Чтение онлайн

Дэро тихо вошёл в спальню, остановился у кровати, присел рядом. Что же делать с тобой теперь, Волчонок?

Тёмные круги залегли под сомкнутыми веками, побледневшие губы слабо вздрагивали во сне. Девушка вздохнула и откинула голову на подушку. На тонкой шее голубой жилкой тихонько бился пульс. Дэро склонился над ней. На расстоянии тепла. Ещё чуть-чуть и можно прижаться губами к этому беспокойному чертёнку, который так зовёт: “Ну же! Поцелуй сейчас! Она всё равно спит. Она не почувствует!”

Горячим ртом прижался, замер, тронул языком. Солоноватая, прохладная гладь кожи. Осторожное и напуганное биение крови внутри. Всё повторяется, Волк... Вот только хватит ли у тебя сил на этот раз остановиться, когда ты знаешь, помнишь какова она на вкус. Сможешь отказать себе в ней снова?

Хэлен, не заметив осторожной ласки, перевернулась на бок и свернулась калачиком, обняв его подушку рукой. Волк поднялся с кровати и вышел прочь. Ночи теперь будут очень длинными для него.

====== Heal me ======

Утро не принесло ни облегчения, ни солнца. Небо, словно подсмотрев страшный сон их жизни, спряталось за сплошную тяжёлую стену облаков.

Хэлен не сразу смогла проснуться. Дурман забытья не хотел отпускать, разум отказывался возвращаться к тому, на чём закончил.

Она открыла один глаз. Светло... Дэро полулежит с книгой на кровати уже одетый и бодрый, хмурит брови и беспокойно перебирает пальцами край футболки.

*Привет. Давно встал? – она так и лежала, выглядывая одним серо-зелёным глазом из-под одеяла.

– Да. Выспалась? – улыбнулся и захлопнул книгу.

*Интересно, а который час? – голос из-под одеяла шёл глухо и совершенно безрадостно.

– Почти полдень. На репетицию ещё успеешь, если без завтрака и без... Ну, просто без завтрака, – он перекатился на бок и теперь лежал рядом, но поверх одеяла. В каштановой глубине глаз плавали весёлые искры.

*Я не пойду. Я тут останусь. А ты? – и непонятно было, то ли с надеждой спрашивает, то ли с затаенной досадой.

– Не знаю пока, – Дэро неопределённо скривил губы в полуулыбке и отвел глаза, – Пойдём перекусим, Хвостик. Война войной, а обед должен быть по расписанию.

*Ага... Я только в душ смотаюсь сперва.

На кухне пахло мёдом и тостами. Кофе синевато дымился в чашках.

– Раз ты решила забить сегодня на репетицию, то я тебя с собой возьму, – опустил он глаза, отхлёбывая кофе.

*Если ты беспокоишься, то зря. Со мной всё в порядке. Не нужно меня пасти, как наркомана, – девушка неприязненно уставилась ему на переносицу. Заглядывать в глаза совершенно не хотелось.

– Хэлен, то, что я беспокоюсь – дело нормальное. И не спорь со мной. Просто одевайся и поедем, – голос был мягок, но в самой глубине этой бархатистой тьмы таился непререкаемый приказ.

*Как хочешь, – равнодушно мотнула она головой и вышла.

Дэро закрыл глаза ладонью. Он не знал эту, новую Хэлен, которая не спорила, не пыталась защитить свою независимость, которая равнодушно посматривала из зеленоватых прудов холодных глаз.

В гостиной валялись осколки телефона и Дэро, позабыв о них, наступил ногой, злобно матюкнулся сквозь зубы, и пнул пластиковые остатки.

*Это что, мой телефон? – Хэлен ошарашено смотрела, как Волк выковыривает из ступни острый кусок экрана.

– ДА! – рявкнул он, гневно сверкнув глазами.

*Дай я попробую, – она присела рядом и внимательно разглядела место “кровавой раны”. – *Не ругайся. И не дёргайся, – тонкие пальцы ухватили занозу. – *Мне кажется, что если в тебе оставить стекло, оно уже к обеду растворится само, – насмешливо пробормотала себе под нос.

– Может и растворится, но ведь больно же! – ворчал Дэро, натягивая носок.

*А вот не будешь мой телефон об пол крошить. Так куда мы поедем? – кажется, осторожное её недоверие слегка уступило место любопытству.

– Увидишь, – Дэро помог ей надеть куртку привычным движением, только рука осторожно скользнула под воротничком, высвобождая серебристые пряди.

Хэлен тряхнула головой.

Байк, запертый в гараже на зиму, уныло скосил руль набок и поглядывал в сторону хозяина оранжевым тоскливым глазом. Тот, проходя мимо, похлопал его любовно по фаре.

– Итак, Юная Госпожа, готова ли ты обозреть святая святых твоего Господина и Повелителя? – насмешливо и пафосно спросил мужчина, улыбаясь криво и напряжённо.

*Мне даже как-то жутко стало от невероятного количества всяких господ в твоем вопросе, – наигранно поёжилась она, – Так и не скажешь, что всего два человека в машине сидят.

Тихий рокот смеха наполнил салон.

– Проснулась, наконец-то... Я только попрошу тебя об одолжении. Если там, куда я тебя отвезу, кто-то будет, не вгоняй в краску своим убийственным чувством юмора моих друзей. Их тонкая душевная организация не перенесёт насмешек от такой пигалицы. Они и послать могут. Исключительно потому, что душевная организация тонкая... – он вырулил в густой поток машин, чада, габаритных огней и рабочего полдня.

*Они же всё равно не услышат. Так что можешь им передавать лишь то, что считаешь безопасным.

Суетливое мелькание за окном наполнило тоской Хэлен до самых краев, она меланхолично смотрела наружу и думала, что день будет очень длинным. Дэро, не перенеся тягостного молчания, включил музыку. Со всех сторон грянул бодрый и сексуальный Коккеровский гимн всех стриптизёров.

Мужчина рядом пихнул её в бок локтем и подмигнул. Оставив одну руку на руле, он, улыбаясь, стал подпевать. Не спуская глаз с неё, медленно и нарочито эротично скинул кепку ей на колени. Одно резкое движение – и молния куртки разошлась в разные стороны. Ему было явно мало места в салоне.

Хэлен втянулась в эту невинную игру. Музыка была настолько откровенна, что не давала никакой возможности ей сопротивляться. Неожиданно для себя, она тоже стала пританцовывать, хлопать в такт и подпевать.

Baby, take off your shoes. I’ll take off your shoes.

Светофор, и машина остановилась на красном. Дэро тут же скинул куртку на заднее сиденье и стал сидя изображать, как бы он танцевал на стуле. Движения были такими преувеличенно женственными, что Хэлен давилась смехом и восторгом. Нашла в кармане пару смятых купюр и протянула, зажав между двумя пальцами, подманивая эту небритую с утра стриптизёршу поближе. Мужчина иронично посмотрел на мелочь, что завалялась в её куртке, и, почти обиженно, немного оттянул ремень джинсов, снова подмигнув ей и высунув кончик языка.