да, я в норме!
– Пока не проверю – лучше молчи!
Чтобы убедится, что со мной все в порядке и успокоится – Милане потребовалось не так много времени. Пару артефактов – и я уже не умирающая, а вполне себе здоровый объект.
– Кстати, Ариадна, а ты не знаешь, что это за красавчик?
Выглянула в окно. Кого она имела в виду? Всех наших ребят она знает даже лучше меня. Часто присутствует на тренировках, которые проводит брат, так что, думаю, узнать может любого со спины, с пятой точки или даже с пяток (особенно, когда они отжимаются). Если только…
– Ты имеешь в виду того брюнета с короткой стрижкой?
– Ну, да…
– Это Штольц.
– Сын твоего поверенного? Мы тут с ним общались…
– Почему сын? Алексей Владимирович Штольц. Мой поверенный. Единственный и неповторимый.
– Но я беседовала со Штольцем! Он ровесник моего отца!
Упс… Вот это засада... Выходит я сейчас раскрою всю его легенду?
– Понимаешь, там все сложно… А почему ты интересуешься?
– Просто так!
Слишком быстрый и громкий ответ, слишком красные щеки и правое ухо, которое видно из-за волос…
Да… А я думала, что Милана совершенно не умеет краснеть!
– Я вас познакомлю…
– Не надо!
Что ж так громко-то! Голова сразу загудела. А мне по ней не попадало? Вроде нет…
– Поздно, Милана, поздно…
Добро надо нести в народ и делится с окружающими, а то я сейчас в таком сиропно-радостном состоянии после поцелуя с Вяземским, что хочется поделится этим со всем миром! И Штольц с Миланой для этого вполне подходят!
Секретаря Штольца найти не удалось, видимо у нее сегодня выходной. Нарушать запрет выхода из комнаты – я тоже не решилась, но открыть окно и аккуратно позвать…
– Алексей Владимирович, подойдите, пожалуйста!
Взгляд Вяземского напомнил о том, что играть с острыми предметами – опасно и что даже о взгляд можно порезаться. А что? Я – ничего…
В конце концов, я могу просто побеседовать со своим поверенным. Ведь могу же? К тому же я так точно буду под присмотром.
Когда Штольц показался в дверях я поняла для себя две важные вещи. Во-первых, он привлекательный мужчина. Воспринимая его раньше как помощника отца, как юридическое лицо, в общем, ни как мужчину, я не замечала тренированное тело и не рафинированные, но привлекательные черты лица. Резкие скулы, высокий лоб, губы, которые, когда он задумывался, поджимались в узкую полоску. Пронзительно-въедливые глаза я, конечно, замечала, но с привлекательным мужским образом не ассоциировала. До недавнего времени. А во-вторых, Вяземский мне нравится больше!
– Алексей Владимирович, а где ваш «престарелый родственник»? – я покрутила в воздухе кистью, недвусмысленно уставившись на его руку, где должен быть браслет. Выражение лица Штольца и быстрый взгляд по сторонам сказали мне, что он в принципе не заметил, когда он его лишился.
– Я вас видела, когда приехала, а вот его…
Понял, метнулся в коридор. Судя по улыбке на лице, когда он вернулся – нашел.
– Спасибо вам, Ариадна Александровна. Вы хотели с ним поговорить?
– Он мне обещал рассказать, как там движутся дела по наследству, да и документы показать… Но думаю это можно сделать и позже. А сейчас… Алексей Владимирович, знакомитесь, это моя подруга Милана Туманская. Талантливый врач, надежный друг и просто очень красивая девушка.
Ого, а мне нравится этот его взгляд. Живой.
– Милана, знакомься, а это Алексей Владимирович Штольц – друг моего отца, надежный помощник и просто хороший человек.
А что? Захочет рассказать про свой артефакт и возрастной вид – расскажет, а пока…
– Алексей Владимирович, помогите мне чай организовать? Вы же тут все знаете?
– С радостью, Ариадна Александровна.
Еще бы не помог! А то пока я буду искать чай – я же все шкафы перерою как крот. Опасно это.
Разговорить этих двоих под чай с печеньем оказалось несложно. Тем более, что чуть позже к нам присоединился Ярослав. Правда только для того, чтобы забрать меня и увести в особняк. Лично. Чтобы никуда не делась.
А Штольц с Миланой – остались.
***
Глава 11
Меня привезли в городской особняк и сдали с рук на руки Вяземским. Александр Игнатьевич встретил меня прямо на крыльце, как будто находился где-то рядом с дверью, ожидая нашего появления. Елена Алексеевна появилась на пороге холла также молниеносно. Интересно, а мгновенный перенос с места на место – это случайно не ее родовой дар?
– Ярослав, можешь объяснить, что случилось?