Лунный эльф для сиротки
Шрифт:
***
Стоило ответить Дэйвису откровенностью на откровенность, чтобы втереться в доверие и побольше вызнать у него о происходящем. А заодно о злодеяниях Адриана, чтобы, наконец, вычеркнуть уже его из своей памяти.
Но что такого рассказать? Что я нищая сирота, живущая в заброшенном особняке, и моя унылая жизнь стала налаживаться лишь в последние месяцы, да и то только благодаря сомнительной сделке с принцессой? Это было бы достаточно личное, но всё же не достаточно интересное откровение.
О Дэйвисе я пока знала мало, но он уже поделился со мной волнами эмоций – ненавистью к Адриану и горящим желанием вернуться в Боуэр за местью. Нужно было тоже сказать нечто, что бы заставило мужчину сопереживать мне, а не просто позволило узнать часть моей скучной биографии.
– А я бросила подругу, которой нужна помощь, - вздохнув, призналась я.
– Предала её, получается... Она осталась в Боуэре и ей грозит незавидная участь жены одного человека с дурной репутацией.
– Дурная репутация мало говорит о человеке, - пожал плечами Дэйвис.
Ну да, сказки про то, как человек, о котором говорят лишь плохое, на деле оказывается чуть ли не идеальным! Такого не бывает. По крайней мере, в Боуэре.
– У вас – может быть, - не стала спорить я.
– А в Боуэре плохую репутацию нетрудно заработат, но просто так она не появляется.
– Тогда паршиво, - отхлебнув из горла, согласился Дэйвис.
– А подруга хорошая?
Хорошая ли подруга? Неправильный вопрос. «Подруга ли она тебе?» - вот это стоило бы спросить даже у самой себя. И подруга ли ей я, если так запросто проигнорировала её крик о помощи?
– Паршивая, - ответила на его вопрос, немного задумавшись.
– Богатая порочная леди, впутавшая меня в неприятности и готовая переспать с моим женихом для моего же блага.
– Познакомишь с ней?
– оживился Дэйвис после такого описания.
Я скривилась, и он хохотнул:
– Шучу я. А ты не грусти! Предавать предателя не постыдно.
Я пожала плечами в ответ, поскольку от слов легче не становилось, и я ощущала, что не права. Не стоило просто отмахиваться от послания Марьяны. Вряд ли бы, конечно, я смогла ей помочь, но меня больше всего угнетала уверенность и мстительная радость, которую я испытала, когда узнала о казне эльфа и вынужденном замужестве принцессы.
И чего я так разозлилась на них? Эльф, конечно, вёл себя со мной грубо и некрасиво, но он не был мне женихом, и потому нечего обижаться на Марьяну, что она решила попробовать, каков он в постели. А что касается самой принцессы, то она, безусловно, странная порочная особа, но всё же Талисман мне вернула, предварительно заботливо выкрав у Адриана.
– Не грусти, говорю!
– похлопал меня по плечу Дэйвис. –Знаешь, это море так на тебя действует, вот ты и начинаешь впадать в меланхолию. Того жалко, ту жалко. Не жалей! Ты больше не в Боуэре, так что подобные ей люди станут встречаться очень редко.
– Ты говоришь так, будто у тебя нет обиды на твой город и твоего короля, - заметила я.
– Если я ненавижу короля и намерен расправиться с его сыном, это не значит, что я должен ненавидеть весь мир, - заметил Дэйвис, рассмеявшись. – У нас прекрасные люди! Та шайка, что собралась на этом судне, быть может, последние из оставшихся негодяев.
– Ты причисляешь себя к ним?
– А почему нет? Я убью Адриана и принесу его голову королю. Думаю, это поступок, достойный негодяя, - он вновь рассмеялся. – Это правильный поступок, но он будет считаться плохим, и я прослыву негодяем. Как та чистка, что затеял однажды король, была неплохой, по сути, затеей, но обернулась для меня трагедией, и король со своим сыном стали для меня негодяями. Как видишь, красотка, быть плохим или хорошим для всех невозможно. Главное выбрать и не перепутать, для кого каким ты хочешь быть.
А каким для меня хотел быть Адриан? Хотел ли он быть плохим для меня или же ему вообще наплевать, что я в итоге про него думаю?
Почему-то меня всё никак не покидало ощущение, что с заморским принцем не всё так просто, и он относится ко мне не столь безразлично, как постоянно пытался показать. Что это говорит во мне? Женское ущемлённое самолюбие или же чуткая интуиция?
***
Линда заявилась ко мне поутру следующего дня.
Было немного боязно, что она отчитает меня за то, что я общалась с Дэйвисом, хотя мне было сказано ни с кем не разговаривать, и никому не мешать.
Но капитанша пребывала в прекрасном расположении духа, и потому не стала ни укорять, ни делать вид, что не в курсе.
– Дэйвис отличный парень, - подмигнула она мне. – Он замыслил какую-то ерунду в Боуэре. Вбил себе в голову, что должен поквитаться за смерть отца. Это может ему дорого обойтись, так что подумай, стоит ли связываться с таким. Для Боуэра он, может, и шикарный мужчина, но у нас полно и тех, кто намного лучше. Так что не залипай ни на кого, пока не осмотришься и не обживёшься.
Я хмыкнула. Нет, Дэйвис точно не в моём вкусе. От его присутствия не замирает сердце, не сбивается дыхание, не хочется смотреть в глаза и надеяться на прикосновение…
Некстати вспомнился Адриан и морской запах, что вечно сопровождал его. Я с неохотой признавалась себе, что этот эльф зацепил меня, хоть и вызывал неприятные воспоминания и чувства.
Вздохнув, я подумала об ожидающей его участи, и поскорее прогнала мысли об этом, переведя разговор на другую тему. Мне настолько сильно не хотелось думать об Адриане в подобном ключе, что темы для разговора нашлись очень быстро, не то, что в прошлый раз с Дэйвисом.
– Хорошо, - улыбнулась я Линде. – Не буду влюбляться поспешно и сперва хорошенько осмотрюсь.
Видимо, улыбка моя вышла настолько ненатуральной, что собеседница мигом раскусила меня. Её карие глаза цепко уставились на меня, стремясь заглянуть в душу.
– Ты, я смотрю, не очень-то рада, - заметила она.
– Прибыли мы. Ну, практически. Сегодня на ночь оставайся тут. Моя команда отправится праздновать, я и пара помощников останемся охранять корабль. Поутру отправимся в путь, если ты не передумала.
Да, наверно, по моей кислой физиономиии можно было предположить, что я и правда пошла на попятную и жалею о своём решении покинуть Боуэр.
– Не передумала, - уверенно ответила я, взглянув на суровую женщину, пристально глядящую на меня.
– Отлично, - она плюхнулась на койку и кивком пригласила меня присесть на противоположную, что я и сделала.
Капитанша выудила из-за пазухи свежую газету и помахала ею мне.
– Всегда полезно быть в курсе, когда приходишь из плаванья, - с усмешкой заметила Линда.
– Ты теперь на нашем берегу, так что тоже почитай. Боуэр давно уж сам по себе, и люди там не в курсе многого, что происходит в мире, - с этими словами она развернула и разовала газету пополам ровно посередине, оставив себе одну часть, а мне сунув другую.
– Читай-читай. Теперь ты с нами. В общем и целом это означает, что от Боуэра ты отреклась. Ты ведь отреклась?