Луис Альберто
Шрифт:
«Надо же, – удивилась про себя Марианна. – Это те самые дельфины, те самые очаровательные рыбёшки, которым мы с Луисом Альберто кидали кусочки хлеба и остатки нашего ужина… И почему они преследуют корабль, не уплывают в океан? Неужели им нужны люди? Неужели и дельфины могут чувствовать себя одинокими и нуждаться в обществе?»
– Какой сегодня замечательный вечерок, не правда ли? – обратился к ней проходивший мимо старичок в военной форме.
– Да, чудный вечер, – согласилась с ним Марианна и вновь погрузилась в свои раздумья.
Но старичок вдруг замедлил ход и как-то странно посмотрел на Марианну. Затем и вовсе остановился, облокотившись на перила.
Марианна почувствовала на себе чей-то взгляд и невольно повернула голову, столкнувшись своими глазами с глазами матроса. Старичок, словно его застали врасплох, неуклюже заулыбался, но не уходил, а продолжал смотреть на Марианну.
Такие переглядывания продолжались довольно долго, пока, наконец, у Марианны не лопнуло терпение.
– Что? – задала она лаконичный вопрос.
– Нет-нет, ничего… – старичок заморгал длинными седыми ресницами. – Просто стою, отдыхаю, наслаждаюсь прохладой. Вы, сдаётся мне, только в Мадрасе поднялись на борт «Санта Розы»?
– Да, – удивлённо ответила Марианна. – А откуда вы знаете? Вы следили за мной?
– Ну, что вы! Конечно же, нет! – засмеялся старичок. – Я всех на корабле знаю. Такой уж я наблюдательный. С детства. Так что, на этот счёт можете не беспокоиться. Так вот, ещё день тому назад была невыносимая жара, на палубу невозможно было выйти – кожу так и жгло, так и жгло. А сегодня тучки появились, дождик пошёл. Благодать!
– Да, благодать, – равнодушно, только для поддержания разговора, пролепетала Марианна и принялась разглядывать дельфинов.
Но старичок не унимался. Он не сводил с Марианны любопытного, изучающего взгляда, и даже сделал несколько мелких шажков, оказавшись через мгновение совсем рядышком с Марианной.
– Вы уж меня простите, – вкрадчиво заговорил он. – Но у меня такое ощущение, что… Впрочем, нет… Наверное, я ошибаюсь…
– Какое у вас там ощущение? – улыбнулась Марианна. Ей почему-то был симпатичен этот матрос. Он обладал каким-то странным, романтическим акцентом. Во всяком случае, то, что он был не англичанин или немец, это уж точно.
– Я, знаете ли, не люблю ошибаться в своих предположениях, – старичок причудливо выговаривал слова. – Я служу на «Санта Розе» уже целых шесть лет, и можете мне поверить, помню в лицо каждого пассажира, который когда-либо входил на борт корабля.
– Вам нужно работать в полиции, – съехидничала Марианна. – Преступный мир был бы в ужасе. Вы же ходячая картотека!
– Спасибо за комплимент, – польщёно сказал матрос. – И всё же я хотел бы узнать… А не видел ли я вас раньше?
– Могли видеть. Я плавала на «Санта Розе» примерно год назад.
– Я так и знал! – вскричал старичок и в восторге запрыгал на одной ноге, словно выиграл в лотерее. – Я так и знал! Ошибки не могло быть!
– Поздравляю, – Марианна протянула счастливчику руку, и тот принялся её трясти и пожимать. – У вас действительно потрясающая зрительная память. А я уж начала подозревать что-то неладное, больно странно вы поначалу себя вели.
– Ха, так я вообще человек застенчивый, – признался старичок. – Если бы вы знали, сколько внутренних препятствий и каких-то непонятных комплексов мне нужно преодолеть для того, чтобы просто заговорить с незнакомым человеком… Хоть и говорят, что французы – народ весёлый и общительный, ко мне такие определения явно не подходят…
– Так вы француз? – вскинула брови Марианна.
– Да, истинный. Самый что ни на есть настоящий. Родился в Бордо. Родители нарекли меня Андре. Фамилия моя Картье, – отрапортовал матрос.
– Очень приятно, – сказала Марианна. – Уж не родственник ли вы того самого Картье, часового магната?
– Нет, что вы… – почему-то смутился Андре. – Разве тогда я служил бы простым матросом? Впрочем, не вы первая задаёте мне этот вопрос. А вас, простите, как величать?
– Марианна… Марианна Сальватьерра…
– Сальватьерра?…– Андре почесал подбородок, заросший густой щетиной. – Сальватьерра…
– А что вас удивляет? Чем вы озадачены?
– Знакомая фамилия, – изрёк матрос. – Скажите, а вы путешествуете с супругом?
– Нет, я одна… – Марианна печально опустила глаза. – Мой муж утонул… Упал за борт… Больше года назад… Мы тогда отправились в круиз… Хотели отдохнуть. Отдохнули…
– Значит, и на этот раз я не ошибся… – Андре горестно вздохнул. – Примите мои соболезнования… Его звали Луис Альберто, да?
– Да… Вы и это помните?
– А что делать? Такая уж у меня память… Так, значит, это он утонул? Странно… Получается, что я видел Луиса Альберто за несколько минут до его гибели…
– Что? Что вы сказали? Повторите! – Марианна схватила старика за воротник бушлата.
– Я в-видел в-вашего мужа за несколько минут до его гибели… – начал заикаться Андре.
– Но почему вы его не спасли? – закричала Марианна. – Почему не позвали на помощь?
– Н-на помощь? – голова матроса прыгала из стороны в сторону, так сильно трясла его Марианна. – А зачем? Ничто не предвещало печального конца…
– Как же не предвещало? Луис Альберто стоял на перилах, он был крайне взволнован, в тот момент он был просто не в себе!
– Мне так не показалось, – старался доказать свою точку зрения Андре. – Напротив, ваш супруг совсем не был похож на самоубийцу. Он весело смеялся, курил и вовсе не собирался прыгать за борт.
– Что значит смеялся? – Марианна непонимающе смотрела на Андре и даже отдёрнула руки от его бушлата. – Вы что-то путаете… Это был не Луис Альберто…
– Я не знаю, мадам Марианна, как вам доказать обратное… – рассудительно сказал старик. – Просто не знаю… Но и на этот раз ошибки быть не может. Тот человек, которого я видел ночью на палубе, был не кем иным, как Луисом Альберто. Я нередко встречал вас, вы держали его под руку…
– Так вы говорите, он смеялся?… – Марианне показалось, что она начинает сходить с ума.
– Ну да… – пожал плечами Андре. – Смеялся и разговаривал о чём-то с каким-то молодым человеком. Они оба были навеселе. Поэтому я и прошёл мимо, они даже не заметили меня. Зачем мне было их беспокоить?
– А вы не могли бы описать того молодого человека? – Страшная догадка мелькнула в голове Марианны.
– Ну, он был такой… Такой высокий, – вспоминал Андре. – Такой широкоплечий… Что ещё? Не знаю, ничего необычного в нём я не заметил… Обыкновенный мужчина… А, вот что! Он говорил с акцентом. Команда «Санта Розы» интернациональная, да и пассажиры обычно у нас разношерстные… Я имею в виду, что они из разных стран и говорят на разных языках. Тут такого наслушаешься. За те шесть лет, что здесь работаю, я слышал многие наречия и научился их различать. Судя по всему, тот молодой человек, который смеялся о чём-то с вашим супругом, был либо чех, либо словак, либо поляк…