Чтение онлайн

Грофилд пересек пустынную деревенскую улицу, надеясь на легкое дело, которое может принести ему большой куш.

«Фред Адворт сможет взять на себя мои роли во время моего отсутствия, а Джек...»

Думая об изменениях, которые должны будут произойти, Грофилд быстро вбежал в дом, где жившие здесь актеры создали ужасный беспорядок. Он прошел в комнату, служившую раньше столовой, теперь она стала спальней для него и Мэри, и, сев на кровать, взял трубку:

– Алло?

– Это я!

Голос Паркера, как всегда, был мягким и теплым... как свинцовая пломба.

– Извини, что заставил тебя так долго ждать, – сказал Грофилд. – Я был далековато отсюда, с одним типом из «налогов».

– Мэри сказала мне.

– С типом из «налогов», – повторил Грофилд. – Хочу этим сказать, что надеюсь услышать от тебя хорошую весть.

– Ты помнишь нашу работу в Тэйлоре?

– Помню, – с горечью ответил Грофилд. Да, он помнил трюк с бронированной машиной, обернувшийся «уксусом». Это было потерянное время, потерянные деньги... Он сам некоторое время был в жалком состоянии, фактически из-за этого дела в Тэйлоре, округ Мидвест, он и оказался в Канаде со всей бандой этих ненормальных.

– О, да, я отлично помню это! – повторил Грофилд.

– Мы там кое-что забыли! – повторил Паркер. Несколько секунд Грофилд не понимал, что хотел сказать этим Паркер.

«Деньги? – внезапно подумал он. – Ведь Паркер их там где-то спрятал. Но, боже мой, прошло уже два года!»

– Ты считаешь, что они еще там? – спросил Грофилд.

– Естественно! – ответил Паркер. – И если вдруг их там нет, то мы должны отыскать их.

– Очень интересная мысль! – отозвался Грофилд.

– Один из моих друзей должен приехать туда и будет находиться в Охно Хуз в среду! Возможно, ты сможешь поговорить с ним.

– Охно Хуз в Тэйлоре?

– Его зовут Эд Латан.

Это было имя, которое Паркер уже использовал однажды.

Грофилд не мог удержаться, чтобы не воскликнуть:

– Кажется, я его знаю!

С Паркером юмор частенько не срабатывал. И теперь он лишь повторил:

– Возможно, ты захочешь с ним поговорить.

– Вероятно! – ответил Грофилд. – Даже весьма вероятно!

Тэйлор, с населением почти 150 тысяч жителей, доходы большинства которых значительно выше средних, был довольно богатым городом. Жизнь в нем была легкой и приятной. Паркер прибыл в Национальный аэропорт Тэйлора в полдень. Солнце сверкало, и равнина, окружавшая аэропорт, обжигала сухой июльской жарой.

Бабочка, наклеенная на ветровом стекле такси, в котором устроился Паркер, означала, что машина оборудована кондиционером. Но шофер пояснил, что тот вышел из строя еще в начале лета и что владелец такси слишком скуп, чтобы заменить его.

– Потому, видимо, эта машина в сентябре вообще не будет работать, понимаете? – не умолкал шофер.

Паркер ничего не ответил. Он смотрел на мелькавшие рекламы отелей, аэролиний, кинотеатров. Шофер, взглянув на него в зеркальце, замолк.

При въезде в город они миновали кладбище автомашин. Время было предвыборное, и повсюду были расклеены афиши – на столбах, телефонных будках, заборах, в витринах парикмахерских и отелей.

Доехав до центра, Паркер успел узнать, что двух кандидатов на пост мэра звали Фаррел и Уэн. Афиш с именем Фаррела было раза в три больше, чем Уэна. Иными словами, Фаррел был кандидатом, который мог истратить денег больше, следовательно, ему покровительствовали влиятельные люди города, и было более чем вероятным, что Фаррел выиграет этот спор.

Охно Хуз был отелем для деловых людей. Он находился рядом с железнодорожным вокзалом и знавал лучшие времена... лет тридцать тому назад. Шератон, Говард Джонсон и Холидей Инн располагались в более шикарном районе города, неподалеку от реки.

Паркер выбрал Охно Хуз потому, что это был отель для коммерсантов, довольно жалкий, но все же респектабельный. А для того, что Паркер собирался предпринять, он был достаточно удобен, удален от центра города.

Комната Паркера находилась на втором этаже, с видом на Лондон-авеню, главную улицу города. Немного дальше, справа, через улицу висел плакат, призывающий голосовать за Фаррела. Опять он, повсюду он. Без сомнения, это был решительный кандидат в мэры.

Пообедав в кафе отеля, Паркер поднялся в свою комнату и, не зажигая света, уселся в единственное кресло напротив окна, в котором отражался свет проезжающих мимо машин.

В половине девятого в дверь постучали. Паркер встал, зажег свет и открыл дверь. Это был Грофилд, он вошел, приветливо улыбаясь.

– Очаровательное помещение! – сказал он. – На моем ночном столике надпись «А. Линкольн». Возможно, это исторический автограф?

Паркер никак не прореагировал на эту реплику. Просто сказал:

– Салют, Грофилд! Пойдем-ка, прогуляемся по парку.

Видимо, предстоял серьезный разговор.

Грофилд выстрелил трижды, и три сбежавших зэка, одетых в полосатые черно-белые куртки, упали навзничь. Он переменил прицел, выстрелил еще пять раз по пяти машинам гангстеров, мчавшимся мимо. И завершил выстрелом по анархисту, собиравшемуся бросить бомбу, и по машине контрабандного виски. Потом положил ружье на прилавок и удовлетворенно кивнул головой, глядя на поверженные цели в глубине тира.

Хозяин заведения, маленький мужчина в расстегнутом пиджаке и с черной сигаретой во рту, появился перед Грофилдом и равнодушно проговорил:

– Неплохо.

Грофилд сразу же сориентировался:

– За это надо платить.

– Раз вы выполнили максимум, то имеете право еще на десять дополнительных выстрелов.

Грофилд оглянулся и задержал взгляд на двух мальчишках, лет одиннадцати-двенадцати, которые не спускали восхищенных глаз с мишеней.

– Эй, ребята! – позвал он.

– Что? – дружно откликнулись те.

– Вы имеете право на пять выстрелов каждый, – сказал им Грофилд. – С приветом от человека в маске. Один из мальчуганов спросил:

– А кто этот человек в маске?

– Я, – ответил Грофилд.

– Но ведь вы не в маске?

Фактически она у него была: очки в черепаховой оправе, щетинистые усы, немного удлиненный нос и мешки под глазами.

– Неважно. Во всяком случае, вы имеете право на пять выстрелов каждый!

Типу, стоящему за прилавком, он заявил:

– Хорошенько займитесь этими ребятами, это мои друзья!

После этого он затерялся в толпе. Действительно, затерялся! Парк аттракционов Очарованного Острова был очень большим и тенистым. А ночью он казался еще большим. Идея создателя этого парка заключалась в том, что он располагался действительно на острове, удаленном от всякой цивилизации, от всяческих забот трудового люда. Квадратный по форме, он был полностью скрыт высоким дощатым забором, с внутренней стороны которого была помещена гигантская фреска, изображающая морские пейзажи с кораблями и птицами на далеком горизонте. Вдоль забора был вырыт ров шириной в три метра, что превращало парк в настоящий остров, окруженный водой.