Чтение онлайн

Теперь дирижабль, невидимый и неслышимый на такой высоте, скользил к району падения корабля, а уж обнаружить его с высоты будет легко – маскировать корабль они и не думали.

Сложнее всего – и это понимали все – будет с другими кораблями экспедиции. Конечно, их будут искать, кроме того, оставалась вероятность того, что кто-то из команд уцелел и сейчас ищет возможность связаться с Родиной. Но только когда это удастся?

С «Лунником»-то определились довольно быстро.

На цеппелин-платформе нашлось несколько китайских коммунистов, разобравшихся с прихваченной офицерской картой и стало понятно не только в какую сторону двигаться, но и где нужно остановиться.

В штурманской рубке, держа в зубах незажженную трубку, командир «Парижской коммуны» циркулем мерил японскую карту, прикидывая маршрут движения.

– С вами понятно…- сказал командир.
– А где теперь нам остальных искать?

Независимо друг от друга они вздохнули.

Мало того, что вопрос был не простой – он был из главных.

Хотелось верить, что где-то, непонятно еще где, прямо сейчас, пусть и менее комфортно, чем они сами, голодные, холодные, но живые сидят товарищи и ожидают помощи от страны, пославшей их к Луне.

Он подошел к ряду иллюминаторов, посмотрел вниз.

– Хоть бы какие ориентиры!

Деготь посмотрел в иллюминатор. В круглом стекле виднелись плотные облака, на которых умирал свет закатывающегося за горизонт солнца. Свет тут не горел, и округлость казалась тоннелем, пробитым в воздухе. В памяти что-то шевельнулось.

Эта дыра в занавешенное облаками небо что-то напомнила ему. Он закрыл глаза замер.

– Бумагу и карандаш, - сказал Владимир Иванович, не открывая глаз. – Быстро.

Что-то было в его голосе, что заставило командира корабля рвануть лист из бортового журнала.

С десяток секунд Деготь сидел неподвижно, только губы шевелились, словно он с кем-то разговаривал. Командир вопросительно посмотрел на Федосея. Тот в ответ только плечами пожал.

Быстро глянув на чистый лист, коминтерновец нарисовал на нем круг. И прищурив глаз, провел кривую. Дойдя до конца окружности, кончик карандаша замер над листом, но через секунду Владимир Иванович нарисовал там несколько округлых пятен, и медленно начал штриховать их. Он словно бы хотел придать некое изящество рисунку или позволял руке вспомнить что-то, что сам забыл.

Рука не подвела, и он нарисовал, но уже с меньшей уверенностью, еще несколько кривулин и протянул лист командиру.

Федосей заглянул туда. Все вместе это было похоже на круглую кривую рожицу, с родимыми пятнами, некрасивую и неумело нарисованную.

Вопрос Дёгтю никто не задал, но тишина была красноречивей вопросов.

– Последнее, что я видел это – вот, – объяснил он. – Круглое – это иллюминатор. А что внутри – вид из него. Таким он был, когда Федосей выключил двигатель «Лунника». У вас есть атлас?

– Зачем?

– Это вид с высоты километров пять. –терпеливо объяснил космонавт.
– Береговая линия… Если у вас на борту есть атлас…

– Штурман! – гаркнул командир. – Атлас!

Склонившись над толстенной книгой, они шелестели глянцевыми цветными листами, вертя дегтевский лист так и эдак. И, наконец, нашли, что искали.

САСШ. Вашингтон.

Июнь 1931 года.

…Америка встречала своих космонавтов со всей помпой, со всем блеском страны, стремящейся отвлечься от недавних невзгод и наконец-то ощутившей, что у неё есть реальный повод для гордости. Газеты, кино, обеды, шествия – все это вихрем закружило новых героев. Портреты везде, где только можно, интервью и главное - фотографии золота, что они привезли со спутника земли. Хватило бы и фотографий, но все, кто хоть что-то понимал в происходящем, бросились комментировать. Конечно, главной темой комментариев было золото. Тема благородного металла обсасывалась во всевозможных ракурсах – от простодушного детского восхищения до серьёзных попыток сформировать на скорую руку акционерные общества по эксплуатации Лунных богатств.

Более всего коммерсантов и корреспондентов интересовала позиция в этом вопросе мистера Вандербильта, обладающего монополей на междупланетные путешествия, благодаря единственному в САСШ частному ракетно-космическому флоту, но миллионер оставался неуловимым. Его видели в редакции «Нью-Йорк таймс», где он дал пространное интервью, что не удивительно, и в Белом Доме, что также не вызывало удивления. Удивительным было другое - в интервью о золоте и перспективах его добычи почти ничего не говорилось, все больше о величии американского духа, солидарности с Европой и грядущей войне с большевиками.

Из сообщений Президентской пресс-службы вообще неясно было, о чем говорилось первые люди Америки.

Но если б корреспондентам удалось присутствовать на этой встрече, то узнали бы они много интересного для своих читателей.

Первый вопрос Президента открыл бы им глаза на неведомое и все поставил бы на свои места.

– Что нового вы можете мне сообщить? Советы знают, что это сделали мы?

Мистер Вандербильт несколько удивился этому «мы», но не стал разочаровывать главу государства, чей вклад в состоявшуюся эскападу был минимален.

– Нет. Но они наверняка догадываются.

– К счастью догадки остаются только догадками. Не правда ли?

– Разумеется, господин Президент.

Посмотрев на ворох газет на президентском столе, миллионер поинтересовался.

– А что, сами большевики до сих пор молчат?

– Вы не читали сегодняшние газеты?

– Признаться, нет.

– Всполошились…

Мистер Гувер развернул верхнюю и процитировал.

– «Советское руководство просит с пониманием отнестись к проводимым им спасательным работам на месте гибели кораблей Первой и Второй Советских лунных экспедиций. В поисках советских граждан используется техническое оборудование, которое может повредить как грузовые, так и военные суда…» Заявление ТАСС.

– Получается, они знают, где искать? – встревожился миллионер.

– Возможно, что они знаю больше, чем мы… Кто-то мог и уцелеть…

Мистер Вандербильт с сомнением покачал головой.

– Не думаю… Слишком все это быстро произошло… Скорее всего они еще более приблизительно чем мы представляют район катастрофы.

Он подошел к огромному глобусу в углу кабинета.

– Глядя в будущее, я бы на вашем месте отдал приказ нашему военно-морскому флоту о концентрации в этом районе.

– Чтоб сделать это, мне нужна более точная информация. Вы же, как я понял, не можете предоставить её правительству. Или…?

– Пока нет. Сейчас мы располагаем приблизительными данными. Обломки кораблей лежат в квадрате примерно двести на двести миль…

– Жаль, что нет точности. Не следует нам оставлять такой груз без присмотра.

– И в мыслях не было, - встрял в разговор Госсекретарь. – Туда уже направлен эсминец «Авраам Линкольн» и два вспомогательных судна. Так когда появится более точная информация?