Чтение онлайн

Мирко внезапно закашлялся и вытащил из зубов розу, а потом выплюнул лист.

— Кхе-кхе, я думал, мы отметим твой первый день рождения, о котором я узнал, нестандартно, ну, знаешь поцелуйчики всякие и…

Калист поцеловала мужчину в губы.

Её лицо оказалось так близко, что Мирко просто запылал изнутри и блаженно закрыл глаза, вдыхая аромат белого ореха, который витал в воздухе.

Глава 5, часть 3:

Interbellum.

Калист прекрасно целовалось, но и Мирко не хотел ударить в грязь лицом, однако прошло несколько минут непрекращающегося обмена поцелуями, когда Калист опять засмеялась и, тем самым, прервала уже проложенный оранцем путь.

Мирко выругался про себя.

“Хозяин, вы прекрасно знали, что будет. Так почему же вы так огорчаетесь?“

«Грация, отстань от меня, бестия. Сам вижу…»

Мирко выдохнул и нацепил грустную мину.

— А я торт принёс…

— Торт?! — Калист ударила в ладоши. — Сначала я удивляюсь тому, что ты откуда-то узнал про моё день рождения, а теперь ещё и сладости к моей любимой красной розе.

— Да, я сам приготовил днём на пустой кухне. — Мирко встал и отошёл к столу, взяв там свёрток. — Хочешь кусочек? Предупреждаю, мне кажется, я переборщил с солью, ну и… — он раскрыл свёрток. — Он упал. Какой-то дурацкий дух Дворца наверняка свалил его. Тут ещё были две фигурки из сахара, — мужчина указал на развалившихся человечков, — но они тоже повредились при падении. Вот тот в чёрно-белом — я. Видишь, тут даже Грация есть. Она, правда, погнулась, но что есть. А вот это, — Мирко ткнул в фигурку в зелёном платье без головы, — это ты. Прости, голова куда-то исчезла. Я даже на полу искал. — он потёр затылок. — Знаешь, что, а давай я выкину это в окно? Да, так и сделаю.

Мужчина было уже двинулся к витражам, однако Калист ловко выхватила свёрток и взяла кусочек торта с шоколадной помадкой и собой в миниатюре.

Она кивнула, проглатывая.

— Мирко, а у тебя… интересный кулинарный вкус. Я бы съела этот торт с салатом, вместо хлеба, но от этого он не менее прекрасен. — она улыбнулась. — Мне очень приятно. Обычно мне никто ничего не дарит. А как ты вообще узнал о дате?

Мирко вяло ухмыльнулся.

— Архив Библиотеки. Там есть хроника.

— Стой, ты откопал хронику тридцатилетней давности?

— Было сложно, но, да. — Мирко взял кусок торта с собой самим и съел его целиком и скривился. — Можешь не есть дальше. Гадость.

Вновь улыбка.

— Мирко, помнишь мои слова про нужное время?

Мирко кивнул.

— Оно ещё не настало.

Мирко рассмеялся.

— Да, я понял уж.

— А что ты думаешь о свадьбе?

Мирко подавился.

— Кхе-кхе, свадьбе?!

— Да. В прочем, не надо было мне поднимать эту…

Откашлявшись, Мирко выпалил:

— Да, я согласен. Какие свадебные ритуалы ты предпочитаешь?

Брови Калист поднялись ввысь.

— Стой, но ты же…

— Плут? А разве это мешает жениться на тебе? — улыбка Мирко сверкала похлеще лучей Солнца из витражей Обсерватории.

Калист же неожиданно привстала с подушек и завалилась на Мирко, вцепившись в него губами, словно мифическая львица.

Серия поцелуев продолжилась. На этот раз всё было ещё более чувственно, нежно и страстно, чем до этого. В какой-то момент всё едва не перешло грани, и тогда уже сам Мирко, почувствовав, что обманывает Калист, отстранился, дабы отдышаться и «проветрить разум».

Его камзол уже был расстегнут на несколько пуговиц, а причёска съехала набекрень. Буро-зелёные глаза смотрели на Калист с восхищением. Платье той помялось и немного обнажило плечо, а разрез в юбках вульгарно раскрывал ногу девушки, повыше колен. Косы же расплелись и ниспадали на грудь.

Калист глубоко дышала, а глаза её смотрели на Мирко ровно так же, как и Мирко смотрел на неё.

— Я… решил прерваться. — сказал Мирко напрямик.

— Спасибо. — сказала Калист, приходя в себя. Она пригладила волосы и одна синяя лента упала на каменный пол.

— Прости, я чувствую себя настоящим дураком и простофилей. Это очень грубо с моей стороны вот так всё прервать. Я не хотел, но…

— Мирко. — Калист посмотрела на оранца полными счастьем глазами. — Ты только что совершил настоящий поступок, достойный великого уважения. Ты… не воспользовался моими чувствами. — рука творца легла на щёку мужчины. — Ты взаправду искренен. Ты даёшь мне повод верить в людей. — она погладила его по щеке. В уголках её глаз появились слёзы.

— Та-аак, нет, Калист, ну, совсем не такого я ожидал от очередной своей глупости. — он аккуратно протёр ладонями слёзы творца. — Не смей рыдать. Это последнее, что нужно в твой день рождения. Нам же надо веселиться! — он улыбнулся.

Калист кивнула и мужчина с женщиной действительно принялись вести непринуждённый разговор, что был полон колкостей и приятных споров, однако глаза их продолжали сверкать искренними чувствами, испытываемыми друг к другу.

***

Фей уже вышла с лестницы Обсерватории и направилась вдоль галерей Хрустального Дворца. Она была в этом великолепном сооружении целый год, однако всё ещё умудрялась путаться и даже теряться от случая к случаю.

Вот вновь поворот и девушка проскользнула рядом с двумя слугами, что тащили длинный тяжёлый ковёр, дабы утеплить помещение. Несмотря на конец лета, холод внезапно возник в Шпильграде, словно какой-то вор, что пытался стащить не что-нибудь, а плохое расположение духа. Снег шёл крайне обильно, хотя и сразу же таял, однако это всё равно вызывало в Фей детский восторг от увиденного.

«Это так красиво. Все эти снежинки… Пусть даже они сразу исчезают и превращаются в воду, но как же это чудно!»

Девушка повернула на ещё одну галерею, как раз неподалёку от лестницы, как вдруг поняла, что она не одна.

Фей остановилась, держа перед собой в руках свою сумку с учебными принадлежностями, как щит.

По широкой спине человека, стоящего у одного из витражных окон, Фей поняла, что это мужчина. Его спутанные волосы были рыжими.

В сознании Фей что-то звякнуло. Девушка поняла, что где-то уже видела этот профиль, плечи, манеру держаться небрежно, но в то же время властно, притом…

«Это Раайан!» — зазвучало в её голове, словно колокол, бьющий набат.

Фей предприняла попытку пройти за спиной мужчины, медленно ступая своими туфлями без каблуков.

— Этот город. — услышала девушка и встала, как вкопанная с гримасой боли на лице. — Он полон грешников, людей, что стремятся всё обернуть вокруг лишь себя одних. Власть, запретные страсти, насилие. Вот он Шпильград. А вы относитесь к этим людям, госпожа Дедаст? — спросил он и обернулся.

Лицо мужчины, молодое и симпатичное, даже слишком, что позволяло его назвать смазливым, было обрамлено тёмно-рыжими волосами. Пара прядей выбивалась из причёски на лицо, слева. Они придавали мужчине некую приятную глазу сумбурность и непропорциональность, что лишь красило его, особенно, если учесть эти голубые глаза, полные чего-то тайного и необузданного.