Чтение онлайн

Сериза взяла фотографии и поднесла их к слабому свету, просачивающемуся через окно. Большой дом со стеклянной теплицей сбоку. Ребята Кальдара подобрались очень близко. Ей придется поговорить с ним об этом… не стоит так рисковать.

Тетя Пет выхватила фотографии из ее рук и шлепнула одной поверх стопки.

— Остальные не важны, вот на эту посмотри!

На фотографии был запечатлен крупный план теплицы, сделанный через прозрачное стекло. Двухметровый обрубок дерева печально торчал из земли. Ствол дерева был голубым и прозрачным, будто сделанным из стекла. Дерево Заемщика — одно из самых странных волшебных растений.

Сериза подняла глаза.

Тетя Пет разбушевалась.

— Ты знаешь, для чего используют это дерево. Подумай, Сериза.

Сериза нахмурилась. В небольших количествах деревья Заемщика срубали для производства стимуляторов, которые связывали человека и растение. Уильям сказал, что «Рука» полна уродов, некоторые из которых, вероятно, имеют привитые части растений и нуждаются в катализаторах. Это дерево точно было довольно большим, и его срубили до корня, так что им, должно быть, понадобилось чертовски много стимуляторов.

Единственная причина запастись таким большим количеством стимулятора — это заниматься трансформацией кого-то с помощью магии. Но кто так нужен Пауку? Все его парни уже преобразились настолько, насколько это было возможно. Это должны были быть пленники. Но прививать им что-либо кажется бессмысленным… нет, он должен был сделать очень специфические вещи, чтобы достичь ментального контроля над ними, и в таком случае это были бы…

Фотографии выпали у нее из рук. Сериза отшатнулась.

— Он слияет мою маму!

Мир побелел от ярости и паники. Ее голова стала горячей, а пальцы ледяными. Она застыла, как ребенок, пойманный в ловушку в как раз перед тем, как его обнаружат. Мимо нее пронеслись воспоминания: мама, с голубыми глазами и ореолом мягких волос, стоит у плиты с ложкой в руке, что-то говорит, такая высокая… Выходит на крыльцо, держась за руки, поправляет волосы, читает ей в большом кресле, она прижимается головой к плечу мамы, запах мамы, ее голос, ее…

О, мои Боги. Все ушло. Все ушло навсегда. Мама ушла. Мама, которая могла все исправить, не могла исправить это. Слияние было необратимым. Она исчезла, исчезла…

Нет. Нет, нет, нет.

Сокрушительная тяжесть вздулась в груди Серизы и попыталась повалить ее на пол. Она сжалась от боли, ее горло сжалось тугим кольцом, и она заставила себя уйти, полуслепая от слез.

— Мне пора. Так никто не увидит.

Чьи-то руки подхватили ее. Уильям понес ее прочь от тети Пет, прочь от шума, доносившегося из кухни, к двери, вверх по лестнице, а затем в ее маленькую комнату. Ее лицо было мокрым, и она уткнулась ему в плечо. Он обнял ее своими теплыми руками и опустился на пол.

— Они слияют мою мать. — Ее голос прозвучал сдавленно. — Они превращают ее в чудовище, и она все понимает. Она должна понимать, что они делают. Все время.

— Тише, — пробормотал он. — Тише. Я с тобой.

Прекрасная улыбка матери. Ее теплые руки, глаза, полные смеха. Ее «у меня самые глупые дети». Ее «радость моя, я люблю тебя». «Ты прекрасно выглядишь, дорогая». — Все ушло навсегда. Не будет ни прощания, ни спасения. Все эти смерти, вся эта борьба — все это было напрасно. Мама не вернется к ней и Ларк.

Сериза уткнулась лицом в шею Уильяма и беззвучно заплакала, сквозь слезы сочилась боль.

СЕРИЗА открыла глаза. Ей было тепло и уютно, она прислонилась к чему-то. Она пошевелилась, подняла голову и увидела, что на нее смотрят два карих глаза.

Уильям.

Должно быть, она заснула, запутавшись в нем. Они сидели на полу, куда он опустился в самом начале. Он даже не пошевелился.

— Как долго ты здесь сидишь? — спросила она

— Около двух часов.

— Ты должен был меня отпустить.

Она пошевелилась немного, но он не отодвинулся.

— Я не возражаю. Мне нравится обнимать тебя.

Сериза прислонилась к нему спиной и положила голову ему на плечо. Он напрягся и крепче прижал ее к себе.

— Я похожа на бардак? — спросила она.

— Да.

В этом был весь Уильям. Никакой лжи.

Мягкий свет лампы освещал ее потайную комнату. Теперь она выглядела такой жалкой. Фотографии мертвых людей на стенах. Потертые стулья. Это было ее место с самого детства, и теперь она увидела его, будто в первый раз. Это бы ее огорчило, но в ней не осталось грусти. Она все выплакала.

— Мне придется рассказать Ларк. — Ее сердце сжалось при этой мысли. — И я даже не знаю, жив ли папа или мертв.

Ее голос дрожал. Уильям крепче обнял ее.

— Ты видела дерево Ларк? — тихо спросил он.

Она кивнула.

— Дерево-монстр.

— Что с ней случилось?

Сериза закрыла глаза и сглотнула.

— Работорговцы. Я даже не знаю, откуда они взялись. Мы так и не смогли этого выяснить. Кто-то должен был провести их через границу. Селеста, моя троюродная сестра, и Ларк, которую тогда звали Софи, повезли вино в Сиктри по реке. Ларк хотела купить маме подарок на день рождения…

Она слегка поперхнулась последними словами.

— Итак, Селеста взяла Софи на лодку, чтобы обменять ящик вина на какую-то безделушку. Они выстрелили Селесте в голову. Одной пули было достаточно. Она упала за борт, а Ларк последовала за ней. Работорговцы ударили ее веслом, когда она вынырнула, чтобы глотнуть воздуха. Они отвели ее в болото к своему лагерю и посадили в яму в земле. Вечером яму затапливало, и ей приходилось спать сидя, по колено в воде, чтобы не утонуть. Мы перевернули все вверх дном в поисках ее. Мы с собаками искали повсюду.

Его рука обняла ее, притягивая ближе.

— Она говорит, что на второй день один из мужчин забрался к ней в яму. Наверное, чтобы пристать. Он мог бы это сделать, по крайней мере частично. Ларк может немного вспыхнуть. Она еще не совсем хороша с прицелом, но это сильная белая вспышка. Она вспыхнула ему прямо в глаза.

— Поджарила мозги, — сказал Уильям.

— Да. Работорговцы оставили тело там, где оно было, и перестали кормить ее. Нам потребовалось восемь дней, чтобы найти ее, и то нашли только из-за бабушки. Она ушла в болото за неделю до этого… она делает так каждый год, и когда она вышла, она вызвала Расте Адира, как я сегодня. Использовала один из трупов работорговцев, который мы положили в морозилку. Я должна была это сделать, но тогда я не знала как.