Чтение онлайн

Фарсей, посмотрел на меня с уважением, видимо, гадая какие ещё сюрпризы я скрываю. Но больше он ничем не выказал своего удивления, а приступил к допросу:

— Как ты прошёл сквозь границу?

Волк продолжал рычать..

— Надо заставить его обернуться, так он нам ничего не скажет.

— А как заставить-то?

— Сдави ему горло, побоится задохнуться и перекинется, — Фарсей спокойно наблюдал за попытками волчонка освободится.

Я немного поколебалась, прежде чем последовать совету медведя, но все же затянула петлю туже.

Волк засучил передними лапами, захрипел, потом подернулся дымкой и через секунду перед нами лежал голый подросток.

Я тут же оборвала магическую привязь, мало того, что в ней уже не было нужды, так ещё и вся моя скоплённая энергия ушла на неё.

Достала из сумки запасные штаны и рубашку, благо они были мужского покроя и положила перед подростком. Тот безучастно сел и щурясь спокойно смотрел на нас. Потом так же безмолвно начал одеваться.

Фарсей молчал, а когда незнакомец застегнул последнюю пуговицу, спросил:

— Так кто ты и как прошёл сквозь пограничные заставы?

— А вы кто такие и что здесь делаете? — несколько заносчиво начал волчонок, но рык Фарсея заставил его подпрыгнуть, а меня посмотреть на пастуха с уважением.

— Сейчас вопросы задаю я, у нас мало времени. Если ты знаешь, как пересечь границу — будешь нам полезен.

Фарсей встряхнул подростка за ворот рубашки и глаза у того стали совсем уж, несчастными.

— Я не знаю, — промямлил он, — я сам этого не заметил, только вот уже несколько часов как не мог вернуться в обличье человека. Я бежал по болоту, туда эйры не сунутся.

Фасрсей обошел его кругом, втягивая в себя воздух, словно обнюхивая подростка, а тот смирно стоял, не пытаясь увернуться. Чувствовал, что сила не на его стороне.

— Зачем ты, вообще, пришёл на землю эйров? — пастуху не терпелось узнать правду, но подросток лишь сжал губы сильнее, не желая отвечать.

— Оставь его, — устало попросила я, — мы только теряем время, нам необходимо пересечь границу как можно быстрее, или ты возомнил, что погони за нами не будет? Как тебя зовут? — обратилась я к мальчику.

— Аргаах, — ответил он, косясь на оборотня-медведя, — так меня мама зовет, а после оборота я еще не появлялся в стае и новое имя мне не было выбрано.

— Новое имя? — я была удивлена.

— Да, Перра, когда происходит первый оборот, перевертыш получает новое имя, считается, что именно тогда он и становится взрослым. А старое имя остается за спиной, знаменуя собой счастливую пору детства и юности. Щенок прав, пройти по болоту не такая уж бредовая идея.

Фарсей двинулся вперед, вынуждая нас с Аргаахом пойти за ним, что я с большим удовольствие и сделала. Каждая секунда без движения около владений дора вызывала во мне панику, которую я с трудом подавляла.

— Я смогла обойтись без смены имени, и не планирую это делать, что за странные традиции, — бормотала я себе под нос, двое мужчин делали вид, что не слышат меня.

Чаща сменилась болотом, которое мы обошли с севера и в котором чуть не увяз наш найденыш, лишь моя нечеловеческая реакция спасла того от вываливания в грязи и прочих прелестей тесного общения с трясиной.

Мы шли, а болото все не кончалось, Фарсей начал останавливаться и прислушиваться, я делала то же самое, но кругом стояла просто мертвая тишина, нарушаемая лишь чавканьем грязи под нашими ногами.

Ни пения птиц, ни скрипа мертвых остовов деревьев, ни дыхания лесного зверя, ничего, только мы и болото. Делать остановку на привал никто не рискнул, но солнце уже давно вышло из зенита. На ходу я соорудила несколько бутербродов, которые были встречены благодарными взглядами от мужчин и мы слегка подкрепились.

— Не нравится мне это, — тихо сказал Фарсей, подождав, когда я нагоню его, а Аргаах отвлечется на какую-то траву под ногами, — это болото называется Смертным, вроде бы как здесь наш Бог появляется в своём смертном обличии. Оно является естественной границей между Эйростаном и нашей страной, но по моим ощущениям мы должны были уже его пересечь.

Он многозначительно посмотрел на солнце, коснувшееся боком горизонта.

Я поправила лямку и окликнула Аргааха:

— Эй, волчонок, в какой стороне твой дом? — не колеблясь он ткнул в северо-восточном направлении.

— Уверен?

Он кивнул:

— Посмотрите под ноги, это следы нашего Бога.

Он ткнул в мелколистную травку, стелющуюся по болоту, но растущую кругами, а в центре круга располагалось самое топкое место.

— Это же ножник, — сказал Фарсей, — а парень-то прав, он растёт только на твёрдой земле, если он встретился здесь, значит и болото скоро кончится. Пошли, встретим ночь не боясь быть утопленным.

Аргаах остановился и странно посмотрел на нас:

— Идите, мне нужно обратно в Эйростан.

— Кто там у тебя? — Фарсей отреагировал слишком спокойно на это заявление.

— Никого, — отвёл глаза подросток.

— Зачем ты туда идёшь? — продолжил допрос пастух.

Мальчик промолчал, старательно отступая от нас, увеличивая расстояние.

— Ну что ж, сам напросился, — вздохнул медведь и частично трансформировал горло, издав странный вибрирующий звук, заставивший Аргааха вжать голову в плечи и упасть на колени, — и не думай сбежать ночью, мы найдём тебя по следам.

Я потрясено молчала, пытаясь осознать с какой магией мне довелось встретиться, ведь мне тоже очень сильно захотелось подчиниться Фарсею, как вожаку нашей стаи.

Когда сумерки опустились на землю мы были уже в стороне от болота и его тишины, как только мы ступили на прочную почву, на нас обрушились звуки: шелест листьев, потревоженных ветром, звук бегущего ручья, стрекот цикад и пение проснувшихся вечерних и ночных птиц.

Я обернулась и сосредоточилась — на границе болота действительно виднелось лёгкое марево.

— Смертное под заклинанием? — удивилась я.

Двое перевертевшей с удивлением посмотрели на меня, а мальчик опустился до объяснений:

— Оно таким было создано нашим Богом, никто не знает что это за заклинание и зачем оно наложено. Но никакой угрозы оно не несёт и мы просто приняли этот факт.

— Мы на ничейных землях, до клана земляных волков, откуда сбежал этот трусишка, — Аргаах тихо фыркнул, — мы дойдём завтра к обеду, поэтому, Перра, спим с тобой по очереди.

— Я тоже могу охранять, — с вызовом произнёс волчонок.