Луковые кольца в сахарном сиропе
Шрифт:
Услышав пронзительный визг, отлетевший от пустынных стен здания, она остановилась, как вкопанная. Сердце в груди бешено застучало. Грохот, раздавшийся следом, доносился со стороны лестничного пролета.
Ирина побежала туда, где однозначно что-то произошло.
«Дети», – пронеслось у нее в голове.
Лестница, что вела вниз, оказалась пуста. Тишина повисла в воздухе, не предвещая ничего хорошего. Она медленно начала спускаться по каменной лестнице, слушая стук собственных каблуков.
– Сюда! – раздался крик снизу. Кричал мальчик.
Ирина побежала бегом, споткнувшись и схватившись за перила.
На нижних ступеньках в нелепой позе с подвернутой ногой и задранной юбкой лежала Светлана Николаевна. Рядом с ней на корточках сидел Витя с огромными от ужаса глазами.
– Господи, – Ирина зажала рот руками и опустилась на колени.
– Она упала, – сказал Витя, пытаясь растормошить учительницу. – Не пойму, дышит ли вообще.
Звонок с урока – громкий и раздражающий – захватил все пространство школы.
– Что же делать? Что же делать? – повторяла Ирина, боясь даже прикоснуться к коллеге. – Света?
Она не заметила, как их окружила толпа детей, сбежались другие учителя и поднялся такой шум, что недавний звонок показался бы райской песней на его фоне.
Ирина отошла от пострадавшей коллеги и прижалась к стене. Слезы непроизвольно начали капать на блузку, оставляя дорожки мокрых следов.
Кто-то позвонил в скорую, затем в полицию, люди бегали туда-сюда, некоторые учителя пытались разогнать детей от лежащего тела.
– Она не дышит! – раздался голос, но Ирина не поняла, чей.
– Переверните ее! – крикнул другой.
– Не трогайте, пока не приедет скорая! – подхватил кто-то еще.
– Умерла…– зашептались дети, что стояли рядом с Ириной у стены.
Какая-то девочка пронзительно закричала и громко заплакала. У Ирины закружилась голова. Она не могла различить никого в толпе, словно вообще их не знает.
– Мама, – услышала голос вдалеке и начала сползать вниз, но чьи-то руки подхватили ее. – Мамочка, это я! – снова кто-то кричит.
Человек, державший ее, находился так близко, что она ощутила прерывистое дыхание на щеке. Ирина постаралась открыть глаза и приглядеться.
– Маша, – еле слышно прошептала она.
– Да, да, это я, – она плакала.
Кто-то подхватил ее под руку и помог сесть на ступеньки.
– Ирина Николаевна, держитесь! – прохрипел голос ей в затылок.
Математик, догадалась она.
Скорая приехала быстро, по крайней мере так показалось Ирине. Светлана Николаевна так и не пришла в себя, не очнулась, не поднялась на ноги. Ее тело продолжало лежать на полу в том положении, в котором ее нашли. Медики окружили ее, раскладывая на полу рабочие чемоданы.
Однако не прошло и минуты, как один из врачей, прибывших на вызов, поднялся на ноги и выпрямился.
– Уберите детей, – ледяным тоном велел он.
Тут же началась новая волна суеты. Врач подозвал к себе математика, который выделялся спокойствием на общем фоне и шепнул ему что-то на ухо. Лицо его сделалось мрачным и серым. Он передал информацию Людмиле Сергеевне, которая стояла позади него. Та зажала рот и зарыдала, дав понять всем присутствующим, какого масштаба трагедия только что произошла.
Ирине показалось, что ее сейчас вырвет, настолько плохо ей сделалось. Все тело бросило в жар, руки затряслись, воздуха не осталось. Она подняла заплаканные глаза и посмотрела на людей, что собрались вокруг мертвого тела своей коллеги и учительницы. Некоторые перешептывались, другие плакали в одиночестве.
Маша обняла Ирину и положила голову ей на плечо. Иногда ее тело вздрагивало, но следом снова замирало.
Медики, посовещавшись в стороне, положили тело Светланы Николаевны на носилки и вынесли из здания школы.
Толпа, потеряв объект, которых собрал их всех здесь, повалила на улицу.
– Останемся здесь? – спросила Маша, гладя Ирину по ноге.
– Хочу подышать, – ответила она.
На улице несколько учителей собрались вокруг Людмилы Сергеевны, которая никак не могла перестать рыдать. Медики погрузили тело в машину Скорой помощи и ждали приезда сотрудников полиции.
– Нужно срочно позвонить директору! – крикнул учитель информатики.
– И вообще, зачем они ее унесли с места гибели? – к нему подошел математик. – Разве полиция не должна осмотреть труп до того, как его погрузят в скорую?
– Скорая тело никуда не повезет, это не в их компетенции, – ответил Анатолий Николаевич. – Убрали с наших глаз. Потом приедет катафалк.
– Курят! – раздался голос за спиной, и Ирина вздрогнула от неожиданности.
Тамара Сергеевна осуждающе смотрела на медиков. Белый пушок на ее голове разлетался на ветру.
– Разве можно курить у крыльца школы? – она обращалась к Ирине, но даже не взглянула в ее сторону.
– Разве это сейчас важно? – спросила Ирина, повернувшись к ней.
– И кто посмел отнять жизнь у такого светлого человечка, как наша Светлана Николаевна? – она вдруг заголосила, да так громко, что все присутствующие устремили взгляды в ее сторону. – Убили! Такую прекрасную женщину загубили!
– С чего вы взяли, что это кто-то сделал? – спросила Маша. – Скорее всего она упала с лестницы.
– Нет! – Тамара Сергеевна начала вытирать слезы, размазывая губную помаду. – В нашей школе есть те, кому эта несчастная женщина перешла дорогу!
– Бред какой-то, – еле слышно сказал подошедший Витя. – Вы, Тамара Сергеевна, поменьше детективных фильмов смотрите, они плохо влияют на фантазию.
Тамара Сергеевна смерила его раздраженным взглядом, но промолчала.
Затем она переложила содержимое карманов своего пиджака в сумку, что висела у нее на руке и театрально упала в обморок, перетащив всё внимание толпы, успокаивающей Людмилу Сергеевну, на себя.
Глава 11
Заморосил дождь. Мелкие капли сыпали на землю, превращая серый асфальт в угольно-черный. Ирина достала зонтик из своей большой сумки и поспешила раскрыть, пока плащ не успел промокнуть. К большой удаче она уже успела свернуть со своей улицы, больше похожей на деревенскую, а значит ее туфлям нич