Чтение онлайн

– Мама!

– Что, дорогая? – мать обернулась, вспомнила, что у нее есть дочь, и тут же придумала, как от нее избавиться. – Почему бы тебе не поиграть с другими детьми? Тут же есть твои ровесники… Правда?

– Мама, не в этом дело. Я хотела спросить…

– Что, дорогая?

– Кто этот мальчик?

– Где? Кто?

– Вот, – Анабелла пальцем показала на подростка лет шестнадцати, который стоял по другую сторону стола и возвышался над прочими сиротами как радиомачта над деревенскими домиками. – Он ведь уже не ребенок, что он тут делает?

– Не знаю, дорогая, спроси у… У кого-нибудь.

Анабелла почему-то решила, что кто-то, способный дать объяснения, будет отличаться от прочих гостей отсутствием бокала с шампанским. И не ошиблась.

У Эммы не было не только бокала с шампанским, у нее также не было вечернего платья и сложной прически, и вообще Анабелла поначалу приняла ее за юношу и остановилась в нерешительности. Но потом Эмма заговорила, и стало понятно, что при брючном костюме и короткой стрижке она не перестает быть девушкой, причем осведомленной и острой на язык.

– Это Леонард, – сказала она. – Родственник Уолстенов. Его родители владеют компанией по производству автомобильных двигателей, девять заводов по всей Европе, даже в России. То есть в России у них был завод, теперь он национализирован. Революция и все такое.

Анабелла не очень хорошо понимала, что такое национализация, но ее это и не занимало.

– Если его родители живые и богатые, почему он – здесь, в приюте, с сиротами?

– Потому что он псих, – спокойно пояснила Эмма.

– Псих? – Анабелла недоверчиво посмотрела на подростка на другом конце зала. Тот спокойно стоял, скрестив руки на груди, и был исполнен холодного презрения к окружающему миру вообще и этому празднику в частности. Анабелла по-другому представляла себе психов, хотя опять-таки – книги? Насколько правдивы они могут быть?

– Он убил своего брата, – продолжала Эмма. – Поэтому его отправили в психиатрическую клинику, а потом сюда, в приют Уолстенов. Родители больше не хотят его видеть.

– Но если он живет здесь с обычными детьми, значит, он все-таки не псих, так?

– Если ты имеешь в виду – он ведь пока тут никого не убил, то да, пока он никого не убил. Что не делает его нормальным. Понимаешь, если признать Леонарда нормальным, то его надо судить за убийство и отправить в исправительное заведение, где Рождество справляют совсем по-другому. Поэтому он здесь, в приюте Уолстенов, в особой комнате.

– А почему он убил своего брата?

– Я слышала – из-за книг.

– Как это?

– Брат переставил книги на книжной полке Леонарда.

– И он из-за этого…

– Так я слышала.

– А ты… – Анабелла набралась храбрости и все-таки спросила: – Ты когда-нибудь разговаривала с ним?

– Нет, – сказала Эмма. – Некоторые люди считают меня странной девушкой, но настолько странные идеи мне в голову не приходили.

Когда по звонку серебряною колокольчика сироты наконец были допущены к столу, Леонард не пошевелился.

– Ты что, не голоден? – спросила Анабелла.

Он отрицательно покачал головой.

– Меня зовут Анабелла.

Леонард чуть приподнял густые брови, что, наверное, означало: мне плевать, как тебя зовут.

– Мне тринадцать лет, и я тут с родителями.

«Плевать».

– Мне сказали, что ты убил своего брата.

Он посмотрел на нее, и Анабелла подумала, что с ее стороны это была все-таки очень глупая затея.

– Ну и что? – отчетливо произнес Леонард.

– Ничего. Просто я читала про такие истории в книжках, но впервые встречаю человека, с которым что-то похожее произошло на самом деле, и я… – она вздохнула. – У меня есть старшая сестра. И я ее ненавижу.

– Я не ненавидел своего брата. Просто он…

– Переставил книги в шкафу? Ой. Извини. Я не хотела.

– Дело не в книгах. Он нарушил порядок, вот что меня расстроило.

– А, – сказала Анабелла. – Понятно.

– Я люблю порядок, Анабелла. Я люблю, когда все находится на своих местах. Поскольку в этом мире нет порядка, я начал выстраивать зону порядка вокруг себя. Я начал со своей комнаты, своего книжного шкафа. Мой брат не понимал меня и вторгся в эту зону порядка. И я расстроился.

– Понятно, – Анабелле уже несколько минут хотелось развернуться и что есть силы бежать назад, но в то же время что-то удерживало ее рядом с этим странным мальчиком. – И тебе… И тебе тут не скучно?

– Нет. У меня есть своя комната, и туда никто не вторгается. И еще здесь много книг. Остались от старого лорда. У него был широкий круг интересов. Мне позволяют брать любые книги, лишь бы я…

– Девочка, – удивленно произнес кто-то за спиной Анабеллы. – Это ведь ваша девочка?

Анабелла обернулась и увидела молодого лорда Уолстена и свою мать. Судя по встревоженному взгляду Уолстена, он в отличие от родителей Анабеллы примерно представлял, кто этот подросток.

– Ты же сказала мне общаться с детьми моего возраста? – сказала Анабелла матери, невинно хлопая ресницами.

– Сказала, – согласилась та, нахмурилась, мучая память, и все-таки вспомнила. – Но лорд Уолстен говорит…

– Пора ехать, – перебил ее отец Анабеллы. – Мы как раз успеем к девяти.