Лунная пыль
Шрифт:
– Так-так, – значительно закивал головой Миша.
– Мы подадим на него в суд! – Аня стукнула кулаками так, что ложки и вилки звякнули в своих тарелках.
– Тише! – успокоил Сергей, – Я тут по пути домой кое-что послаще надумал. Мы купим ему торт.
– И добавим туда слабительное, – открылось Ане.
– Мы с тобой одинаково мыслим.
Однако нашлось и насущнее дело. Сергей высыпал из кармана на стол оторванные бумажки с номерами телефонов. Где был, там и отрывал какие приглянулись. Ремонт кондиционеров, компьютерный мастер, сниму квартиру, одно вообще странное: «Лева Примус. Я могу всё».
Начали с компьютерного мастера. Анечка позвонила и закричала в телефон:
– Спасите! Меня атакует компьютерный вирус!
Сергей и Миша затряслись, согнулись со смеху.
– Не волнуйтесь! – бодро ответили из трубки.
– Скорей приезжайте!
– Мы уже в пути.
– А у вас усы есть?
– А какое это имеет отношение к делу?
– Вирус усатых боится! – и Аня жмет на сброс! Миша с Сергеем вытянули ноги, сучат ими, у Сергея жилы на шее вздулись, он повторяет: «ой не могу», а Миша бьет себя по колену, беззвучно раскрыв рот.
Потом трубку взял Миша, набрал номер:
– Здравствуйте, это ремонт холодильников?
– Да.
– У нас не морозит.
К трубке вдруг подскочил Сергей:
– Я дед Мороз!
– Хвать за нос, хвать за нос, – пропела Аня.
Так бы и прошел однообразно вечер, но Сергей снял с полки на стенке часы, перевел на них стрелки, и наступило утро.
Надо было ехать на работу.
На остановке начал сыпать снег, серый как гаснущий день, крупный, готовый таять. Рядом с Намаховым по грязнеющему асфальту топтался, вместе с мамой, толстый мальчик и ловил ртом снежинки – хам, хам, хам. Сергей увидел еще тетку в черной кожанке со значком: «Я ЗНАЮ, КАК ПОХУДЕТЬ. СПРОСИ МЕНЯ КАК». Он спросил:
– Как?
Тетка ответила:
– Смотрите!
Сделала ручками в одну сторону, повернулась туловищем, сделала в другую, дрыгнула ногой и сказала:
– И так каждый день по сто раз, утром.
– Понял! – кивнул Сергей.
Подходила его маршрутка. Он преобразился, движения стали судорожными. Вошел в открывшуюся дверь, промычал:
– Льготник, первая группа!
Ему уступили место – уселся, начал поглядывать в окно и на пассажиров. Ехал-ехал, потом достал сотню, поднял над головой:
– Водитель! Кати на Потехина!
Жлобоватый водитель оглянулся, кивнул, и резко крутанул руль. Пассажиры стали смеяться:
– Ура! На Потехина едем!
Когда добрались, Намахов, отгораживаясь от водителя двумя вытянутыми дулями, спиной выскочил из маршрутки. В глубине этой узкой улицы, не доходя до района бронзовых гаражей, сбоку, за деревьями палисадника, стоял большой панельный дом о девятиэтажах. На первом ютилась фирма под звонким названием. Они искали нового сотрудника.
Сергей проник в парадное и позвонил. Ему открыл перепуганный бородач, не молодой и не старый, с проседью и синими глазами.
– Я вам звонил по вакансии, – сказал Намахов, – Мы договорились, что я подъеду к этому времени.
– Да, входите, – сказал бородач.
Внутри пахло крепким никотином, горячим кофе и свежей пластмассой. Намахова провели в боковую комнатку, где за столом с компьютером сидел гладко бритый, хорошо стриженный мужчина. Холеный! Он приподнялся и подал вялую руку – Сергей пожал. Представились.
– Присаживайтесь, – указал на стул Валентин.
– Спасибо, я постою, – ответил Сергей и сел. Валентин улыбнулся, Сергей нахмурился и заклокотал горлом, будто прочищая его, но слишком долго.
– Мы ознакомились с вашим резюме, – затараторил Валентин, – очень понравилось, впечатляют все пункты, даже не верится, что у одного человека может быть такой опыт работы.
– Гып, – сказал Сергей.
– Что, простите? – Валентин по-птичьи вскинул голову.
– Гып, – повторил Сергей.
– Извините, не понимаю.
– Гып.
– Бессмыслица какая-то.
– Спасибо, мы подумаем и в течении недели вам перезвоним! – Сергей встал и вдруг резко выбросил вперед руку со скрученной дулей.
На улице подошел к одинокой будке таксофона, позвонил жене.
– Что сказали? – голос в трубке был глух и далек.
– Кажется, меня возьмут. Привет спецслужбам! – и повесил трубку.
Теперь надо было уйти так, чтобы не проследили. Даже если с ищейками. Сергей встал на четвереньки и ударился головой об асфальт. Наверное, сотрясение. Наверное, для госпитализации мало. Стукнулся еще пару раз, так, что пошла кровь. Для госпитализации достаточно. Сам себе вызвал скорую:
– Алло? Тут на Потехина человек с травмой доходит. Да, голова разбита. Возле третьего номера, у заезда во двор. Приезжайте скорее.
В машине с мигалками и сиренами, он лежал и ворочал головой в стороны, издавая стоны и временами хватая здорового пожилого дядьку, санитара, за рубашку. Чуть ли не выл:
– При мне была черная сумка?
– Нет, ничего при вас не было, вот как есть вас везем, – санитар был уверен и спокоен. Сергей сжимал кулаки и корчился. Потом спросил:
– А куда вы меня везете?
– В больницу скорой помощи.
– Надо в психиатрическую!
Попытался укусить санитара за руку, рванул ремешок часов, те упали на пол, Намахов, как лежал, свесил одну ногу и стал топать ею, чтобы раздавить часы, и всё кричал:
– Конец времени! Конец времени!
Когда почувствовал, что достиг своего, у санитара спросил небрежно:
– Не подскажете ли, который час?
9
С первыми каплями дождя с неба подошла очередь Сергея около раскладки с сыром и колбасами.
– Отрежьте мне несколько ломтей «Пошехонского» и тщательно взвесьте, – попросил он.
Пока продавщица отпетеливала сыр, стоящий позади Сергея мужчина в сером плаще, при шляпе, с усиками, сказал:
– Вижу, вы знаете толк в сыре?
Намахов многозначительно промолчал. Немного позже, отойдя метров на пятьдесят, он услышал:
– Подождите!
Его догнал незнакомец. А дождь усилился.
– Станем под дерево.
Клен защитил их. Сергей молча выжидал.
– Как вы думаете, из чего делают сыр?
– Из молока, – ответил Намахов.
– Смешно! И вы в это верите? Меня зовут Пантелей Иванович, а вас? – протянул руку для пожатия. Тот принял:
– Сергей.
– Вот и я раньше думал, что из молока. Это нам по телевизору показывают, что есть фермы разные, там коровки молочко дают.