Чтение онлайн

— Фей сделает, что нужно. — ответил Сали за свою внучку. — Сам факт учения у такой особы, как вы, не даст ей спать ночами.

Мирко усмехнулся.

— Прозвучало двусмысленно.

— Спасибо… — молвила Фей и сделала реверанс.

— Так, Фей, — Калист обошла Сали и взяла Фейестру за руку, отчего молодая девушка едва заметно дёрнулась, — не смей думать обо мне, как о своём надзирателе. Я знаю, что про меня ходят разные слухи, но…

— А ещё написаны несколько книг… — сказала девушка почти шёпотом.

— Даже если и так. Там написана неправда.

— То есть вы не оживляли мёртвых?

— Не совсем… — она улыбнулась. — Но сам процесс не носил никакого мистического характера.

— Ладно, Калист. — влез в разговор Мирко. — Думаю, хватит на сегодня стращать Фей.

Саливан с явным чувством благодарности кивнул оранцу.

— Значит, завтра в пять?

— Да, Сали. — Калист посмотрела на Фей. — Ты отлично аккумулировала молнию для заведения хода сердца, девочка. Ты точно никогда не обучалась потоковому лечению?

Фей мотнула головой.

— Нет, госпожа.

— Что ж, раз уж мы всё решили — нам пора домой. — Сали взял Фей за руку, и они вместе сели в карету. — До свидания, Калист, я всё же рад, что ты снова в деле и именно в городе.

«Да, жаль, Паук, что ты не слышал нашего дорогого Местоблюстителя, что похоже совсем уж с ума сбрендил.»

— До встречи, Сали. Пока, Фей. — Калист помахала рукой и двери кареты закрылись.

Когда карета семьи Дедаст отъехала, Мирко глубоко вздохнул.

— Калист, я сегодня, кажется умер. Прямо как тогда, на балконе Часовни.

Калист осела на землю, упираясь спиной в ограду, поросшую девичьим виноградом, и бессильно рассмеялась.

— Мирко… это всё просто какой-то калабриэннский немой театр. Местоблюститель, эта женщина-кординатор, что помиловала меня, Андро и Мерсейл, что прибыли в самом конце… и твоя смерть.

— Да, уж, очень мило. Особенно последнее. — Мирко присел рядом на корточки. — Ты-то сама в порядке? То ребро. Я думал, что это вылечить так быстро вообще невозможно.

— Не обращай внимание. Я привыкла к боли. Меня пугает другое — Сати. Местоблюститель впустил бестию во дворец, забыв нацепить ей на шею поводок, а на лицо намордник.

— Неприятно.

— Я бы сказала, что это просто ужасно.

— Зато у нас есть и положительные моменты.

— И какие же?

— Фей и её силы.

Калист усмехнулась.

— Ты настоящий оптимист. Однако девочка и взаправду так хороша, как ты и говорил.

— Может отправимся к кучеру? Он нас даже остался ждать, если я не ошибаюсь. — Мирко посмотрел куда-то вперёд и кивнул, завидев арендованную карету.

— Безусловно. — Калист встала с земли и отряхнула порванное и изрядно грязное платье. Уже второе за день.

***

Калист сняла свои туфли и бесцеремонно бросила их в угол Обсерватории. Она была всё ещё в том самом платье с дырами и кровоподтёком под грудью, где имелась дыра от сломанного ребра.

Девушка уселась в кресло и подобрала под себя ноги, наплевав на этикет и тому подобную глупость. Творец была одна, и ничто не могло её отвлечь от тяжёлых мыслей.

За стеклянной мозаикой на окнах уже проглядывали первые лучи солнца, что нервно подсвечивали паруса кораблей.

Калист, казалось, раздражало вообще всё этим ранним утром. Она не спала, не принимала ванну и не ела.

Девушка вздохнула и вытащила из рваного кармана книжку со своими заметками.

Её рука нашарила уже в другом кармане ручку, а потом принялась расписывать свои мысли на бумагу. Всё это длилось не долго, до типичного тремора левой руки после чего Калист вскочила с сиденья и, аккуратно сложив ручку в карман, бросила книгу в стену и закричала. Вслед за книгой полетели и две перчатки, столовая утварь, какие-то другие книги, бумажки и, наконец, снова многострадальная обувь. В конце концов, Калист больно ударила себя по ноге рукой и уселась рядом с витражным окном, медленно вдыхая и выдыхая, пытаясь понять, что ей делать дальше.

— Это было… зрелищно. — знакомый голос одного надоедливого наёмника, послышался со стороны лестницы.

— Многое ты видел?

— С момента, когда ты кинула чайник. Было страшно, если честно. — мужчина неуверенно подошёл ближе, скрестив руки на груди.

— Я устала, Мирко. Я поняла это прямо сейчас.

— Я тоже, Калист. Не очень приятно постоянно умирать. — он ухмыльнулся, но как-то вяло и неправдиво.

— Я испугалась, Мирко.

— Я тоже.

— Мирко, я серьезно. Я боялась, что потеряла тебя. Если бы не девочка, то… ты бы мог погибнуть от остановки сердца.

— Оу… а, ну, тогда всё ясно. Это объясняет разбитый сервиз.

— Пффф… — выдохнула девушка.

— Знаю-знаю, прости. Просто пытаюсь сгладить весь тот ужас, что был сегодня. Кстати, у тебя великолепные лодыжки и ступни. — он подмигнул.

Калист проигнорировала слова Мирко и подтянула к себе ноги, обхватив их.

— Мирко, ты же понимаешь, что покушение устроил именно Андро?

— Это самый очевидный вывод.

— А знаешь, что самое ужасное?

— Что?

— Я начинаю думать, что он и его «ложа» правы. Местоблюститель обезумел. Человек, сошедший с ума, не должен управлять страной. Он забывает прошлое и теряется во времени и не способен даже распознать очевидную ложь и интриганства со стороны сектантов. Я уже молчу про смену завещания и наречение Раайана «Спасителем» на основе старинного пророчества, в которое верит должно быть только он один. Андро на этом фоне со своей преданностью закону выглядит, как воробей рядом с ястребом. Он хотя бы искренне желает Шпильграду лишь добра.

— Но это же предательство.

— Я понимаю. В этом и загвоздка. Я не могу предать Астерзаля. Во-первых, по причине того, что он приютил меня, во-вторых, я не смогу этого сделать, ведь Андро меня считает ведьмой. Замкнутый круг. — Калист закрыла глаза и коснулась лица рукой, потирая переносицу.

— Давай уедем из Шпильграда. — просто сказал Мирко и повёл плечом.

— Мирко, неужели ты готов всё бросить?

— А почему бы и нет? Нас здесь ничто не держит. Прямо сейчас собираем вещи, идём в Порт, садимся на первый попавшейся корабль и плывём в закат.

Калист хохотнула.

— Если бы всё было так просто, Мирко… Я уже привыкла к тому, кем являюсь. Я не могу стать рыбачкой или травницей на каком-то острове, понимаешь? Но ты говоришь верные слова. Надо что-то менять.

Калист внезапно осенило. Она вскочила на каменный пол и поцеловала Мирко в губы, а потом крепко обняла, прижав к груди.

— Ты гений, Мирко!

Оранец лишь молвил что-то непонятное и расплылся в ухмылке.

— Если тебе это помогло, то прекрасно. Не знал, что мои слова так хорошо влияют на умственные процессы. Я думал, что всё скорее наоборот.